Свет

Автор: Skjelle
Персонажи: Мегатрон/Оптимус
Рейтинг: NC-17
Жанр: драма
Краткое содержание: Прайм становится Искрой сам по себе и выбирает Мегатрона как хранителя сокровища.
Предупреждение: Ангст! Ангастангст! Ужас-ужас. Благородная и загадочная погибель персонажа, если это так можно назвать.
Комментарий: для murr_miay на третий фестиваль в честь Дня Св. Валентина на сообществе TF-porn (2010 год).

Последнее, чего Мегатрон мог ожидать - это явления молодого Прайма спустя три декады после не совсем приятно закончившейся военной кампании. Тем более он не ожидал тех слов, которые произнес Оптимус, предварительно покрутившийся перед решеткой битых четверть часа.
- Эй, - сказал Оптимус. - Гхм... Мегатрон. Мне нужна твоя помощь...
Глава десептиконов едва не дернулся от неожиданности, но сумел обуздать порыв чувств, и ограничился тем, что слегка наклонил голову, изучающе глядя на Прайма.
- Ты полагаешь, что можешь получить помощь от меня? - уточнил он ситуацию.
- Я надеюсь, - Оптимус нервно взмахнул рукой. - Бывают такие жизненные обстоятельства, что...
Он замолчал, но Мегатрон предпочел не задавать вопросов, ожидая, пока Прайм решится продолжить.
- Мне нужна твоя сила, - наконец брякнул Оптимус и отступил на полшага.
- Я не делаю ничего задаром, автобот, - изрек Мегатрон.
- Свобода, - твердо сказал Оптимус. - В пределах разумного.
Десептикон осклабился, заставив Оптимуса поморщиться в ответ. Да уж, предлагать строго отмеренный кусочек свободы - это не то, чем можно заинтересовать десептиконского лидера.
- Я отклоняю это щедрое предложение, - сообщил Мегатрон, внимательно следя за выражением на лице маленького врага. Интересно, что же ему так нужно.
- Сразу все предлагать не могу, - Оптимус переступил на месте. - Но я даю тебе шанс.
- Мало, - отказался десептикон.
- Говори, - Оптимус тоже решил быть немногословен.
- Мне нужна та величайшая драгоценность, которую ты у меня украл, - сощурился Мегатрон.
- Ты имеешь в виду Свет? - уточнил Оптимус, странновато приподняв уголок рта.
- Можно и так сказать, - ответил десептикон после паузы.
- Забирай, - Оптимус шагнул вперед, и стыки его брони налились дрожащим сиянием. - Свет - это я.

Никогда за все свое существование Мегатрон даже помыслить не мог, что ему придется столкнуться с чем-то подобным. Великая и неповторимая Искра была рядом - шла по правую сторону, часто и неглубоко выдыхая застоявшийся воздух, задевала его то плечом, то самыми кончиками пальцев. Только руку протяни. Но забрать ее он уже не мог. Его победа, завоевание, его... да, Свет, как сказал этот маленький и ничтожный автобот. Все оказалось принадлежащим этому самому маленькому и ничтожному. Мегатрон вновь недовольно двинул щитками, но даже его блестящий интеллект пасовал перед такой неожиданной задачей. Он уже успел обдумать и отбросить несколько вариантов, касающихся убийства Прайма. С почти стопроцентной вероятностью Искра в этом случае погибла бы. Он вообще не понимал, как она до сих пор не уничтожила автобота. Особенно это досаждало ему при воспоминаниях о том, как его самого едва не расплющила бесконечная энергия. Маленьким утешением служило лишь то, что Прайм не выглядел довольным и счастливым. По правде говоря, выглядел он паршиво, словно бесконечно тащит на себе груз непомерной ответственности. В общем-то, так оно и было, если проанализировать его сбивчивые путаные объяснения. Сейчас они шли на какое-то заседание, где Прайм хотел выступить с решающим заявлением против запланированного представителями Совета. Но по-видимому он просто боялся, что его не услышат или проигнорируют. Еще бы. Мегатрон ухмыльнулся. Теперь Прайм не личность, а символ. Кто слушает символы?
Они остановились перед монументальной дверью, ведущей в зал общих заседаний. Мегатрон помнил, какой там была обстановка много ворнов назад, и теперь ему было интересно взглянуть, насколько все изменилось. Как себя ведут гражданские, ответственные за судьбу целой планеты. Любопытно...
- Тошно, ржа побери. Они гасят мой Свет, - выдохнул Оптимус, прижимаясь к нему боком.
Мегатрон покрутил шеей, словно разминаясь перед боем, посмотрел вниз, и увидел, как неровно мерцает голубое марево, сочащееся сквозь красно-синюю броню. Будто бы действительно потухает. Лидер десептиконов недовольно дернул плечом, категорически не одобряя собственное внутреннее беспокойство. Но затем его внезапно осенила мысль, которую нельзя было назвать иначе, чем гениальной. Неважно, в какой обертке его Искра, какая у нее форма, ведь содержимое остается прежним. Однажды он сможет подчинить себе это могучее сияние, спрятанное теперь в маленьком и слабом теле. Ну а пока он будет искать пути решения, ему придется защищать хрупкую оболочку его бесценного сокровища.
Раз и навсегда определившись с планом действий, он чуть приподнял руку и опустил на плечо автобота, при этом фактически сграбастав оба его плеча. Искра прижалась к нему и радостно погладила крошечными протуберанцами холодную серую броню.
- Вперед, - скомандовал он. - Покажи, что ты можешь, автобот.

После разгромного выступления на Совете, во время которого ряд почетных горожан схлопотал микропроцессорные замыкания, новоявленный Носитель Искры и его немедленно титулованный Защитник дружным тандемом направились в полагающиеся владельцу Искры апартаменты. Несмотря на одержанную победу, Оптимус по-прежнему был далек от веселья. Расхаживая по роскошно обставленным покоям, он то и дело нервно поглядывал на Мегатрона. Тот устроился за столом и сосредоточенно опустошал запасы энергона, выставленные на гладкой поверхности. При этом он неодобрительно морщился, словно ему подсовывали полуфабрикат, требующий долгой и малоприятной внутренней переработки.
Мотыляющийся туда-сюда автобот Мегатрона раздражал. В конце концов он улучил мгновение, поймал проходящего мимо Прайма и дернул к себе. Оптимус коротко вскрикнул и приземлился на подлокотник кресла. К счастью, достаточно широкий, чтобы не свалиться прямо в объятия Мегатрона.
- Успокойся и заправься, - посоветовал Мегатрон. - Прекрати нервничать. В конце концов, кто как не я должен защищать тебя от всех мирских горестей.
- Это-то и пугает, - проворчал Оптимус, но куб взял. - И без того забот по фильтры, а еще...
Он неловко поерзал, стараясь отбросить мысль о том, что было бы неплохо просто прислониться к высокому десептикону, спрятаться под его рукой и не вылезать. Мегатрон покосился на него, а затем сделал то, что вызвало у самого Прайма внутренний вопль протеста, но при этом заполнившая его Искра радостно затрепыхалась. Темно-серый трансформер стащил его с ненадежного подлокотника и пересадил к себе на колени. Взрыв противоречивых эмоций был настолько силен, что Оптимус потерял дар речи и остался сидеть неподвижно. Искра требовала немедленно обнять и прижаться, рассудок протестовал.
- Так намного лучше, - резюмировал Защитник и глотнул энергона. - Правда? Нравится, Искорка?
- Ты так сильно ее хочешь, что она тянется к тебе каждое мгновение, - наконец-то смог соорудить подобие ответа Оптимус. - Думаешь, меня это радует? Я-то тебя очень не люблю.
- Конечно, - ухмыльнулся Мегатрон. - Ведь наш маленький конфликт погубил целых одного твоего друга. Чудовищная трагедия, не правда ли?
- Не смей так говорить об этом, - холодно сказал Оптимус. - Помни, что ты находишься на свободе только благодаря мне. И если ты скажешь что-нибудь о моих друзьях...
- В этих руках погибло столько трансформеров, что ты и представить не можешь, - перебил его Мегатрон, демонстрируя широкие ладони. - Одним больше, одним меньше, меня это не интересует.
- Я тебя действительно ненавижу, - грустно сказал Оптимус.
- Лучше постарайся полюбить, чтобы не войти в разлад с Искрой, - пожал плечами Мегатрон. - Ты, наверное, думал, что это игрушечная война, в которой стреляют из световых винтовок? Ха.
На этот раз Оптимус промолчал и, несмотря на некоторое неудобство положения, обхватил голову руками.
Тусклое сияние стекало между пальцев, окутывая трансформера голубоватым пологом, искажающим четкие границы. Мегатрон с интересом провел ладонью по его броне, пытаясь захватить этот свет, и ему даже удалось добиться, чтобы мерцающие сполохи перетекли ему в горсть. Оптимус тихо-тихо застонал сквозь дентопластины и неловко дернулся к нему,
Это было так чудовищно нечестно. Он всегда думал, что Искра является средоточием какой-то гораздо более высшей материи, что именно она хранит все те начала, которые закладываются в каждого трансформера при создании. А она оказалась всего лишь слепой и жадной силой, настойчиво тянущейся к тому, кого Оптимус почти ненавидел. Почти – только потому что он не был способен на искреннюю всепоглощающую злобу. Он почувствовал прикосновение к груди и поежился от щекочущего ощущения, разлившегося по сервоприводам.
- Откройся мне, - почти мягко произнес десептикон. - Отдай мне Свет.
- Ты что, настолько жаден, что готов трахнуть того, кто стал живой легендой? - хрипло спросил Оптимус.
- Конечно, - невозмутимо отозвался Мегатрон. - Не вижу в этом ничего святотатственного.
- Не буду, - процедил Прайм, отказываясь даже смотреть на него.
Мегатрон насмешливо фыркнул и пошарил у автобота между ног. Броня щелкнула, совершенно самостоятельно расходясь, и Оптимус еле успел подавить изумленный всхлип. По правде говоря, в этом не было ничего особо удивительного. С тех пор как Искра стала его наградой, он всегда горел в ее огне, и особенно это чувствовалось в таком потайном местечке как интерфейс-канал. Грубо говоря, трахаться ему хотелось постоянно, и сейчас, когда пальцы Мегатрона скользнули по коротким захватам, дразня их электричеством, он просто не мог сопротивляться. Он застонал и выгнулся, позволяя десептикону потрогать себя еще глубже. Юникрон сожри... он уже был готов стравить топливо и выйти на перезагрузку. Десептикон постарался просунуть пальцы еще дальше, наткнулся на несколько разъемов и потер их, заставляя двигаться в своих гнездах. Оптимус взвизгнул и приподнял одну ногу, сгибая ее в колене. Десептикон не сказал ни слова, но Оптимус почувствовал движение под собой, и мгновение спустя к пальцам в нем присоединился гладкий и прохладный кабель, тут же проскользнувший гораздо дальше, чем пальцы. Он с легкостью преодолел фильтр-мембрану и вторгся в медотсек, напичканный разнообразными функциональными разъемами. За ним последовали другие кабели - еще и еще, некоторые толстенные, некоторые совсем тоненькие. Они прихотливо извивались в очень ограниченном пространстве, и когда Мегатрон убрал палец, Оптимус оказался насажен на жгут толщиной едва ли с его собственную руку. Все разъемы были заняты, а обездоленные кабели нетерпеливо тыкались головками в гладкую поверхность внутренних стенок, снабженных чувствительными датчиками.
- Это подло, - простонал Оптимус, хватаясь за жгут и пытаясь дернуть его из себя.
- Это приятно, - парировал Мегатрон. - Будешь так тянуть, останешься без разъемов.
Искра жадно вспыхнула, и Оптимус сдался. Отпустив жгут, он схватился за плечи Мегатрона, чтобы не насесть еще сильнее и не начать проламывать свою деликатную механику.
Первый же посыл энергии подкинул его на месте. По ощущениям это было схоже с укусом дроида, если, конечно, позволять дроидам кусать себя в таких местах. Но чего Оптимус точно не ждал – это собственного отката. На мгновение ему почудилось, что по его кабелям пролился расплавленный металл, и сдавленный гортанный вопль Мегатрона подтвердил эту мысль. Но горелой изоляцией не запахло, и Прайму не оставалось ничего иного, как предположить, что это посыл от Искры.
Противоестественный тандем продолжал набирать обороты, и Оптимус оскорбленно стонал, понимая, что его используют как банальный передатчик. Десептикон сграбастал его обеими руками и двигал им как… как каким-то джойстиком. Оптимус постарался пнуть его, но очередная электрическая волна, прокатившаяся по всем сервоприводам, предотвратила это благородное намерение.
Такие упражнения не могли продолжаться долго, и Оптимус вспыхнул в буквально смысле этого слова – даже собственные видеодатчики предусмотрительно заблокировались. В себя он пришел только десяток секунд спустя.
Утомленно повизгивая сервоприводами, Оптимус поджал ноги и разместился на коленях десептикона так, чтобы запиханные в него кабели не слишком мешали. Мегатрон по-прежнему держал его за талию, пожалуй, сжимая даже чересчур, но вскоре окончательно пришел в себя. Задумчиво оглядев уставшего Прайма, он приподнял автобота вплоть до натяжения этих самых кабелей, и разом отстегнул все захваты. Оптимус ахнул, почувствовав, как освобождаются его плотно забитые горящие разъемы. Под собственным весом жгут начал медленно выскальзывать из него. Прикосновение скрученных кабелей к нежным деталям было тоже приятно, а когда по ним вкрадчиво прошлись головки разъемов, Оптимус вздрогнул и сладостно вздохнул, не в силах контролировать себя. Жгут окончательно высвободился, напоследок прилично оцарапав его изнутри целым пучком штекеров. Оптимус застонал и расслабился. Внутренние мембраны закрывались одна за другой.
- Теперь можно сказать, что я полностью владею Искрой, - заключил Мегатрон.
Оптимус не нашел что ответить. Он уже пребывал в энергосберегающем режиме.

Новая жизнь началась беспрепятственно. Сначала присутствие Защитника вызывало общий невроз. Потом он стал привычен. Потом занял место за столом, рядом со своим подзащитным. А потом и во главе этого стола. Носитель изредка поправлял его суждения, но все больше молчал, полупогасив оптику или глядя куда-то в недоступные обычным трансформерам дали. Очень скоро решение всех текущих вопросов перешло в руки десептикона, который безжалостно и эффективно отстранил Совет от большинства дел. Оптимус по-прежнему присутствовал на всех собраниях, но встречаться со взглядом светло-голубых безмятежно сияющих линз никто не рисковал. И со временем Прайм стал появляться в народе все реже, предоставив право Мегатрону говорить от своего имени.
Сам Оптимус все больше сосредотачивался на том, чтобы удержать собственное сознание в цельном виде, не давая Искре поглотить его. Он никогда не хотел получать столь почетный титул и становиться первым в истории Кибертрона Праймом, который сделался персональным Носителем самого главного сокровища.
К стыду своему он должен был признать, что этому самосохранению помогают даже не столько постоянные умственные упражнения, которыми он ежеминутно загружал себя, сколько бессовестный и продолжительный интерфейс. Мегатрон никогда не упускал возможность "поиграть с драгоценностью", наседая на Оптимуса буквально при каждой встрече. Интерфейсовые практики в его исполнении были настолько ошеломительны и утомительны, что даже Искра успокаивалась на некоторое время, будто обессиливала и тускнела. Оптимус начал все больше ценить такие моменты. Практически интерфейс сделался для него панацеей и средством облегчения постоянного напряжения. Прайм очень охотно оседлывал Мегатрона, почти не включаясь в происходящее, просто подчиняясь тому, чего требовала Искра. Она руководила его движениями, и он истово надеялся, что это именно она заставляла его вертеться на десятке кабелей, стонать и выгибать спину
Само собой при таком раскладе он предпочитал не высовываться из обширного жилого комплекса, сделавшегося персональной резиденцией его самого и десептикона. Во всей этой истории Оптимуса утешало одно - каждый день он скрупулезно проверял инфосеть и не находил в ней упоминаний о том, что привычный стиль жизни рушится, и захватчики топчут мирных жителей тяжелобронированными траками. Ничего подобного. Но ему было тяжело осознавать, что все его усилия по спасению собственной расы вылились в буквально противоположный итог - при котором главный враг сделался главным правителем. Иногда его посещали предательские мысли что, возможно, если бы все так и случилось с самого начала, то не было бы постоянной предвоенной готовности, не было бы самой войны, и многие остались бы в живых.
Но думать таким образом он не имел права. Просто ему не повезло, и он стал... не тем, кем хотел быть.
- Над чем размышляешь?
Голос Мегатрона ворвался в его мысли как лазерный луч. Оптимус заворчал, неодобрительно посмотрев на неслышно подкравшегося десептикона, и сдвинулся к дальнему краю платформы, на которой впадал в уныние. Мегатрон потянулся за ним следом, схватил за ногу и начал медленно подтаскивать к себе.
- Разве ты не должен быть на совещании по вопросу обязательного образования? - возмутился Прайм, цепляясь за платформу.
- Это было вчера, - сказал Мегатрон. - Сегодня рассматривались перспективы энергетики.
Оптимус раздраженно фыркнул и вцепился в платформу еще сильнее, но Мегатрон проигнорировал эту своеобразную форму протеста. Сев на платформу, он без лишних усилий сграбастал Прайма и развернул в нужную позицию. Оптимус выругался и поудобнее уперся ладонями в гладкое железо. Кабели привычно заскользили через приоткрытую броню, исследуя ее изнутри.
Помимо обычной стыковки было всегда так приятно подразнить автобота, напичканного тонкой сенсорикой. Прайм негодующе застонал и тут же пустил антифриз, пытаясь компенсировать заволновавшуюся высокотемпературную плазму. Мегатрон собрал жидкость на пальцы и вдумчиво изучил ее, а потом занялся приятным делом вплотную, размашисто наяривая вскрикивающего автобота. Броня отчаянно лязгала, и десептикон мимоходом подумал, что Прайм опять будет раздалбывать ему процессор гневными нотациями на тему испорченной краски и полировки. Но пока что автобот напрягался под ним от чистого наслаждения, и даже слегка подмахивал, насколько позволял ему втрое больший вес партнера.
Надолго терпения у Мегатрона никогда не хватало, но охваченный пылающей страстью автобот всегда успевал сделать горячую лужицу раньше, чем электричество начинало бесноваться в его разъемах, выдаивая топливоотводы окончательно. На этот раз его финальный всплеск был громче и дольше, и Мегатрон почти чувствовал прикосновение дрожащей Искры сквозь все детали, из которых был сложен автобот.
Пережив собственный экстаз и слегка отдохнув, Мегатрон неторопливо отсоединился. Прайм слабо бормотнул какое-то ругательство и подтянул колени к груди, совершенно не заботясь о том, что выглядит как жертва разнузданного группового насилия.
- Праймас всемогущий, как я устал, - простонал он, ерзая на месте. - Не могу больше ее держать...
- Отдыхай, - Мегатрон пожал плечами и рассеяно погладил его по задней части шлема.
Оптимус буркнул что-то невнятное, опуская голову. Мегатрон нажал чуть сильнее, вынуждая его сворачиваться в клубок. Он видел, что происходит с автоботом, как тот растворяется в собственном сиянии, превращаясь в то, чем Мегатрон изначально считал его - в оболочку для нестерпимого Света.
Лорд Защитник собственными линзами мог наблюдать, как складывается Матрица для Искры. Продолжая гладить короткие застывшие антенны он рассеяно подумал, что надо будет сочинить какую-нибудь легенду. Красивую, благородную - что-то про титул Прайма, каждый из которых отныне является священным носителем великого трансформерского блага. Про то, что собственные искры Праймов сливаются с одной великой и навсегда растворяются в ней, храня всю набранную за ворны существования мудрость.
Мегатрон вновь провел пальцами по теплому шлему и почувствовал, что не может нащупать антенны. Глянув вниз, он увидел, как красно-синяя броня двигается и защелкивается, соединяясь в цельную скорлупу.
Хорошая будет история. Юникроновски романтическая.

Вернуться к фанфикам