Человек на Луне

Автор: Sejr
Персонажи: Рауль и Тракс
Рейтинг: R
Жанр: романтика
Комментарий автора: Во втором сезоне G1 (за двадцать лет до Сэма и Бамблби ) была такая очаровательная парочка, Рауль и Тракс. В каком-то смысле Бамблби и Сэм из фильма больше напоминают их, чем Бамблби и Спайка. А после того, как они две серии препираются и спасают задницы друг друга от страшных опасностей, почему про них так мало фанфикшена - великая загадка.
Краткое содержание: "Я считал, представители твоего вида рождаются с головным мозгом, но теперь вижу, что не все"

Девушка в шортах и кожаной куртке взмахивает флагом, и две машины с ревом срываются с места.
- Да, Диксон, так его, да! - Рауль подпрыгивает и со всех сил ударяет ладонью по полированному боку корвета. - Ой. Извини.
Тракс этого даже не замечает.
- Как они оказались в одной категории?
Рауль приподнимается на цыпочки, здоровый мужик в кепке загораживает ему конец трассы, хотя и так понятно, что Диксона на этот раз не обогнать. Машины с воем тормозят за финишной отметкой, кто-то кричит и поздравляет победителя.
- Исходная модель. Зависит от того, какой у нее движок, а дальше тюнинг.
- А.
Машины медленно возвращаются, Рауль на секунду щурится от света фар.
- Это что, сейчас будет Кейт — вот кто крут! Просто летает. Ну, почти.
Рауль находит положение, из которого между плечами первого ряда видно почти всю четверть мили, и прислоняется спиной к корвету.
Следующая пара действительно хороша: девушку с флагом практически сносит потоком воздуха от двух пролетевших машин.
- И что, это законно?
- Нет! Такой штраф можно получить — о-о... - по сияющему лицу Рауля понятно, что незаконность в данном случае один из главных плюсов. - Есть, да! Кейт, ты крут!!! - Рауль почти срывает голос.
- ...и теперь он будет против Диксона, так?
- Да, если сейчас после перерыва Хаук сделает Фредди.
- Хаук? Фредди? Ни за что.
- Да как два пальца! Что ты понимаешь...
- ...в машинах? - Голос Тракса сам яд и ехидство.
Рауль смеется и разводит руками.
- Но чтобы Хаук дал какому-то... Он же гонщик!
- Хха. Уилджек тоже гонщик — и я могу его сделать как... как два пальца.
В голосе Тракса такой явный азарт, что Рауль вдруг ясно понимает, как сейчас корвету хочется на трассу. Он представляет Тракса рядом с другими машинами, и от этого дух захватывает.
- Сто лет не гонял. В прямом смысле: сто ваших местных лет.
- А почему?
- Ты себе точно представляешь, как я буду носиться по пустыне с Санстрикером, Сайдсвайпом и Блюстрейком?
- Хм. Вообще представляю, но да, ты прав...
- Акхм.
- Что ты ска...
- С кем разговариваешь? - От тихого женского голоса сзади Рауль едва не подпрыгивает. Тихого, бархатного, низкого и вынимающего душу. Блондинка из порнофильмов и эротических снов обходит корвет, окидывает его понимающим взглядом и медленно с чувством проводит рукой по низкой синей крыше. Рауль непроизвольно пятится.
- Почему еще не там? - блондинка кивает в сторону трассы.
- Я не...
Девушка улыбается.
- Боишься поцарапать? Или папа будет ругать? Ну конечно, такая девочка не для гонок... - она подмигивает и уходит, проскользив ладонью до самого багажника.
Рауль молча смотрит ей вслед, заливается краской и бурчит себе под нос:
- Да что она понимает вообще!
За его спиной по корпусу пробегает сердитая дрожь.
- Девочка?! Не для гонок?! Да я бы...
- Черт, мы бы с тобой...
- Хотя это было бы не совсем честно по отношению к остальным участникам.
- Да ну! Если учесть, какой тюнинг у Кайла, я бы не загадывал...
- Что значит «тюнинг у Кайла»?!
- Нет, я к тому, что можно было бы списать все на всякие прибамбасы. Я когда твой капот в первый раз открыл, тоже не подумал, что это инопланетные технологии.
- А это мысль! - фары Тракса включаются сами собой.
- Ага, все по-честному. Ты мог бы работать на мощности, скажем, как у Хаука или Кайла?
- Ф-ф...
- Я хочу сказать, на мощности не больше, чем у Хаука или Кайла? Как обычная очень крутая машина?
- Легко!
- Да мы бы их всех вынесли!
Фары гаснут.
- Рауль. О чем мы с тобой вообще разговариваем? Какие... прибамбасы?
В трансформе у Тракса никакой мимики, но Рауль физически чувствует досаду и разочарование. Есть что-то ужасно несправедливое в том, что такая прекрасная быстрая машина сейчас стоит у зрителей за спиной. Он неловко гладит капот.
- Поехали домой? Что-то надоело смотреть.

На следующий вечер Тракс подвозит Рауля до дома. После целого дня работы в автоботской мастерской тот практически лежит на переднем сидении и даже не пытается изображать, что ведет машину. С тем же успехом он мог бы спать: Тракс знает все повороты наизусть.
- Кататься?
Рауль закидывает руки за голову и улыбается зеркалу заднего вида.
- Нет, сегодня не получится.
- Устал?
- Ага. Приду и сразу завалюсь спать.
Несколько поворотов спустя Тракс останавливается как всегда не доезжая примерно квартал до подъезда грязного многоквартирного дома.
- Лучше бы остался и переночевал на базе.
- Ну нет. Хочу на свой диван и не хочу просыпаться оттого, что об меня кто-нибудь споткнется.
Он выбирается из машины, подмигивает и широко зевает.
- Пока!
- Заберу завтра в семь, не проспи.
- Так точно!
- Не издевайся.
Тракс красиво разворачивается и уезжает. Рауль делает несколько шагов по направлению к дому, пока не затихает шум мотора. Он представляет себе Тракса на трассе, улыбается и сворачивает в другую сторону.

Когда Тракс возвращается в гараж нью-йоркской базы, работает один Уилджек. Бамблби и Бластер скорее составляют ему компанию, чем действительно помогают.
Тракс молча трансформируется и мрачно заглядывает в раскрытый корпус перед Уилджеком.
- Сколько еще?
- Всего ничего, примерно сотня. Если бы они все делали одинаково, справились бы мигом.
Тракс молча кивает.
- Кстати, почему сегодня так рано?
- Рауль устал.
Уилджек тактично оставляет ответ без комментариев, но тут вклинивается Бластер.
- Ну да, устал. Месяц его отсюда было не выгнать, а теперь устал!
Тракс с холодным презрением рассматривает улыбающегося товарища.
- И что ты хочешь этим сказать?
- Я хочу этим сказать, - Бластер продолжает улыбаться, хотя даже Бамблби у него за спиной испуганно притих, - что скоро ты будешь его возить на свидания с какой-нибудь милой девчонкой. Луна, звезды и все такое, так ведь, Би?
Бамблби возмущенно вскидывается.
- Да Спайк никогда...
- «Никогда», конечно. Просто твоя трансформа не совсем та машина, на которой клеят девчонок. То ли дело Тракс! - Бластер подмигивает и секунду спустя теряет равновесие, потому что Тракс сбил его с ног и теперь держит за грудную пластину, наклонившись почти к самому лицу.
- Кого будет или не будет «катать» Рауль — не твоя печаль. Ты запомнил?
Бластер обалдело кивает.
- Да, что ты, конечно. Извини.
- Уилджек, тебе еще чем-то помочь?
- Э. Нет. Я почти закончил.
- Очень хорошо.
Тракс отпускает Бластера и под тремя потрясенными взглядами уходит к себе.

Джонас до сих пор копается у себя в мастерской. Рауль осторожно переступает через запчасти на полу и вежливо прокашливается.
- Джонас, привет!
- А? - механик выбирается из-под разобранной до основания машины. - Привет, мальчик, рад видеть, но работы тут пока на одного.
- Я не про работу. То есть не совсем про ту работу.
- Это ты еще о чем? - Джонас поднимает седую бровь и скребет щетинистый подбородок. Рауль собирается с духом.
- Я про гонки.
- И в чем проблема? Хочешь выпендриваться — пожалуйста. Ищи кого-то, кто участвовал, пусть порекомендует тебя Бейлу, хоть того же Диксона. Это не ко мне.
- Понимаешь... у меня нет документов на машину.
Механик скрещивает на груди здоровенные черные руки.
- Так.
- Нет, все законно, правда! Поэтому я пришел к тебе. Ты работаешь на Бейла. Попроси за меня?
- Значит, захотел погонять на краденном корвете?
- Он не... а ты видел?
- Слышал. Как это тебя до сих пор не загребли, диву даюсь. Такая машина в таких трущобах уже месяц... Слушай меня. Или продай кому угодно и сваливай отсюда, или, еще лучше, верни откуда взял. Это тебе пока везет.
- Так. Или ты поговоришь с Бейлом, или я ухожу и ищу его сам. Ничего я не собираюсь продавать, и никто меня не загребет.
Рауль разворачивается, и уже почти в дверях мастерской его останавливает голос Джонаса.
- Стой. Вот упертый. Я сам поговорю с Бейлом, целее будешь. Жди тут.
Джонас возвращается минут через сорок, когда Рауль уже успел задремать на стуле в углу.
- Он согласился на тебя посмотреть. И могу сказать, что тебе ничего не светит: Бейл любит делать деньги на гонках и не любит иметь проблемы из-за краденых тачек.
- Я же говорил, ничего такого...
- Ага, сам скопил. Давай, дуй к Бейлу, сам знаешь куда, и пусть он тебе даст хорошего пинка!
- Спасибо, Джо! - Рауль вылетает на улицу, на ходу натягивая куртку.

На улице стемнело, но это Рауля не особенно пугает. В своем районе всегда знаешь, где стоит ходить, где не стоит, а где нельзя. Он нервничает перед встречей с человеком, который последние десять лет организует все уличные гонки в этой части Нью-Йорка и попутно местный «тотализатор». С другой стороны, если повезет и получится убедить Бейла, что корвет не краденый, проблем быть не должно. А ему обязательно повезет.
Бейл в своем «офисе» в служебных помещениях закусочной в десяти минутах ходьбы от мастерской Джонаса. Рауля ждут, поэтому «охрана» - два суровых мужика за задней дверью — пропускает его почти сразу.
Приходится подождать в «приемной» еще минут десять, пока из кабинета не выходит еще один суровый мужик и кивком не приглашает его войти. Рауль на секунду замирает на пороге, выдыхает и заходит внутрь.
Комната большая и очень напоминает кабинет какого-нибудь бизнесмена, даже «вечный двигатель» с шариками и рамки с фотографиями на столе. Бейл черный, в яркой желтой футболке, но на спинке кресла висит обалденно дорогой пиджак. За спиной у Рауля кто-то звенит бокалами у мини-бара.
Бейл выжидательно разглядывает Рауля от сапогов до банданы, снисходительно улыбается и заговаривает как раз в тот момент, когда Рауль собирается открыть рот.
- Так. Джонас про тебя рассказывал.
Рауль собирается ответить, но успевает только кивнуть.
- Ты знаешь, я обычно не общаюсь с участниками. И ты знаешь, что если я не допускаю к гонкам краденые тачки, то я не допускаю к гонкам краденые тачки.
Бейл говорит очень медленно, но невозможно вставить ни единого слова.
- У кого ты ее купил, где ты взял деньги — мне плевать. Но если ты сам увел тачку, значит ее будут искать, и если у тебя хватило глупости ее оставить себе, тебя с ней рано или поздно загребут. Знаешь, таких придурков много, а мне не нужны облавы на моих гонках. Машина не твоя.
Рауль кивает, хотя это не вопрос.
- Но Джонас говорит, у тебя каким-то образом не будет проблем с законом. Так вот, мне стало интересно, как такое может быть.
Рауль засовывает руки в карманы и еще раз напоминает себе, зачем пришел.
- Это... Это машина приятеля. Он дал погонять.
- И на это у тебя тоже нет бумаг, я полагаю...
Бейл наклоняет голову и сцепляет пальцы в замок. Он явно развлекается. Человек у мини-бара тоже: он перестал возиться и прислушивается к разговору.
- Нет, действительно дал погонять. У него свои подходы к полиции. Машина у меня уже месяц, каждый день езжу в центр — полицейские, посты, все дела — и никаких проблем. Кто угодно подтвердит. Я прошу один раз. Пару заездов — никаких призовых денег.
Бейл задумался. Он явно взвешивает, стоит ли роскошный корвет на гонках возможных проблем. Рауль так и представляет себе, как он прикидывает возможную выручку от ставок на нового участника — и тут сзади раздается неприятный тихий смех.
- А что если я знаю несколько человек, которые подтвердят, что эту тачку ты увел?
Рауль сжимает кулаки и оборачивается, уже раскрыв рот, но тут голос его подводит, потому что сзади с бокалом мартини в руке стоит Гэддис-младший. Второй человек из «команды», которой Рауль был должен денег, которая поставляла краденные машины десептиконам, и из-за которой он наткнулся на Тракса. Гэддис улыбается и явно наслаждается эффектом.
- Я думал, вы все сели!
- Сели, мальчик, только те, кто запачкался. Хотя вот некоторые запачкались по самые уши, - Гэддис указывает бокалом на Рауля, - но им повезло, потому что у них есть хорошие... друзья.
Бейл хмурится.
- Значит, машина все же в угоне. Как я и предполагал.
Гэддис улыбается еще шире.
- Ну, не совсем. Скажем так: я лично видел, как этот парень ее угнал. Но все еще интереснее.
Бейл поднимает бровь.
- Да, это вообще не машина. Трансформеры. Помнишь, как о них везде кричали, когда раскопали дело с перепродажей угнанных тачек и мой братец сел? Вот тогда мы и познакомились, верно, мальчик?
Бейл мрачно смотрит на Рауля.
- Это правда?
Тому нечего возразить, и он опять кивает. Бейл поворачивается, чтобы подать знак охране, но Гэддис его опережает.
- Но и это еще не все, слушай дальше, Бейл, тебе понравится. Я уже месяц слежу за парнем и могу сказать, что у него с его машинкой, скажем так, очень трогательные отношения. Тебе тоже не верится, да?
Гэддис так гадко смеется, что Рауль забывает про шок от неожиданной встречи. Он кидается к Гэддису, но охрана Бейла действует быстрее, и через минуту он болтается, аккуратно зажатый под руки двумя охранниками. Гэддис делает глоток мартини и снова улыбается.
- Бейл, ты себе не представляешь, какие интересные вещи творятся на свете. Знаешь такой милый обрывчик здесь недалеко, за окраиной? Выехать по главной трассе и минут двадцать через пригороды. Шикарный вид на город... Все местные ребята туда возят девчонок... смотреть на звезды. А теперь представь себе, какая романтика: этот парень приезжает туда на своей любимой машинке один и они торчат там практически до рассвета.
Рауль дергается, но это как если бы его держали две стены.
- Он никогда не видел город сверху!
- Видишь? «Он»! Ночные прогулки, разговоры часами на парковке, весь день ошивается у них на базе...
- Гэддис, ты урод! Я до тебя доберусь, от твоей рожи ровное место останется!!!
Гэддис делает еще глоток.
- Извини, мальчик, но факты налицо: урод здесь ты. Это не я ложился под гигантского космического пидараса. Хотя у всех свои способы выбиться в люди, да...
На этот раз Рауль дергается так, что один из охранников едва не падает.
- Ты, сволочь, не смей его так называть! Выбиться в люди?! Думаешь, хорошо устроился? Никто не знает, куда девается половина денег от гонок? Бейл не знает — никто не знает? Ни черта подобного! Весь район об этом говорит!
Гэддис меняется в лице, судорожно сжимает ножку бокала и Рауль к собственному удивлению понимает, что угадал.
- Ах ты дрянь, я тебя...
- Оба заткнулись.
Бейл переводит взгляд с Рауля на Гэддиса и обратно с явным отвращением.
- Уберите отсюда мальчишку, и чтобы я его здесь больше не видел. Джонас на старости лет сильно подобрел и поглупел. А к тебе, Гэддис, у меня будет отдельный разговор.
Через минуту Рауль стоит на коленях на заднем дворе закусочной и от злости почти не может дышать. Он со всей силы ударяет по асфальту, представляя себе физиономию Гэддиса, и чуть не разбивает кулак в кровь. Кое-как отдышавшись, он вытирает грязные руки об грязные джинсы и ссутулившись поворачивает к дому.

В переулке примерно за десять минут ходьбы до дома как всегда темно. Рауль наступает в лужу и ругается себе под нос. Конечно, это была дурацкая идея. И он совершенно не представляет, как теперь появится на глаза Джонасу. Особенно если поползут слухи, а они, скорее всего, уже поползли. Он сердито пинает жестянку из-под пива. Да, с обрывом была самая идиотская идея — надо было еще поискать способ так подставить Тракса. Он вспоминает Гэддиса и краснеет, на этот раз не только от злости. Действительно, «урод» - самое то слово.
- Ни о чем не хочешь поговорить, а приятель?
От незнакомого голоса за спиной Рауль дергается и оборачивается. Фонарь светит прямо в лицо, и все что он видит — штук пять силуэтов в темноте.
- Я думаю, хочет. Он вполне конкретно выразился в том смысле, что хочет добраться до моей рожи. Ну вот она, мальчик, вперед!
Рауль не видит, но чувствует, что кто-то заходит за спину.
Гэддис смеется.
- А ты думал — Бейл тебя послушает и закатает меня в бетон? Меньше смотри кино. Мы поговорили и разобрались с этой проблемой. А вот с тобой Бейл слишком мягко обошелся. Даже не могу сказать, кого я люблю меньше: стукачей или педиков. И тех и других прямо видеть не могу...
- Да? И как же ты бреешься по утрам — без зеркала?
Гэддис выключает фонарик.
- Ребята, приступайте.
Один из тех, кто зашли за спину, хватает его за шиворот, но в руках у него остается только куртка. Рауль умеет драться, даже очень неплохо, и этим гордится, но против четырех немаленьких мужиков у него никаких шансов. Остается только вертеться, беречь голову и стараться не дать оттеснить себя в тупик. Один раз у него получается хорошенько дать в морду Гэддису, но в ответ он получает удар в живот и складывается пополам. Кто-то успевает схватить за майку и тащит его в тупик. Он старается не подставлять нос — и получает такой удар в скулу, что зубы клацают со всей силы, а в это же время кто-то бьет под ребра. В ушах звенит Раулю мерещится визг тормозов. Хватая ртом воздух, он успевает подумать, что все это ужасно глупо, и что если он останется жив, придется объяснять Траксу, что случилось, и тогда он точно умрет со стыда.
- Э, какого?! - орут у него над ухом. Свет фар, гораздо ярче любых нормальных, освещает переулок так, что даже с закрытыми глазами больно.
- Всем оставаться на своих местах!
Рауль за какую-то секунду успевает обрадоваться, удивиться, испугаться и непроизвольно улыбается, потому что эту фразу Тракс подцепил из полицейских боевиков, которые он ему показывал.
Фары гаснут и под тихий шум трансформации в просвете между стенами поднимается темная фигура высотой в три человеческих роста с ярко светящимися глазами. Руки, которые держат Рауля, разжимаются, он валится на землю и еле успевает убраться из-под ног и укатиться к стенке. Кто-то орет, кто-то стреляет, кто-то швыряет в робота биту. Бита разлетается в щепки, один выстрел отскакивает рикошетом, от другого Тракс уворачивается. Один из людей Гэддиса пытается прорваться в переулок, но тут же улетает обратно на мусорные контейнеры. Гэддис вопит что-то про «ебаных пришельцев» и стреляет, Тракс уходит из-под огня и начинает отстреливаться.
Рауль пытается приподняться, держась за стенку, но его тут же сбивают с ног и он отползает в дальний угол. Он вдруг понимает, что видел Тракса в перестрелке с людьми и в стычке с десептиконами, но ни разу не видел его действительно, по-настоящему злым. Сейчас робот движется в узком простенке на удивление быстро и ловко, Рауль представляет себя на месте Гэддиса и его людей, и инстинктивно вжимается в стену.
Через пять минут на земле лежат четыре неподвижных тела а железная рука прижимает Гэддиса к стене, так что его ноги болтаются примерно в двух футах над землей. В воздухе висит запах выстрелов и горячего железа. Гэддис пытается вырываться, но быстро понимает, что это бесполезно и просто повисает.
Тракс держит паузу и внимательно рассматривает Гэддиса, сжимая и разжимая пальцы у него на ребрах, как будто не может решить, сломать их или нет. В конце концов холодно бросает через плечо:
- Рауль, ты цел?
Рауль ощупывает языком зубы — только кусочек откололся, осторожно надавливает на ребра и трогает скулу.
- Да, нормально.
Тракс полностью замирает на несколько секунд, потом кивает и поворачивается обратно к Гэддису. Рауль понимает, что его только что сканировали.
- Я тебя помню.
- Не понимаю, о чем ты, - Гэддис хрипит и пытается вырваться.
- Ты из той компании, которая поставляла машины десептиконам. Не главный, но вроде того. Как это тебя не посадили?
- Не было свидетелей.
Тракс очень нехорошо улыбается и наклоняется поближе.
- Теперь есть. И, кстати, твой босс велел тебе передать, что у тебя здесь теперь нет никакой поддержки, что ты слишком дорого обходишься, и что он лично проследит за тем, чтобы за тебя не внесли залог.
Гэддис дергается.
- Чертов робот! Я тебе не верю, ты не...
Все так же нехорошо улыбаясь Тракс поднимет пушку и стреляет ему в голову. Гэддис мешком сползает на землю.
Тракс брезгливо отталкивает его ногой, подходит к Раулю, который все еще пытается подняться и опускается на колено.
- Помочь?
- Да, если можно, - Рауль с усилием опирается на подставленную руку. - А ты Гэддиса и этих... совсем?
- Я похож на десептикона?
Рауль качает головой и предпочитает не говорить, что конкретно сейчас — вполне.
- Парализующие заряды.
- Тракс, извини. Я не думал, что так получится.
- Ты не думал? Мягко сказано! Вообще не представляю как тебе такое в голову пришло! Я считал, представители твоего вида рождаются с головным мозгом, но теперь вижу, что не все.
Рауль осторожно прислоняется к стенке. Живот уже почти не болит.
- Я очень рад, что ты приехал.
- Еще скажи «спасибо». Ты себе представляешь, что было бы, если бы я тебя не нашел? Зачем тебе дались эти гонки, снимать девиц?
- Ты знаешь про гонки, да?
- О да. Сначала я поехал к тебе, но там было пусто. И уже на полпути на базу я подумал про эти дрянные гонки. Тогда я поехал в магазин Пита.
- Откуда ты...
- Ты показывал, когда мы катались. Пит сказал поискать у Джонаса, а Джонас сказал, что ты пошел к Бейлу.
- Тебя пустили к Бейлу?!
- А меня могли не пустить?
Раулю становится истерически смешно, когда он представляет себе разговор Тракса и Бейла.
- И что Бейл?
- Бейл очень умный человек. В отличие от некоторых он понимает, с кем ему лучше не связываться. Он сказал, что ты «повздорил» с Гэддисом. Дальше тебе повезло. И вот этому, - он брезгливо кивает в сторону Гэддиса, - тоже. И ты не ответил, с какой стати тебе все это понадобилось.
Рауль внимательно изучает носки сапог и вздыхает.
- Хотел сделать тебе сюрприз.
С минуту Тракс не находит, что ответить. Он окидывает взглядом грязный тупик со следами рикошета на стенах и валяющимися на земле телами.
- Можно сказать, ты его сделал.

Приезжают две скорые и две полицейские машины. Рауля осматривают, берут показания, мажут сколотый край зуба какой-то клейкой гадостью с отвратительным вкусом, дают подписать бумаги. Тракс разговаривает с полицейскими, помогает грузить вяло шевелящиеся тела в машины, отвечает на какие-то вопросы — все время в зоне видимости, но Раулю не говорит ни слова.
Когда последняя «скорая» уезжает, полицейские заканчивают фотографировать место драки. Тракс разворачивается, собирается трансформироваться и натыкается взглядом на Рауля.
- Ты не в больнице.
- Еле отвертелся.
- Отлично, еще одна замечательная идея.
- Тракс, перестань. Похожу пару дней с пластырями, ерунда.
Тракс ничего не отвечает, трансформируется и открывает дверь.
- Сам дойдешь или довезти?
- Тут пять минут... Хотя, знаешь, не хочу домой. Джеф и Вилли проснутся, придется объяснять, почему я такой красивый. Давай к вам, все равно теперь не засну. Только у тебя весь салон будет грязный.
- Переживу.
По дороге они проезжают поворот в пригород, и Рауль вспоминает разговор с Гэддисом-младшим.
- Слушай. Есть одна вещь... Я бы не хотел тебе говорить... Нет, я в порядке, нормально. Помнишь, мы пару раз ездили на обрыв?
- И?
- Я хотел сказать... В общем, лучше нам с тобой туда больше не ездить.
- С какой стати?
- Ну, понимаешь... такое место... туда обычно ездят, чтобы... Короче, поползут слухи. Точнее, уже поползли.
- То есть?
- Бойл тебе сказал, что мы поцапались с Гэддисом? Этот урод за нами шпионил. И он тебя называл... такими словами, что... Я не хочу, чтобы тебя кто-то еще так называл. Гэддис думает, что мы с тобой... Не знаю, как тебе сказать.
Корвет резко тормозит и Рауль инстинктивно хватается за больной бок, но сидение мягко гасит толчок.
- Меня почему-то должно волновать, что обо мне думает Гэддис?
Он заводит мотор, проезжает задним ходом сотню метров по пустой дороге и поворачивает на пригородную трассу. Несмотря на весь гадкий осадок на душе, Рауль улыбается, потому что только его замечательный вздорный невыносимый корвет так может.
- Вот стоило тебе сказать туда не ездить!
- Меньше будешь болтать всякие глупости.
Рауль смеется. У него голова кружится от облегчения, от скорости, мелькающих фонарей и, наверное, от небольшого сотрясения — но все вместе просто здорово. Машина на приличной скорости проходит пригород, окраину, пролетает по пригородной трассе и выезжает на обрыв.

Вид на город действительно шикарный, даже под утро. Рауля совершенно не удивляет, когда говорят, что половина района в определенном смысле отсюда родом. Он выбирается из машины, стягивает драную грязную майку и поплотнее закутывается в куртку. Ее тоже придется выбросить, но сейчас ему как-то плевать. Все равно он давно хотел черную.
Тихий звук трансформации, и Тракс садится рядом. Рауль приподнимается и привычно прислоняется к металлической броне ноги. Все замечательно, как всегда, но одна мысль упрямо не дает покоя: примерно тридцать процентов любопытства и семьдесят... чего-то еще.
- Слушай. Я, конечно, извращенец и все такое, так что можешь не отвечать... В общем, про что говорил Гэддис — оно вообще осуществимо? Ну, чисто технически?
- С ума сойти: у Гэддиса хватило фантазии, а у тебя нет!
Рауль чувствует, как от волнения холодеют ладони. Впервые с четырнадцати лет он хочет кого-то, кто хочет его, и, похоже, знает, что он его тоже хочет, а он... короче, он совершенно не представляет, что надо делать. С другой стороны, тот же первый опыт показал, что безнадежных ситуаций нет. Рауль немного соскальзывает вниз и улыбается.
- И как?
- Ну, технически процесс отличается довольно сильно, - Тракс немного распрямляет ногу, так что Рауль теперь практически лежит. - Например, совершенно иначе располагаются чувствительные места.
Он осторожно проводит рукой по груди, животу и ногам Рауля сначала вниз, а потом вверх, разводя в стороны полы куртки, нажимая чуть сильнее, но все равно недостаточно сильно. Рауль чувствует, как волоски на коже поднимаются, и совсем не от холода. Он с готовностью выгибается навстречу тяжелой ладони, но она тут же поднимается.
- Вот, теперь примерно ясно где.
Рауль уже готов сказать что-нибудь про кидалово, жестокое обращение и садизм, но тут одна рука Тракса стягивает с плеч куртку, а вторая — пока он сражается с молнией — аккуратно тянет джинсы вниз.
Уже светает, должно быть довольно холодно, но Раулю жарко. Тракс удерживает его на месте, не позволяет слишком сильно выгибаться, края металлических сочленений на фалангах слегка царапают кожу, и Рауль судорожно выдыхает сквозь зубы. Он открывает глаза и ловит такой внимательный, сосредоточенный, напряженный и жадный взгляд, что от него одного можно было бы кончить.
Рауль снова зажмуривается и больно закусывает губу: черта с два он даст Траксу так просто отделаться. Он ухитряется перевернуться и соскользнуть с ноги. Он решает начать со всегда казавшихся уязвимыми краев пластин брони — просто потому что всегда ужасно хотел до них дотронуться. Тракс следит за ним тем же напряженным взглядом, но когда руки Рауля доходят до сочленений грудных пластин, визоры выключаются. Рауль быстро отдергивает руку, в панике соображая, что он мог сделать не так — но тут Тракс под ним выгибается, визоры загораются снова, и выражение лица у него сейчас настолько человеческое, что Рауль улыбается. Он гладит броню, незакрытые броней провода между стыками пластин — все, до чего может дотянуться. Тракс запрокидывает голову, и это так же красиво, как Тракс на скоростной трассе и даже красивее. Ладонь Тракса мягко ложится ему на спину, пальцы очень осторожно, чтобы не задеть ссадины, скользят по плечам. Рауль прижимается к теплому металлу и вздрагивает от неожиданности, когда пластины на груди начинают раздвигаться.
Он зачарованно смотрит, как перед ним открывается искра, про которую он слышал, но даже не надеялся увидеть, а потом осторожно и медленно подносит ладонь к синему огню — но тут же отдергивает руку от неожиданно сильных и явно не своих ощущений. Тракс стонет, по корпусу пробегает дрожь, пальцы на плечах сжимаются почти слишком сильно. Рауль облизывает губы, протягивает руку и дотрагивается до искры — и то ли от чужих ощущений, то ли от мысли, что сильный, неприступный, язвительный и красивый Тракс сейчас лежит под ним на земле с отрытой искрой и дрожит от легкого прикосновения рук, Рауль не может сдержаться сам.

Он приходит в себя через несколько минут и вяло нашаривает скомканную майку. Рядом постепенно возвращаются к жизни системы Тракса. Грудные пластины закрыты и корпус снова кажется непроницаемым. Рауль смотрит в небо и улыбается идиотской счастливой улыбкой.
- Ты представляешь: ведь до нас этого, похоже, никто не делал.
- Похоже.
- Прямо не знаю... Как высадка на луну!
- Ага. «Маленький шажок для человека — гигантский шаг для всего человечества»
Рауль смеется и бьет Тракса по колену майкой.

~End~

Поздно вечером Рауль и Тракс заканчивают работу на базе. Тракс трансформируется и открывает дверь, Рауль с довольной улыбкой разваливается на месте водителя и почти собственническим жестом закидывает руку на изголовье второго сидения.
- А пристегнуться?
Рауль смеется, закатывает глаза, но пристегивается и корвет выезжает из ворот мастерской.
Бластер провожает их взглядом и качает головой.
- Хорошо получилось.
Уилджек кивает, не поднимая взгляда от особенно хитрой схемы.
- И общаться с Траксом стало гораздо легче.
- Он извинился за тот раз.
- Вот и я говорю.
Бамблби переводит потрясенный взгляд с одного на другого.
- Вас что, вообще ничего не удивляет? Нет, хорошо получилось и все такое, но так вот с человеком... это как-то... в жизни бы не смог.

Вернуться к фанфикам