MilkingWay

Автор: Nueteki
Вычитка: Биполярная Лисица
Персонажи: много бетономиксеров и бетононасосов
Рейтинг: NC-17
Жанр: pwp
Краткое содержание: рабочие будни бетономиксеров с бетононасосами разных классов. История появления некоторых кибертронцев и их роль в становлении малого фермерского энергонного хозяйства (тм)
Предупреждение: сплошные ОС-и, фоном пробегал Миксмастер.
Комментарий: для Mornauro, которая нарисовала очень много всего хорошего. Сиквел к "Сгущенке".
Приложение: Путцмайстер - гигантский бетононасос M-70, Камфауд - гигантский бетономиксер. Галерея бетононасосов-гопников: Камлоад (убергопник), Вайдпамп (крупный бетононасос), Пампслайд (бетононасос-наркоман), Слэмшефт (бетононасос-наци), Пауэрблок (бетононасос древней модели) и Хиткрашер и Фростфиндер (бетононасосы-специалисты по криотехнологиям).

Глава 1. Отсос или дезактив.

Камфауд шумно вздохнул, прогоняя воздух через мощную вентсистему. Не дожидаясь, пока на него обратят внимание, он сам рассылал резюме на все крупные и даже средние объекты, но ответы были неутешительными: бетономиксер восьмого порядка не требовался практически нигде. Отказ, отказ, отказ... За последний декацикл никто не согласился на его услуги, а это означало серьезные финансовые проблемы. Он и так не научился экономить, привыкнув к полной программе обеспечения в учебном центре, а сейчас последние кредиты подходили к концу, едва хватит на заправку, что уж говорить об оплате отсека. Из-за своих размеров ему приходилось выкладывать немаленькую сумму даже за условный ангар, больше напоминающий несколько блоков, наскоро скрепленных между собой. Впрочем, перезаряжаться Камфауд мог и прямо на улице, с его размерами можно было не опасаться домогательств, но остальные проблемы так просто не решались.
Одновременно с голодом его терзало прямо противоположное чувство — фантомные ощущения приятного давления в баках, мощных шлангов, проталкиваемых в технические шлюзы... Камфауд тихо застонал сквозь сжатые дентапластины. Вне стройки вероятность получить чей-либо виброхобот в его истосковавшиеся внутренности была нулевой, а на стройку его не нанимали — бетономиксер подобных размеров не был желанным гостем на объектах точечных застроек. В его широких баках небольшие порции растворов больше размазывались по стенкам, чем попадали по назначению покупателю. Попытки подзаработать транспортником тоже ни к чему хорошему не привели: большая часть подобных работ выполнялась дронами, а для тех вакансий, где дронов было недостаточно, требовались специальные профильные навыки, которыми Камфауд не обладал. Хоть нелегально вламывайся на ближайшую стройку и предлагай отсос всем желающим. Пока Камфауд предавался этой нехитрой эротической фантазии, автопилот привел его в одну из забегаловок на окраине. Местные обычно сторонились подобных заведений — энергон там разливали прямо в строительную тару, и ходили слухи, что владельцы торговали слитыми остатками сырца, так что посетителями были в основном бетономиксеры с их мощными фильтрами. Камфауд дождался, пока изрядно раздолбанная дверь скользнет в сторону, и, пригнувшись, шагнул в слабоосвещенный отсек. Бармен, сильно смахивающий на дрона-черпальщика, молча бухнул на стол тяжелую грязную канистру, съевшую последние сбережения Камфауда, но последнего это уже не волновало. Оглянувшись, он заметил в дальнем углу товарища по профессии — небольшого бетономиксера с сине-желтыми сегментами бака — и, стараясь не слишком сотрясать пол, направился к нему.
— Что нового? — поинтересовался он у соседа, осторожно садясь рядом. Видел его Камфауд в первый раз, но стеснительностью никогда не страдал, да и нужда заставляла знакомиться со всеми.
— Да все то же, — скривился тот. — Нагнали целую армию стройотрядов, а часть проектов заморозили, техника простаивает.
— И работы нет, — с тоской сказал Камфауд, на автомате в очередной раз проверив почту.
— Шлак бы с ней, с работой, — раздраженно отозвался бетономиксер. — Говорят, кое-кто уже беситься со скуки начал. Слышал, на прошлой декаде Вайдмикса зажали и слили все, отсосали досуха. Говорил, еле дополз до крайнего цеха, а там как раз вторая смена шла.
— Кто его так?
— Известно, кто, — бетономиксер засопел вентиляцией. — Сам знаешь этих... им лишь бы шланги присунуть. Наши по двое ходить стали, так они тоже в банды собираются. На стройке все такие вежливые, а я мимо пустых секторов ездить не могу спокойно, все смотрю, нет ли где стрелы с бетоноводом.
— Это в пустых секторах его зажали? — заинтересовался Камфауд.
— А где же еще! Наш застройщик отказывается ставить охрану или хотя бы патрули пускать, говорит, не его участки, а там творится шлак знает что! Уже не первый случай.
— Надо же, еще ни разу не слышал.
— Тебе-то что! — фыркнул бетономиксер, встав и пинком отправив пустую канистру в дальний угол. — С такой дылды никто не отсосет!
— А может быть, и отсосет, — с надеждой проговорил Камфауд, но собеседник, не слушая его, уже исчез за дверью.

В промывочной, как обычно, было шумно: кто-то вернулся с объекта, кто-то проходил процедуры дополнительной очистки, а кто-то просто заглянул за компанию. Под потолком протянулись стрелы всевозможных расцветок, нельзя было и шагу ступить, не задев чей-нибудь игриво болтающийся виброхобот.
— Камлоад, достал! — раздраженно сказал, отталкивая от себя чужие похотливые шланги, Вайдпамп, высокий светло-зеленый бетононасос пятой категории. — Тебе работы не хватает?
— Искра просит отсоса! — ухмыльнулся тот, болтая мокрым концом виброхобота.
— Да ты романтик до болта!
— Болт тоже просит отсоса!
— Вот на болт и иди, — раздраженно посоветовал Вайдпамп. — Найдешь там приключений на свои шланги.
— Этот всегда найдет, — философски заметил Фростфиндер. Он работал в команде криогенераторов вместе со своим близнецом Хиткрашером, и их синие трубы помимо рабочего шифра украшали глифы низких температур. Впрочем, стена холода, постоянно сопровождавшая обоих, была красноречивее любых глифов.
— Хочешь, я дам отсосать? — невинно предложил Хиткрашер.
— Не фанат морозить шланги!
— Вы бы так сосали, как треплетесь, — укоризненно заметил Пауэрблок, бетононасос старшего поколения. Его повидавшие виды голубые трубы, несмотря на большое количество потертостей, выглядели не менее сурово, а мощный компрессор позволял поспорить с более слабыми современными моделями.
— Я б пососал, так никто не дает! — возмутился Камлоад, оглядываясь в поисках подходящей жертвы. На роль жертвы подходил любой, кто не мог дать сдачи, и в этот раз взгляд Камлоада остановился на красно-синем бетононасосе в соседней кабинке. Камлоада не смутили ни расфокусированная оптика, ни слегка напряженная поза приятеля, разложившего полуразвернутую стрелу прямо на полу.
— Эй, Слайд! — Камлоад бесцеремонно постучал по покрытой пеной синей броне приятеля, но тот не реагировал, неподвижно застыв под струями очистителя. — Слайд, прием! Мойка на связи!
— Кам, ты порой тупее дрона, — проговорил Слэмшефт, закончив полировку и педантично собирая контейнеры. — Не видишь, что с него льется?
Камлоад опустил взгляд и выругался: из выпущенных на пол шлангов бетононасоса струилась ядовито-зеленая смесь.
— Видимо, все еще догоняется тем, что в последний раз откачали.
— Это не с того зеленого, который орал, что гештальтом нас найдет? — фыркнул Вайдпамп. — Веселый был, хоть и проблемный.
— Гнал он, — убежденно заявил Камлоад. — Нет таких гештальтов!
— Гештальт бетономиксеров, — мечтательно проговорил Слэмшефт. — Это же сосать — не пересосать.
— Гештальт бетономиксеров вам стрелы переломает, — возразил Пауэрблок.
— Да ладно! Подходишь, спрашиваешь: "Эй, слышь, молочко есть? А если найду?" — они сами все сливают!
— Эх, молодежь... нарвешься однажды, — хмыкнул старший бетононасос и вышел.
Камлоад ненавязчиво закинул было шланг в секцию Хиткрашера, но тут же получил промывочным шаром в оптику — реакция у близнецов была отменная, несмотря на криотехнологии. Камлоад не замедлил с ответом, открыв артобстрел из подручных чужих материалов, и упругие спонжи запрыгали по полу. Близнецы никак не отреагировали, в отличие от владельцев похищенного.
— Хорош мои промывочные шары тащить! Их поставки и так задерживают! — не выдержал Вайдпамп, лишившийся последнего.
— А ты отсоси! — загоготал Камлоад в ответ, подкинув оранжевый шарик и тут же поймав виброхоботом. Круглый спонж исчез в жадных недрах бетоновода.
— Я тебе сейчас такой турбоотсос устрою — шланги лопнут! — пообещал Вайдпамп, схватив наглеца за ярко-желтый сегмент стрелы.
— Ой, напугал! — заржал тот. — Мой шлюз прям весь дрожит!
— Да ты не дотянул еще до шлюза-то, — заметил Фростфиндер.
Вайдпамп молча разъяренно свинчивал переходники.
— Это что-то новое? — вынырнул из своих химических грез Пампслайд.
— Это что-то пошлое, — равнодушно уточнил Хиткрашер, покидая мойку.
— Как будто раньше здесь был съезд ценителей культуры Золотого Века! — фыркнул Камлоад, все еще с интересом наблюдавший за Вайдпампом.
— Раньше здесь по углам не сосались, — Фростфиндер обогнул лабиринт стрел и вышел вслед за напарником.
— Отсос! Отсос! — радостно проскандировали Пампслайд и Слэмшефт.
Но соревнование по отсосу длилось недолго: под натужный рев компрессоров Вайдпамп отвоевал похищенное обратно и тут же брезгливо сунул под струю очистителя.
— Ну ты силен! — Камлоад с неудовольствием потер пострадавший от резкого перепада давления боковой бак.
— Будешь знать, как сосать у старших моделей! — фыркнул Слэмшефт.
— У меня и стрела длиннее, — хмыкнул Вайдпамп.
— Насосал, — буркнул Камлоад.
— Вы еще ходом поршня померяйтесь!
— А что... — тут же начал Камлоад, но его перебил Пампслайд:
— А вы слышали про модель восьмого порядка?
— Это которые с гигантскими стрелами, что ли?
— Не-ет… – рассказывая, Пампслайд одновременно начал собирать раскинувшуюся по полу стрелу, аккуратно ее складывая. — Есть где-то в незастроенных секторах гигантский бетономиксер, в его баки влезет запас энергона на декаду, и он сам ловит бетононасосов. Если попался ему, то все, убежать от него нельзя, только сосать. Сумеешь его перезагрузить, то он отдаст тебе все свои секретные смеси и научит таким приемам, что все будут мечтать о твоих отсосах. Но если не сумеешь его удовлетворить — будешь сосать до разрыва баков, пока энергон не потечет из лопнувших шлангов, — голос Пампслайда дрогнул. На клик в промывочной стало тихо.
— Это где такие бетономиксеры ездят с чистыми синтетиками вместо бетона? — фыркнул Слэмшефт. — Отличный ты приход словил!
— Веществами надо делиться! — поддержал его Камлоад. — И вообще, подбери шланги, двинем на охоту.
— Опять вы за свое!
— Удачного отсоса!
— И тебе полных труб!
Ухватив приятеля за красный сегмент стрелы, Камлоад буквально вытащил его следом за собой.

Сектор, где было заморожено строительство частного объекта, всегда являлся предметом споров и территорией частичной анархии: владельцы отказывались регулярно отправлять в него очистительную технику, мотивируя это отсутствием работ, соседние секторы жаловались на бардак соседей, наползающий на их территорию, а застройщики — на пропажу ценных материалов, оставленных на складах всего на пару орнов.
Бетононасосы дружно шагали, ведомые Пампслайдом: тот объявил, что у него нюх на бетономиксеров с нестандартными грузами. Правда, остальные считали, что дело не в повышенной калибровке хеморецепторов, а в сбитых веществами настройках, но в компании Пампслайда им действительно везло чаще. Тем не менее в этот раз они уже больше мегацикла бродили между ангарами и штабелями шлакоблоков, а вожделенной жертвы так и не предвиделось.
— Слайд, все-таки тебя проглючило, — недовольно протянул Камлоад, дописав пару глифов к шифру на табличке одного из складов вибропрессовочного оборудования и превратив надпись в крайне неприличную. — Нет здесь бетономиксеров.
— Был один, я его движок слышал! Почти пустой шел или цементное молочко тащил.
— Тебе, когда обдолбаешься, и дизель кажется цементным молочком, — буркнул Камлоад, наградив пинком ближайшую цистерну, и та отозвалась низким гулом.
— Кам, хватит, — поморщился Пампслайд, — попадешь, как в прошлый раз, в цистерну с песком единичной фракции, опять будем выдувать его из всех швов.
— Скучно! — в подтверждение своих слов Камлоад еще раз наподдал пустой канистре, с грохотом покатившейся по переулку.
— Тише ты! Вот только сейчас было что-то! — возмутился Пампслайд, усиленно фильтруя воздух.
Камлоад неразборчиво пробурчал в ответ, но Пампслайд уже свернул за угол. Второму бетононасосу пришлось последовать за ним в довольно длинный проход между блоками плит и штабелями труб. Заканчивался проход внушительного размера свалкой.
— Тупик! — заржал Камлоад. — Сладкие канистры — на выход, или вас найдет мой гадкий шланг!
В подтверждение своих слов бетононасос развернул стрелу, медленно взмывшую вверх между блоками плит.
— Ты зачем это сделал? Тебя же теперь за эспы видно!
— Ну и пусть, побежит — мы его услышим и догоним, даже если порожняком идет.
— Не в этом дело, — Пампслайд раздраженно щелкнул приятеля по изгибам бетоновода. — Что-то у меня нехорошее предчувствие, что это он не убегает от нас.
— Чего? — не понял Камлоад. — В смысле, нет здесь никого. Я тебе это уже мегацикл назад говорил, дошло, наконец-то?
— Нет, он здесь, но... — Пампслайд нервно оглянулся, — кажется, он теперь сам нас ищет!
— Проветриться тебе надо, — хмыкнул Камлоад, небрежно покачивая стрелой. Конец виброхобота задел торец одной из труб, лежащих в штабеле, раздался скрежет, и штабель с грохотом рассыпался.
— Какой урод их не увязал, — на автомате выругался Камлоад, отшвыривая сразу несколько докатившихся труб.
— Здесь точно кто-то есть, — Пампслайд нервно огляделся, но проход был пуст. Тем не менее уже обоим стало не по себе.
Бетононасосы переглянулись.
— Я шлангом задел. Нет здесь никого, глючит тебя! — сердито сказал Камлоад, с щелканьем сворачивая стрелу. — Сектор пустой, валим отсюда.
— Валим! — быстро согласился с приятелем Пампслайд и развернулся к выходу, но там их уже ждали.
Широкая тень протянулась до кончиков их стоп, и с перепугу Пампслайду показалось, что их накрыл громила в три раза больше их.
— Отсос или дезактив! — хрипло приказал гигантский бетономиксер.
— Слышь, Кам, это по твоей части, — поспешно выдал Пампслайд, отступая.
— Почему это по моей? — на автомате открестился Камлоад, калибруя оптику. — Это твой глюк, ты и соси!
— Стрелы переломаю, — басом сказал бетономиксер, подойдя и нависнув над обоими. Фраза прозвучала бы более внушительно, если бы в конце его голос не съехал на высокие ноты, но бетононасосы этого не заметили, изумленно уставившись на него.
— Какой у тебя опасный глюк! — Камлоад нервно рассмеялся, но его приятель шутки не поддержал, в ужасе застыв одиночной сваей.
Бетономиксер демонстративно замахнулся, и бетононасосы дружно отшатнулись.
— Отсосем, не проблема, просто мы... мы по очереди! — нашелся Камлоад и пихнул товарища в спину. — Первый он!
— Оба сразу, — потребовал бетономиксер, усаживаясь на пол и окончательно блокируя собой выход.
Пампслайд молча послушно шагнул вперед, разворачивая стрелу и все еще не сводя завороженного взгляда с гиганта, уже устроившегося на расколотой плите и широко расставившего ноги. Пампслайду показалось, что между ними открывается вход в другую вселенную, и это окончательно лишило его дара речи. В отличие от приятеля, Камлоад здравый смысл сохранил, и этот здравый смысл подсказывал бросить гордость, хватать шланги и бежать, но было поздно: бетономиксер наклонился вперед и ухватил их за сегменты сложенных стрел, подтаскивая к себе поближе. Никогда еще чужой шлюз не казался Камлоаду настолько огромным. Глядя на расходящиеся лепестки центральной диафрагмы, он замер, и только когда Пампслайд неуверенно ткнулся несколькими шлангами в открывшуюся бездну, сцепил дентапластины и решительно размотал свой стыковочный комплект. В конце концов, их двое на эту жадную канистру... Хотя, какую уж канистру, это целый заправочный бак крейсера, не меньше. К стыковке присоединился Пампслайд, и почти одновременно их насадки со шлангами с глухим лязгом провалились в открытый шлюз. Камлоад не мог отделаться от ощущения, что видит свои детали в последний раз. Запустив начальный цикл и разгоняясь, он понял, что и речи быть не может о каком-то контроле. Пампслайд только вошел в первую стадию и отсасывал асинхронно, но даже договорись они — ситуацию это бы не поменяло.
Бетономиксер не пытался закрываться от них, пережимать шланги и как-то вообще контролировать прокачку — он вообще прислонился отводами к шлакоблоку и низким голосом стонал, затенив желтый визор. При его размерах шлюза в контроле просто не было нужды — их шланги вяло трепыхались в широких трубах под мощным давлением полупереработанного топлива. Бетононасосы быстро вышли на максимум своих возможностей, и рев их двигателей заглушил даже басовитые стоны бетономиксера, в порыве страсти до скрежета сжавшего их стрелы:
— Да, да!.. сильнее!
— Куда сильнее, у меня компрессор сгорит! — прохрипел Камлоад, пытаясь выдраться, но насильник стальной хваткой держал обоих.
Прогнав полный цикл, опустошивший и вырубивший бы стандартного бетономиксера, Камлоад осознал, что до перезагрузки их насильнику далеко. Его приятель и вовсе впал в очередной наркотический транс, присутствуя в коннекте лишь номинально и свалив всю работу на Камлоада.
— Еще! — капризным тоном потребовал бетономиксер, даже не думая их отпускать.
Почувствовав, как от ужаса у него запасные шланги скручиваются в тугие кольца, Камлоад неохотно подчинился, запустив обратную закачку. Его даже не подбодрил звонкий шлепок влажного шланга по бедру — он боялся, что его основной виброхобот полностью скроется в недрах гиганта, а затем и его самого засосет целиком. Пампслайд, кажется, отключился — против агрессивных или галлюциногенных веществ разной концентрации он бы выстоял, но такого объема работ не выдержал. Впервые в жизни Камлоаду остро не хватало Вайдпампа — может, его мощности сейчас спасли бы их обоих. Надсадное гудение вентсистем перешло в пронзительный вой, смешавшийся с шумом работающих на максимальных оборотах компрессорах. Охладитель тек по его корпусу, просачиваясь из лопнувших шлангов и затекая в стыки брони, но увлеченный бетономиксер стискивал его раскаленные трубы до скрипа, едва не вгоняя в себя все глубже и глубже, и в какой-то момент Камлоаду пришлось вцепиться в ближайшую арматуру. То ли от перегрева, то ли от потери энергона, но системы не выдержали нагрузок, и он так и отключился, крепко сжимая крошащийся блок.

Камфауд пришел в себя только после поверхностной перезагрузки. По обеим сторонам от него, раскинув стрелы, вытянулись оба бетононасоса, причем один руками и ногами обнимал кусок арматуры. Жертвы его страсти явно были в глубоком стазисе от перенапряжения. Двоих ему всегда было мало, надо бы троих брать... тут Камфауд спохватился: за троими он может и не уследить. Главное, что идея действительно работала: перегоняя энергон по трубам, бетононасосы щедро поделились с ним своим запасом. Не самая высокая степень очистки, но он уже привык фильтровать, был бы энергон. Камфауд тяжело поднялся и, слегка шатаясь, направился в сторону заброшенных ангаров. Он сильно сомневался, что, очнувшись, бетононасосы побегут с заявлениями о принуждении к топливному коннекту в местный департамент охраны гражданских шлюзов, но лучше не рисковать. Хотя конкретно об этих двоих Камфауд уже был наслышан: учитывая их репутацию, заявление от них попросту не примут. К тому же, эти двое были не единственными интерфейс-террористами, жалобы на которых он нашел на местном форуме бетономиксеров: этот сектор был полон бетононасосов плохого поведения, и Камфауд надеялся, что на его долю любителей грубого отсоса хватит.

Легенда о гигантском бетономиксере, принуждающем бетононасосов к расплате, некоторое время была популярной, но вскоре забылась: таких гигантов никто не видел, в районе Перихекса работали максимум модели четвертой категории. Ищущих утешение в подобных рассказах посылали молиться Праймасу или советовали брать пример с каонских работяг — поговаривали, что некий бетономиксер-химик гонялся за стайкой бетононасосов с парой канистр агрессивных жидкостей, приговаривая: "Я вас, наркоманов, каждого в шланг запомнил!" Очевидцы утверждали, что попавшие под его струю еще долго потом лечились от разного вида коррозий, но верили им так же, как и байкам про гигантских бетономиксеров.

"Устаревшие экстенсивные подходы прошлого не устраивают новые масштабы строительства. Для привлечения современных проектов нужны уже не десятки, а сотни рабочих единиц, что существенно затрудняет прогресс Кибертрона. Для удовлетворения потребностей крупных проектов возникла нужда в мобильных бетонозаводах, и именно их готово представить наше конструкторское бюро! Нет программы равной проекту светлого будущего Кибертрона: с помощью новейших технологий стандартный энергодобывающий комплекс на планетоиде средних размеров будет возведен меньше, чем за декаду! Передовые бетономиксеры приведут прямиком к светлому будущему Кибертрона! Они будут обладать высокой проходимостью, суперустойчивостью благодаря низкому центру тяжести шасси, перевозить на порядок больше бетона из-за повышенной емкости барабана, высокой износостойкостью внутренних баков, новым подпрограммным интеллектуальным управлением благодаря синергичному подходу, в котором рабочие блоки баков тяжелого и легкого синтеза интегрированы в общую нейросеть, что в конечном итоге обеспечит высокую экономическую эффективность..."
Камфауд медленно пришел в себя, стирая из памяти остатки сна и чужой голос с давно забытой конференции в честь открытия проекта «Тета-8» на внешних кольцах системы. В последнее время ему все чаще снился учебный центр, где его создали для этого самого проекта, но, хотя он полностью закончил профильное обучение к началу работ, весь сектор «Тета-8» закрыли из-за новых требований безопасности, а формулы спецбетона оказались нестабильными в условиях гравитации Кибертрона, и Камфауд неожиданно обнаружил себя среди безработных. Конечно, ему предлагали перепрофилирование за государственный счет, но он и подумать не мог о таком варианте. Только-только выйдя из центра, он не ожидал столкнуться с трудностями. Особенно с такими трудностями. Сейчас он уже не был уверен, что не согласился бы, предложи ему кто сменить альтформу и профессию. Может быть, его уже ищут с этой целью. Камфауд подозревал, что ни один ограбленный на энергон бетононасос не подал заявление на него, но проверять не хотел. Необходимость постоянно прятаться, отсутствие нормального жилья, мойки и техосмотра сначала его не напрягала, но вскоре романтическая жизнь на улице начала ему надоедать, а пути назад уже не было. Возможно, будь Камфауд агрессивнее, он бы не замедлил промывать баки чужим энергоном, но ему еще при создании ослабили этот блок из-за необходимости работы в замкнутой группе вдалеке от Кибертрона.
Свернувшись чуть ли не вчетверо, он застыл, почти слившись с кучей крупногабаритного строительного мусора. Его некогда синяя броня была настолько равномерно покрыта грязью и разводами от редких порций очистителя, которые ему удавалось стащить, что маскировка была почти идеальной. Сервоприводы ныли от неудобного положения, но подняться — значит выдать себя, и тогда прощай укромное место за поворотом, где не один бетононасос так неосмотрительно лишился своего энергона. Пока ловушка работала, Камфауд предпочитал пользоваться ею до последнего. Он удобнее перехватил тяжелый бластер, свинченный с какого-то списанного патрульного крейсера, как заверил его продавец. Камфауд не был уверен, работает ли это оружие вообще — испытывать он не рискнул, чтобы не привлекать внимания, а стрелять по живым существам все еще считал недопустимым. Хотя многое из того, чему его обучали в учебном центре, уже успело обесцениться и было частично стерто из блоков памяти, некоторые вещи Камфауд понимал слишком хорошо. Например, что за корпус деактивированного рабочего придется заплатить очень дорого, а он был на нуле. Оторвавшись от размышлений, он покосился на индикатор заряда бластера — тот тоже подходил к нулю. Впрочем, применять его Камфауд не планировал, ему просто было нужно, чтобы отсасывающие вели себя спокойно и не буянили, как последняя четверка, которых он зажал. Бетононасосы решили, что им удастся отбиться от одного гигантского голодного во всех смыслах бетономиксера, и предсказуемо потерпели неудачу. Помахать кулаками для Камфауда не было проблемой, но, не будучи обладателем военных прошивок, он предпочитал сжимать в своих руках скользкие от энергона шланги, а не куски арматуры с себя размером. Насилие вообще претило Камфауду, он бы с удовольствием давал сам направо и налево, но его размеры отпугивали гордых, но небольших бетононасосов, а все остальные сосать вообще толком не умели. Камфауду было жаль принуждать других, но себя было жаль еще больше, и сейчас он упорно сидел, прислушиваясь к завыванием турбулентных потоков — монтаж климатических установок в этом секторе еще не начали, и постоянно появляющиеся вихри из разных тоннелей гоняли по трассе кучи разносортного хлама. Прошло уже несколько мегациклов, но никто не появился в этой заброшенной части сектора. Пусто. Скучно. Трахаться хочется. А еще кроме привычного зуда шлюзов сенсоры его баков ощутимо сводила пустота. Бетононасосы стали осторожнее и эти трущобы посещали редко, а перебраться подальше Камфауд не рисковал — его приметная альтформа сразу выдаст таинственного насильника шестого вспомогательного сектора. Он настолько погрузился в сожаления о своей неудавшейся жизни, что почти задремал и не сразу разобрал сквозь марево перезарядки отдаленный рокот. Рев чужого двигателя. Подавив желание вскочить, Камфауд все же осторожно пошевелился, чтобы ноющие сервоприводы не заклинило в нужный момент. Сканер он включать не стал — энергии и так оставалось мало, и кто бы там ни был, свой отсос Камфауд получит. Так что он ограничился тем, что осторожно выглянул из-за полузасыпанного строительным мусором ангара, стараясь не чихать забитой пылью вентиляцией, чтобы не спугнуть жертву. Ему повезло — судя по урчанию дизельного двигателя, жертва была немаленького размера. Здоровый попался, не упустить бы... Камфауд нервно сжал рукоять самодельного бластера. Пустые баки не оставляли ему второго шанса, рев приближался, медлить было нельзя. Одним прыжком он выскочил из своего укрытия, с грохотом приземлившись на дорогу.
— Отсос или дезактив, — фраза прозвучала не так уверенно, как ему хотелось, поскольку жертва, как оказалось, все еще выезжала из-за угла. Сбросив скорость, бетононасос медленно приблизился к нему, и Камфауд невольно шагнул назад. А затем еще раз. И еще. Когда появилась десятая пара колес длинного прицепа, несущего мощную стрелу, бетономиксер уже сильно сомневался в возможности какого-либо принуждения такой огромной модели. Бетононасос заглушил двигатель и медленно трансформировался. Под взглядом Камфауда, пощелкивая, провернулись патрубки бетоновода, мелькнули длинные трубы и мотки толстых бронированных шлангов, почти тут же прикрытые широкими белыми бронепластинами...
— Ничего не перепутал? — спокойным тоном поинтересовался гигантский бетононасос, глядя на него сверху вниз.
Бластер выпал из рук ошеломленного Камфауда, а следом он сам рухнул на колени, всхлипывая и сбивчиво пытаясь одновременно объясниться и предложить себя во всех позах.

Глядя на причитающего бетономиксера, крепко обнявшего его колени и обещавшего за отсосы отдаться в рабство, желательно, интерфейсное и вечное, Путцмайстер пришел к выводу, что конструктивного разговора не получится. Стандартного разряда, пришедшегося точно по техническим портам на затылке незадачливого насильника, хватило, чтобы сразу же отключить его — видимо, от голода тот действовал на половине работающих систем. Перекинув безвольный корпус через свободное плечо, не обремененное тяжелой стрелой, Путцмайстер прикинул расстояние и уверенно зашагал по пустынной улице. Случайных встреч он не опасался — лишних вопросов ему не задавали никогда.

Глава 2. Развращение строптивого.

Очнулся Камфауд в мойке. Он уже забыл, какой яркой была его броня, а теперь под теплыми струями очистителя стали видны все царапины и потертости, которыми он обзавелся за время вольной жизни. Бетононасос тщательно проходился различными губками и щеточками по его пластинам, и Камфауд не возражал против полного комплекса очистки, помогая там, где сам мог дотянуться. Но когда дело дошло до промывки внутренних баков, он начал активно протестовать — так бесцеремонно в его корпус вторгались только техники экспериментального центра, где его собрали. Первое же возражение бетононасос встретил строгим взглядом, и Камфауд сразу проглотил все претензии. Ради такой стрелы и таких труб можно и потерпеть.
Терпеть пришлось не только глубокую мойку и стандартную полировку, но и последовавший за ними полный проникающий техосмотр. Сначала над ним долго гоняли всевозможные сканеры, а затем неприветливый техник велел ему лечь на платформу и снять блокировку со всех шлюзов. Пару раз Камфауд несолидно пискнул, когда в него сразу с нескольких сторон начали засовывать гибкие шланги и откачивать пробы, но когда его терпение уже было на исходе, неприятные процедуры закончились. Не успел Камфауд слезть с платформы, как ему пришлось успевать за своим сопровождающим, точнее, за его широкой спиной со сложенной стрелой. Привели его, против ожиданий, в заправочную, где Камфауд несколько раз переспросил, точно ли этот энергон весь для него и действительно ли надо заправляться по максимуму. Устав удивляться, да и просто устав, он без пререканий загрузил баки на оптимальный объем. Разумеется, изрядная часть ресурсов тут же была переброшена на переработку, и не будь рядом гигантского бетононасоса, он бы давно растянулся прямо на полу, а не тащился в очередной отсек. Покрутившись на месте, Камфауд с неудовольствием огляделся, намеков на платформу не обнаружил и перевел вопросительный взгляд на усевшегося за стол бетононасоса, вдумчиво изучавшего инфорамки. Пауза затянулась, и Камфауд успел почти впасть в перезарядку стоя, когда наконец бетононасос поднял взгляд.
— Тебя зовут Камфауд, — негромко проговорил он, внимательно уставившись на собеседника. — Бетономиксер восьмой категории, собран по госзаказу.
Камфауд нервно переступил на месте — он чувствовал себя несколько неуютно под пристальным взглядом бетононасоса, и молча кивнул.
— Твой проект был заморожен, а строительная бригада расформирована. Последний раз объявление о поиске работы ты обновлял пять декад назад. Полагаю, достойного места до сих пор не нашел.
Камфауд пристыжено опустил взгляд. Когда особого выбора не было, идея жить на просторах недостроенных секторов и промышлять отсосами казалась отличным решением проблем, но теперь он хорошо понимал, как выглядел со стороны.
— Не самое удачное завершение столь блестящей карьеры, — добил его бетононасос, и Камфауд вскинулся:
— Куда мне было идти? Ни одна компания не хотела нанимать лишний бак!
— Например — в профцентр трудоустройства, оформить пособие и ждать госзаказов — тебе обязаны были подкидывать контракты. Не самые большие зарплаты, но на жилье и энергон бы хватило. Либо отправиться в центр дополнительной профподготовки, взять вторую специализацию и искать уже место с ней.
— Я... Я даже не знал, что такие существуют.
— Неудивительно. Основы гражданского права при ускоренном обучении преподают в крайне урезанной версии, как и все остальные непрофильные дисциплины, к тому же, твои заказчики были уверены, что искать работу тебе не придется, так что могли и вовсе пропустить этот пункт.
— От меня-то вы что хотите? — буркнул Камфауд, уставившись в пол.
— Я хочу тебе предложить, — бетононасос выдержал длинную паузу, и Камфауду внезапно представилось, что тот скажет "сожительство", но его надеждам не суждено было сбыться, — работу.
Взгляд Камфауда выразил все его разочарование, и бетононасос уточнил:
— Не совсем обычную работу.
Слушая условия и нетерпеливо кивая, Камфауд незаметно царапал выходы боковых шлюзов, чтобы убедиться, что он не стал жертвой очередной своей голодной галлюцинации. Производство энергона таким прекрасным способом, жизнь, полная отсосов! Он все еще не мог поверить в происходящее, когда бетононасос протянул ему инфорамку:
— Прочитай договор и поставь подпись, если все устраивает... нет, сначала прочитай. Ты все соглашения подписываешь не глядя?
— Мне все понятно!
— Будет еще понятнее, если прочитаешь до конца.
Камфауд послушно уставился в документ расфокусированным взглядом.
— Я со всем согласен, — торопливо проговорил он, выждав пару кликов для приличия и подтвердив электронную подпись. — Когда можно будет приступать?
— Ты прямо сейчас хочешь начать? — насмешливо уточнил бетононасос, убрав инфорамку в стол.
— Нет, — честно ответил Камфауд. — Сейчас я хочу отключиться.
— Еще бы, — бетононасос поднялся. — Пойдем, покажу твой отсек.

Отсек показался Камфауду более чем роскошным: во-первых, как и во всех помещениях, куда его приводил таинственный работодатель, в нем были высокие потолки, во-вторых, половину площади занимала монолитная перезарядочная платформа. Даже в учебном центре Камфауду приходилось ютиться на двух сдвинутых вместе — на одну он просто не влезал, поэтому теперь не сдержал восхищенного выдоха вентсистем.
— Устраивайся, — кивнул бетононасос. — Платформа должна подойти по размерам. Где мойка, помнишь. Перезарядишься полностью — сможешь приступить к работе.
— Спасибо, — Камфауд тяжело рухнул на край платформы, борясь с желанием тут же растянуться на ней, не обращая внимания на собеседника. Энергон в его баках требовал длительного синтеза, а системы, истосковавшиеся по нормальному отдыху, едва ли не принудительно отключали его оптику.
— У тебя, наверное, остались вопросы? — с нажимом поинтересовался бетононасос.
— Да! — Камфауд спохватился. — Как вас... — он смутился.
— "Тебя", — поправил бетономиксер. — Давай на "ты".
— Как тебя зовут?
— Ты же читал договор, — укоризненно пожурили его. — М-70.
— Модель? — изумленно спросил Камфауд уже у спины, почти полностью скрытой за сегментами тяжелой стрелы.
Бетононасос молча кивнул, не оборачиваясь, и дверь за ним закрылась.
Камфауд вытянулся на платформе, с удовольствием ощутив, как под его весом пружинит упругое покрытие. Сил загружать процессоры уже не осталось, и отключился он под нетерпеливые фантазии о предстоящей работе. В фантазиях фигурировал в основном он сам и множество устройств обслуживания крупногабаритных шлюзов, но иногда над ним ненавязчиво сгибалась огромная стрела...

Сигнал таймера выдернул его из перезарядки, и Камфауд вскочил раньше, чем в процессоры поступила информация, где он находится, и что его ждет. К счастью, его отсек был достаточно большим, и шлемом он не встретил потолок, как с ним бывало в центре. Поспешно приведя себя в порядок, он вылетел в коридор и едва не врезался в свое начальство.
— Как раз хотел к тебе заглянуть, — кивнул тот. — Не буду спрашивать готов ли ты к работе...
— Еще как готов!
— Надеюсь, работа к тебе тоже, — усмехнулся М-70.
Камфауду показалась, что шли они не меньше мегацикла, хотя на самом деле комплекс был намного меньше. Отметка дежурного дрона-администратора, заветный код доступа, массивные стальные двери и, наконец-то...
— Добро пожаловать в доильный цех.
Камфауду показалось, что он шагнул в рай. Между огромных емкостей с энергоном, от которых на потолок уходило множество широких труб, располагались платформы с лежащими в весьма откровенных позах бетономиксерами. Ноги каждого были широко разведены и зафиксированы, а к основному шлюзу тянулись толстые шланги, и еще с десяток были подключены к боковым вспомогательным шлюзам. Судя по лужицам энергона, притушенной оптике и негромким стонам, им всем было хорошо, и Камфауду захотелось немедленно к ним присоединиться. Он нетерпеливо переступил с ноги на ногу, чувствуя, как начинают ныть мембраны шлюзов в предвкушении.
— Осмотрелся? Твое рабочее место чуть дальше.
Камфауд только молча кивнул, последовав за бетононасосом. Это была его работа. Работа его мечты.
Пока они проходили между рядами платформ, М-70 перекидывался фразами с работниками, а Камфауд смотрел на них с легкой завистью — они-то здесь уже давно! Лежат, как ни в чем не бывало, кто-то даже недоволен и что-то требует, наглая канистра. Вот если бы самого Камфауда сразу из учебного центра направили на такую работу, он бы развернулся во всю мощь...
— Ты меня вообще слушаешь? — строго спросил бетононасос.
— Конечно-конечно! — спохватился Камфауд, привычно состроив невинное выражение фейсплейта, не раз выручавшее его во время учебы.
М-70 покачал головой и еще раз повторил должностные инструкции, но бетономиксер был заранее на все согласен и даже к принудительной фиксации нижних сервоприводов отнесся с нездоровым энтузиазмом. Уложив новичка в рабочую позицию, бетононасос принялся подводить к его шлюзам шланги с разнообразными переходниками, указывая и объясняя, какие предназначены для подачи неочищенного энергона, по каким пойдет откачка целевого продукта, и куда следует сливать вторичное сырье и непревращенные реагенты. Камфауд настолько проникся ответственностью за технологический процесс, что даже толком не заметил, что и куда к нему подключали. Пока бетономиксер ерзал в окутавших его шлангах, стараясь ничего не пережать, не сломать и не отвлекаться на приятное тянущее ощущение от разблокированных шлюзовых мембран, М-70 вывел на монитор ряд формул:
— Энергон первой степени очистки ты синтезировать умеешь, этот наряд не должен быть сложным. Через три цикла проверю, как идут дела.
Бетононасос отправился обходить остальных работников, и предоставленный сам себе Камфауд сразу же задал нужные параметры и таймер для проверки состава на контрольных точках — с такой работой слишком легко забыть обо всем. Сначала он пытался "серьезно относиться к должностным обязанностям", но затем, оглядевшись, в прямом смысле налил топливом на серьезность. Вернувшийся М-70 застал Камфауда раскинувшимся на платформе в приятной неге непрерывного отсоса, проверил показатели итоговой смеси и, когда бетономиксер спохватился, осознав, что рядом кто-то есть, спросил, как идут дела. На все вопросы Камфауд торопливо ответил, что все в порядке и его все устраивает — теперь он даже представить не мог, что будет, если он не подойдет для такой работы.
— Хватит нервничать, — бетономиксер приподнял его за подбородок, и от этого прикосновения у Камфауда на мгновение засбоила вентсистема. — Ты отлично справляешься. Расслабься.
Камфауд последовал совету, и вскоре сумел отдаться процессу полностью. Он настолько погрузился в работу, что к концу первого рабочего дня чуть не перезагрузился, за что был обруган М-70, но не особо расстроился. Постепенно бетономиксер привык к новой работе, которая неплохо удовлетворяла потребность в топливных коннектах, но навязчивые мечты не покинули его блоки памяти. В фантазиях он всегда представлял себя подключенным не к бездушному оборудованию, а непосредственно к начальству. Его коллеги даже думать не хотели о такой возможности, но Камфауду было все равно: образ огромной стрелы, увенчанной толстыми шлангами, не покидал его память первые несколько рабочих дней.
Когда Камфауд смог думать еще о чем-либо, кроме интерфейса, он с неудовольствием обнаружил, что думать ему особо и не о чем. Он быстро сдружился со всем цехом, но близко так ни с кем и не сошелся. Из конкурса по удоям квартала его почти сразу выкинули, перенеся в отдельный список почетных рекордсменов, состоящий из одного Камфауда, но тот не возражал. Камфауд привык к своей уникальности, и понятие конкуренции было для него не более чем набором глифов из нудных тестов на социальную зрелость, которые он сдавал в ускоренном порядке, чтобы успеть к открытию проекта «Тета-8». Несмотря на свидетельство о дееспособности, в свободное от работы время начальник периодически гонял его по сериям дополнительных заданий — из-за спешки Камфауд прошел в свое время весьма ограниченную программу, и дыры в его непрофильном образовании были приличные. Но учеба отнюдь не стояла в его приоритетах — Камфауд совсем не жаждал снова тратить время на ненужную в повседневной жизни информацию, но тот факт, что М-70 занимается с ним лично, немного утешал. Начальство вообще посвящало много времени новичку, в частности, глубокую прочистку баков — один из обязательных пунктов техосмотра — М-70 взял на себя. В отличие от стандартных бетономиксеров, сам Камфауд не мог справиться с этой процедурой из-за объемов и сложных систем соединения. На свой первый техосмотр он шел с любопытством и страхом одновременно, но, к разочарованию Камфауда, реальность сильно отличалась от его фантазий. Более нудного занятия он даже не смог припомнить — настолько М-70 аккуратно и отстраненно проводил каждый тест и каждую процедуру. Вернувшись с техосмотра и укладываясь на перезарядку, Камфауд обнаружил, что список его эротических фантазий пополнился еще несколькими сценариями. В итоге Камфауд не выдержал и начал понемногу охотиться за начальством, дергая его гораздо чаще, чем требовал рабочий процесс. То нужно было срочно протереть его платы, забрызганные энергонной смесью, то у него начинало клинить сервоприводы, и работать неудобно, нужен расслабляющий массаж. Но М-70 ясно дал понять, что не собирается возиться с новичком постоянно, и поручил одному из дежурных охранников исполнять капризы бетономиксера. Охранники цеха были дружелюбными и относились к придиркам гиганта-производителя спокойно, но Камфауд добивался не этого, и список его требований быстро обнулился, а фантазии снова стали брать верх. Долго так продолжаться не могло, и на следующий сол-цикл он перешел к действиям. Самым простым способом привлечь внимание непосредственно начальства были нарушения протоколов. Из-за своих размеров Камфауду было непросто перепрошить счетчик, но с третьего раза и не без помощи технических кабелей ему это удалось. Когда М-70 в середине смены подошел к нему и обнаружил на показателях объем в полтора раза больше нормы, Камфауд смущенно опустил взгляд.
— Тебя точно следовало продержать в центре янглингов еще десяток ворн, — укоризненно заметил бетононасос, заведя ему руки за спину и фиксируя их толстой цепью. — Что это за глупые выходки?
Фиксация Камфауда не спасала, точнее, теперь им с еще большей силой овладели грязные фантазии касательно начальства. Однажды, замечтавшись, он начал так откровенно громко стонать, что соседи запаниковали, и Камфауду пришлось потом долго оправдываться, что все показатели в норме, и он вовсе не на пределе своих возможностей. Тем не менее, своих попыток Камфауд не оставил.
Толчком к очередному нарушению послужила подслушанная Камфаудом история о турбоотсосе, который заработал один чересчур страстный охранник цеха. Сами охранники Камфауда не особо интересовали — он был выше любого из них и никогда не опасался чужих шаловливых рук в своем шлюзе, но тот факт, что их начальник может покарать отсосом, вдохновил Камфауда на новые подвиги. Несмотря на данное на прошлой декаде обещание прекратить глупые выходки, бетономиксер пошел гораздо дальше, и новая партия энергона оказалась вовсе не той крепости, которая была прописана в техзадании. Потеряв терпение, начальник освободил его прямо посреди смены и весьма неласково затащил строптивого бетономиксера в свой кабинет.
— Я жду объяснений, — М-70 уставился на него таким тяжелым взглядом, что энергон в баках Камфауда замер. — Проблемы с профориентацией?
— Я увольняться не хочу, — торопливо сказал Камфауд.
— И тем не менее осознанно нарушаешь правила. Чего ты добиваешься?
— Наказания! — ляпнул бетономиксер.
— Что?! — впервые на памяти Камфауда М-70 утратил свою невозмутимость, хоть и ненадолго. — Так. Откуда такие наклонности, да еще в столь юном возрасте?
— Мне... мне рассказывали про турбоотсосы...

Камфауд уставился на начальство с явным вожделением, и М-70 недовольно стравил перегретый воздух. Он замечал, какими взглядами провожал его бетономиксер, и догадывался, что в силу своей комплекции и альтформы будет объектом восхищения своего подопечного, но не ожидал, что ситуация зайдет так далеко. Учитывая сложный характер Камфауда и его выносливость, М-70 пришел к выводу, что проще удовлетворить запрос, чем объяснять, почему не стоит. Пройдет полный цикл турбоотсоса, и, возможно, второго раза не понадобится.
— Наказание ты вполне заслужил, но ты все-таки именно этого хочешь?
Камфауд нетерпеливо закивал.
— Подумай еще раз. Это может быть далеко не так приятно.
— Я уже подумал и согласен! — скороговоркой выдохнул Камфауд.
Усиленный блок вежливости не позволил Путцмайстеру вслух сказать, чем именно подумал бетономиксер, но выражение его фейсплейта было более чем красноречивым, и Камфауд смущенно опустил взгляд.
— Я об этом не могу перестать думать еще с самого начала.
— Тогда держи.
— Что это? — Камфауд непонимающе уставился на протянутый ему подавитель вокалайзера с несколькими цепочками.
— Так тебя будет меньше слышно, — пояснил М-70. — Мощность у твоего вокалайзера приличная, а переборки здесь не звукоизолирующие, весь цех перепугаешь.
— Я не буду громко кричать.
— Это ты сейчас так думаешь, — возразил бетононасос, защелкивая на нем сложную конструкцию. Камфауд подавился возражением в буквальном смысле — прибор эффективно заглушил его голос, но бетононасос запустил частичную трансформацию, и Камфауд, тут же забыв о посторонних мелочах, жадно уставился на него. Казалось, разворот бетонораспределительной стрелы будет бесконечным. Камфауду случалось пару раз видеть, как легко дотягивался М-70 до дальних углов доильного цеха, но еще никогда гидравлика не раскрывала свои компоненты прямо над его головой. Развернув мощное оборудование, бетононасос слегка нажал на его плечевые сегменты, и Камфауд послушно опустился на колени, сбрасывая магнитные крепления паховой брони. Из-за осознания, что наконец-то сбывается его мечта, Камфауда слегка трясло, и он даже не сразу смог раскрыть основной шлюз.
— Не нервничай.
Пальцы бетононасоса уверенно легли на внешние экранкольца, сбрасывая микроразряды. Массаж активировал уже ставшие привычными алгоритмы, Камфауд расслабился и сам не заметил, как первый шланг скользнул в его топливопровод, а за ним последовали другие. Но на особо мощном бронированном шланге бетономиксер резко зашипел вентиляцией, М-70 сразу же притормозил, и подключение затянулось. Пока Камфауд пытался привыкнуть к ощущению заполненного под завязку одними только шлангами шлюза, его броню разблокировали чуть ли не наполовину, и судьбу основного шлюза повторили вспомогательные боковые. Чувствуя, как под давлением энергона раздвигаются лепестки многочисленных диафрагм баков в глубине его корпуса, Камфауд невольно разогнал вентиляцию. Его переполняло во всех смыслах — кажется, заработали даже те баки, которые он не раскрывал со времен тестовых испытаний. Столько начинки Камфауд в себе не ощущал даже тогда, когда в начале его карьеры на одной из строек к нему подогнали аж четырех бетононасосов третьей категории, и до Путцмайстера это было его самой любимой фантазией. Конечно же, после судьбоносной встречи у него появился только один конкретный объект мечтаний, вот только почему-то сейчас этот объект затягивал коннект до сверхмедленных скоростей.

Путцмайстер не торопился, не желая вызывать в топливных магистралях бетономиксера струйные возмущения или непредвиденную деструкцию компонентов топливопровода напором. Гидравлический расчет энергопровода простого бетономиксера занимал приличное время, а чтобы полностью просканировать, протестировать и соотнести строение многочисленных внутренних баков Камфауда с его изначальной техдокументацией, требовалось еще больше мегациклов. Даже сейчас, при минимальной скорости и с учетом гидравлического сопротивления, были бы актуальны противотурбулентные присадки. Путцмайстер мысленно помянул недобрым словом спроектировавшего столь топологически изощренный топливопровод — уж где-где, а в корпусе Камфауда можно было бы развернуть более крупную, но простую схему, сейчас же приходилось тщательно контролировать давление подаваемого энергона, чтобы приемный шлюз не лопнул по швам.
Медленный ритм сводил с ума Камфауда. Он ожидал чего угодно — приятной пустоты в баках, резкого, до боли в датчиках, перепада давления, но не изматывающей чудовищно медленной прокачки. Казалось, провода его нейроствола медленно наматывают на магнитную катушку, терпеть не было сил, и Камфауд начал нетерпеливо дергаться в хватке более мощного партнера.
— Не торопись.
Бетономиксер не сразу осознал, что к его порту подсоединяются многочисленные штекеры — бетононасос наконец-то начал разгоняться. Неуловимо медленно, но неотвратимо. Джамперный коннект лишь дополнял топливный, и Камфауд даже не был уверен, все ли провода заполнили его порт, или часть подключилась к шлюзу и сбрасывает напряжение, периодически заставляя его сенсорные блоки едва не взрываться от острых ощущений. Он уже перестал понимать, где свои кабели, а где чужие, такого он действительно не испытывал никогда, предыдущий опыт с маломощными бетононасосами показался просто легкой щекоткой в баках. Прижавшись к гудящему мощными компрессорами корпусу, он чувствовал, как разогреваются под возрастающей нагрузкой системы, и как расходится жар от их слегка вибрирующих корпусов. Изнемогая от шквала ощущений, Камфауд не выдержал и сорвался в низкий стон. Бетононасос незамедлительно наклонился к нему, но Камфауд не сразу разобрал вопрос, и только когда Путцмайстер, слегка приподняв его голову, повторил чуть ли не в аудиодатчик: "Все в порядке?", торопливо закивал. Камфауд не был уверен, что он в порядке, что его шлюз в порядке, и что он сам не лопнет по швам, но отсос своей мечты прерывать не собирался ни за что. В данный момент он искренне верил, что ради этого и был создан. Скорость обмена нарастала все дальше и дальше, перейдя от просто приятной к подавляюще приятной, а вскоре Камфауд наконец-то прочувствовал на своих системах причину многочисленных жалоб коллег на коннекты с бетононасосами: затормозить такой напор было невозможно, и одно осознание этого одновременно пугало и восхищало. По ощущениям Камфауда, энергон в нем гоняли как угодно по желанию бетононасоса, хотя на самом деле схема была довольно четкой и простой, только у бетономиксера не было сил это осознать. Пытаясь хоть как-то дать выход скручивающему его системы напряжению, он приглушенно всхлипнул сквозь подавитель, почувствовав, как избыток энергона стекает по его губам длинными вязкими нитями. Но для серьезных гидравлических потерь этого было крайне мало, и коннект продолжался с новой силой. Вскоре от таких нагрузок у Камфауда окончательно отказали коленные сервоприводы, и Путцмайстеру пришлось подхватить его под бедра, не давая разорвать контакт. Камфауд уже даже не пытался хоть как-то участвовать в обменном цикле, предпочитая, чтобы более опытный партнер поработал за двоих. Сам бетономиксер был крайне занят: он пытался утихомирить воющие от перегрузок топливные сенсоры, вздрагивал, дергался от движений шлангов в его шлюзах, сдавленно стонал и всхлипывал вентиляцией.
Бетононасос окончательно перешел то ли на полную, то ли на близкую к ней мощность, и сдавленные стоны стали глухими подвываниями — Камфауду впервые в жизни было много. Слишком много. Сопроцессорные блоки давно ушли в спящий режим вместе со способностью думать, и Камфауд невольно забился в хватке бетононасоса, пытаясь дать понять, что с него, пожалуй, уже хватит, но держали его крепко, и цикл прогона пришлось прочувствовать до конца. К финальной стадии прогона Камфауд уже утратил всякую способность к сопротивлению. Обвиснув в хватке бетононасоса, он даже не мог определиться, хочет ли он немедленно закончить коннект, или просто сбросить скорость. Он уже окончательно перестал чувствовать все, что ниже и дальше шлюза, вентсистема не справлялась с нагрузкой, и охладитель тек по его ногам, смешиваясь с энергоном разных сортов. Сработал очередной сброс излишка энергона, и из-за подавителя он чуть не залил свою броню, хотя под ним и так уже растекалась большая лужа из основного бака, смазконагнетатели тоже заставили системы сбросить избыток, что и привело к ускоренному завершению цикла обмена топливом. Камфауд был слишком занят собственными ощущениями, чтобы думать о чужих, но, похоже, его партнера это не беспокоило.
Путцмайстер привык к пассивным партнерам, и, по крайней мере, этот был достаточно выносливым, чтобы участвовать в коннекте, а не в той его слабой имитации, что приходилось проводить для меньших бетономиксеров. Едва системы выдали сообщения об окончании полного цикла, нейроограничители сняли блок, и в перезагрузку вылетели оба.

Придя в себя, Путцмайстер первым делом поднялся, вторым — проверил состояние партнера. Любой другой бы уже получил опасные трещины в броне и внутренние повреждения корпуса, но Камфауд только слабо дернулся, все еще находясь во власти перезагрузки. В себя бетономиксер пришел, только когда его уже освободили от всех шлангов и перевернули на спину. Камфауд попытался заговорить, но не сразу сумел вернуть контроль над вокалайзером.
— Я... хочу знать имя модели, кто мне... меня впервые... — бетономиксер зашелся в приступе кашля, прочищая вентсистему от излишков жидкостей.
— Путцмайстер. Считай, это был первый и последний раз.
— Знаешь, — с трудом проговорил бетономиксер, — пожалуй, я все-таки захочу потом повторить, — желтый визор погас, и Путцмайстер изумленно уставился на бетономиксера, ушедшего в глубокий стазис.

Когда Путцмайстер вынес на руках отключившегося Камфауда, цех встретил его молчанием. Бетономиксеры проводили их выразительными взглядами и начали шептаться только уже вслед:
— Доигрался...
— Да, не по шлангу шлюз...
— Ничего, он большой, отойдет.
— Я говорил, у него энергон в процессорные блоки затекает, это надо же быть таким ударенным!
На моменте, когда комментировать начали уже его мощности, Путцмайстер выразительно обернулся, и шепот мгновенно смолк.

После такого мощного прогона Камфауд перестал заниматься саботажем и капризничал не более стандартного бетономиксера, что Путцмайстера полностью устраивало. Разумеется, в силу юности Камфауду не сиделось спокойно, и его выходки периодически добавляли разнообразия в трудовые будни цеха, но за рамки допустимого не выходили. С работой он справлялся отлично, старательно выполняя все указания, и специалистом по обширному синтезу энергона стал довольно быстро. М-70 решил было, что на этом неуемные фантазии гигантского бетономиксера закончились, но его надеждам не было суждено сбыться.

Спустя три декады.

— Пуми?
— М-70.
— Пуми-70 сойдет? — Камфауд мило улыбнулся.
— Нет. В чем дело?
— Я думаю, что мне стоит более ответственно относиться к производству, — заявил бетономиксер, усаживаясь прямо на стол начальства.
— Похвальное намерение.
— ... поэтому стадию с испорченной партией энергона можно пропустить и смело переходить к остальным этапам.
Бетононасос изумленно поднял голову, оторвавшись от расчетов очередного заказа, и его взгляд встретил разблокированный шлюз.
— Я готов, — кокетливо сообщил Камфауд, раздвигая ноги еще шире.
Впервые за долгое время Путцмайстер не нашелся, что ответить. Похоже, в шестом секторе он подобрал гигантский букет сюрпризов.

Вернуться к фанфикам