Музейные редкости

Автор: Skjelle
Персонажи: Тандеркрэкер/Рэтчет
Рейтинг: NC-17
Жанр: pwp
Краткое содержание: самое начало войны и внезапная встреча во внезапных обстоятельствах. Рэтчет-домогатель прилагается.
Комментарий: по заявке _Эли_ на фестиваль в сообществе ТF-porn ко дню Святого Валентина 2013.

Последним местом для ремонта Рэтчет бы стал выбирать национальный музей архитектурных решений. Но, увы, его никто не спрашивал.
Уже пару декациклов на окраинах города бушевали военные действия, и музей оказался единственным местом, которое позволяло обеспечить достаточное укрытие для пострадавших. Сам проект музея был призван выразить строительный гений, особенно в части долговечности и запаса прочности. В связи с этим даже несколько прямых попаданий не нанесли особого вреда мощному куполу, и находящиеся под ним трансформеры могли не беспокоиться, что кого-то из них совершенно случайно раздавит рухнувшей балкой перекрытий.
Рэтчет быстро двигался среди пациентов, исправляя все что мог и подготавливая поле деятельности для бригады восстановителей. Он всей искрой хотел бы лично заняться каждым из тех, кого сгрузили на просторные столы для экспозиций, и кто просто лежал на полу — но времени у него не было. Чуть задержишься с одним и потеряешь необходимые мгновения, которые могут спасти жизнь другому. Поэтому он в ускоренном темпе ликвидировал самые критические повреждения и шел все дальше. Не глядя по сторонам, не считая присутствующих, не отвлекаясь...
Потом купол все-таки не выдержал. Рэтчет как раз пересекал зал, посвященный урбанистическому конструктивизму, когда в крышу что-то врезалось. Удар был так силен, что поверхность не выдержала, и над залом конструктивизма воцарился небольшой апокалипсис. Неизвестный объект косо прочертил воздух под потолком, пробил несколько панорамных полотен и, судя по грохоту, потерпел крушение где-то в самых дальних залах.
- Шлак!
Рэтчет метнулся назад, затормозил, окидывая взглядом остальных пациентов, и с облегчением убедился, что среди них нет никому не нужна срочная помощь. Можно было посвятить себя тем, кого задело обломками купола. К счастью, большая часть композита повисла на сетке армирования, и теперь угрожающе качалась сверху. Несколько угловатых кусков валялось между трансформерами, кого-то придавило, но к счастью Рэтчет не видел ни одного случая вроде тех... которые он тоже видел недавно... когда есть камень, и из-под него видны кончики пальцев.
Чтобы перетащить пациентов из опасной зоны и оказать вторичную помощь тем, кому не очень повезло, пришлось потратить вдвое больше усилий, чем на всю ранее проведенную диагностику вместе взятую. Некогда было не только переживать, но и вообще думать о чем-либо, кроме подключения, спаивания, сращивания, перенаправления, предотвращения, герметизации... снова и снова, пока следующий участок пола не оказался пустым. Тогда Рэтчет поднялся с колен и наконец-то оглянулся.
Восстановители сновали по всему залу, и, кажется, ему здесь было делать нечего. Медик встряхнулся, покрутил плечами и запястьями, а потом решительно двинулся туда, куда рухнуло нечто, способное протаранить легендарный архитектурный музей.
- А если там подарок с начинкой? — вполголоса бормотал Рэтчет, перебираясь через поваленные композиции. — А если нет? Может вообще кто-то из наших? Или военный транспорт? В крайнем случае какая-нибудь орбитальная болванка. Ну а если...
Он не договорил, перебравшись чрез последний завал. Самое последнее предположение медик развить не успел, а значит и не успел обдумать, как поступить в таком случае. Он на мгновение застыл, оглянулся и почти что погасил оптику, сжав кулаки. Пару мгновений спустя момент нерешительности ушел, и Рэтчет твердо зашагал к объекту. Там, среди обломков стекла, бетона и шлак знает чего, в луже топлива и искореженного металла кто-то лежал. По резким очертаниям корпуса Рэтчет определил в неизвестном боевую модель, подойдя ближе увидел крылья, а присев возле трансформера разглядел еще и чужой знак.
- Почему же мне так не везет с пациентами, а... — с отчаянием пробормотал медик. — Уух!
Десептикон был чудовищно тяжел. Валялся он в дико искореженной позе, руки и ноги явно провернулись сверх допустимого по конструкторским чертежам, голова тоже вывернулась на сотню с лишним градусов, и вообще единственной причиной, по которой медик за него взялся, было мерцание оптики и яркий цвет корпуса. Шипя сквозь дентопластины и буквально стеная от усилий, Рэтчет умудрился перевернуть истребителя, и при этом не сломать тому крыло. Для этого пришлось еще и подтолкнуть широкую плоскость ногой, и медик едва не споткнулся среди обломков. Потом стало проще — ухватив десептикона за руки, Рэтчет потащил того на ровное место, используя крылья летуна как полозья. Тащил он рывками, и в какой-то момент с приятным удивлением обнаружил, что неестественно вывернутые плечевые шарниры со щелчком встали на место. Точно так же под собственной тяжестью вернулись на место бедренные крепления. Вот и минус несколько проблем.
Когда Рэтчет закончил надрываться, пациент уже не выглядел как жертва камнедробилки. Однако распаханный наискось корпус все равно требовал самого пристального вмешательства. Медик уже продумывал, с чего начать, но прежде всего возобладал чистый практицизм, и Рэтчет озадачился вопросом собственной безопасности. Если десептикон очнется, когда в его основных системах будет копаться кто-то посторонний, вряд ли он засияет от радости. Следовало принять все меры по блокировке нежелательных реакций.
Проще всего было бы отрубить проведение нейросигналов, но при этом существовала опасность закоротить тонкую сенорику напрочь с перспективой получить парализованный корпус. Может это и хорошо с точки зрения военного, но медик такого допустить не может. Есть вещи, жертвовать которыми нельзя даже по самой весомой причине.
Поэтому Рэтчет торопливо обследовал остатки зала и нашел то, что можно было считать компромиссом. Слегка отдохнув, он перетащил десептикона еще дальше и устроил того возле исторической колонны с образцами крепежа. Дальше оставалось только выбрать какой-нибудь крюк понадежнее, обмотать запястья истребителя стяжкой и закрепить на этом самом крюке. А потом еще кое-где приварить металлическую полосу — исключительно для надежности.
Успел Рэтчет вовремя. Едва он отошел в сторону полюбоваться на свои труды, как истребитель дернулся, выходя онлайн, и тут же рванулся с места. К вящей радости автобота выдуманная им снасть держала крепко. Последовавшее рычание могло заставить вздрогнуть самого храброго, но к различным выплескам от неблагодарных страдальцев Рэтчет был привычен, и его решимость поколебать не могло никакое рычание.
- Я прошу прощения, — твердо сказал он, едва затих рокочущий звук, в котором участвовал еще и двигатель, — но это вынужденная мера. Я не хочу, чтобы мой пациент навредил себе.
- Может, имеешь в виду, что боишься, как бы пациент не навредил тебе? — ощерился истребитель.
- В таком положении — не боюсь, — почти спокойно ответил Рэтчет. — Прошу, не дергайся. Я должен посмотреть, насколько ты... пострадал.
- Насколько я изуродован метким выстрелом, — поправил десептикон.
- А вот на это мне лить топливом, — Рэтчет перебирал встроенные инструменты, пока не остановился на зажимах и электродах с подсветкой. — Я не собираюсь выяснять, кто кого. Я медик. Я давал клятвы ремонтировать любого нуждающегося.
- Не подходи! — вновь зарычал истребитель. — Только попробуй меня коснуться, и я тебя... ааа!
Вопль изумления оборвался резко — автобот незаметно оказался у плеча истребителя и одним движением блокировал активность вокалайзеров. Дико вспыхнувшие линзы его тоже не напугали, и он немедленно принялся исполнять свое предназначение.
Невразумительные хрипы Рэтчет стоически игнорировал, а заодно игнорировал и резкие судорожные движения — видимо, он все-таки задевал где-то в таких местах, в которых не работала даже присущая каждому трансформеру автоматическая блокировка передачи сигналов. Ничего удивительного, там внутри прошлось высокотемпературной плазмой, и только благодаря форсированной конструкции военной машины, десептикон вообще остался жив. Восхитительный конвейерный образец...
- Ого, — вслух изумился Рэтчет. — Это что, резонансный генератор?
Ответить ему истребитель не смог, однако угрожающее сипение динамиков подтвердило догадку. Рэтчет видел, как работает такой генератор, и не мог ошибиться: технологии походили на телепорт. То же использование сдвинутого пространства, но не перемещающее владельца, а нарушающее колебания материи. Электрические связи между молекулами взрывались, потрескивала по швам ткань существующего, и небольшое устройство воспроизводило жуткий рев. Но сейчас даже это чудо техники работало с перебоями. Максимальная мощность не набиралась, поэтому от рокота хоть и продирало до кончиков шеврона, но вреда генератор нанести не мог.
- Я не собираюсь его выковыривать, — Рэтчет назидательно хлопнул по тяжелой броне, — даже если бы захотел, то не стал бы лезть туда, где не могу разобраться.
Зло засветившаяся оптика истребителя продемонстрировала, что в добрые намерения автобота тот категорически не верит. Однако медик был способен прекрасно прожить и без его веры. Тем более что ремонт-ремонтом, но отказываться от шанса заполучить самого настоящего пленника стал бы только распоследний тупица и альтруист. Рэтчет же рассчитывал передать подлатанного истребителя туда, куда следует. Пусть с ним разбираются те, кого этому обучали.
Никто не вызывал медика на подмогу, и постепенно Рэтчет увлекся затеянным ремонтом. Он уже не просто занимался экстренным восстановлением и поддержкой жизнеспособности — он работал. По-настоящему, как в хорошем ремонтном отделении. Разве что не было под руками подходящего оборудования, но он и сам был неплохо оснащен, поэтому дело спорилось. Истребитель перестал взбрыкивать и сопротивляться, видимо, наконец-то осознав своим летучим умишком, что в текущем моменте ему будет только польза.
- Почти готово, — пробормотал Рэтчет, зачищая и соединяя концы проводов, чтобы тут же аккуратно их оплавить и прикрыть быстро застывающей жидкой изоляцией.
Безусловно, все это было далеко от высочайших косметических стандартов, однако медик еще не настолько съехал с катушек, чтобы наводить марафет на сбитом десептиконе. Впрочем, к энергоблокам он отнесся с большим пиететом и постарался сработать максимально аккуратно.
- Ну вот. Готово. Отличные латки, — поздравил он сам себя.
Истребитель скорчил безмолвную гримасу и сделал такое движение, словно хотел отвернуться от автобота. Разумеется, ничего у него не вышло. Рэтчет в свою очередь фыркнул, понимая, что благодарности не дождется, и сел прямо на пол. Он слишком долго работал в коленопреклоненной позе, и сжатые энерговоды возмущенно требовали расслабления. Вытянув ноги, он пододвинулся чуть в сторону, чтобы истребитель не попытался провернуть какой-нибудь финт. Нет, все-таки, отлично сделано. Вот если бы у десептикона оторвало ноги, тут Рэтчет вряд ли смог бы справиться так же хорошо. Тяжелые анатомические повреждения не были его профилем. Хотя что-то подсказывало, что профиль вскоре может существенно расшириться...
Раздумывая о ногах, медик автоматически сравнивал собственные вытянутые конечности с мощно спроектированными ходулями десептикона. Даже чуть согнутые в коленях, эти самые ноги были куда длиннее его. Решетки, закрылки, турбины, балансировщики — почти половина составляющих джет-корпуса приходилась на опорные конечности.
Точно так же неосознанно Рэтчет начал рассматривать остальную конструкцию, на взгляд прикидывая, как движутся все пластины, что над чем настраивается и под каким углом смыкается. До сих пор он в основном имел дело с наземными альтформами, ну а все отремонтированные им летуны по большей части желали восстановления погнутых плоскостей или разбитого стекла. Поэтому вглядываться в сущность трансформы не хватало времени.
Рэтчет подвинулся чуть-чуть ближе и не удержался от соблазна, потыкав пальцем в решетки. Затем точно так же потыкал в сочленения свободного профиля, далеко выступающие круглыми накладками. Десептикон еще чуть-чуть согнул ноги, и Рэтчет почти с восхищением увидел, как все это работает, передвигаясь медленно и слаженно. Скользя взглядом по формам, он уперся в бедренные шарниры, и даже вытянул шею, заглядывая на внутреннюю сторону бедра. Обычно как раз эти места прикрывались броней слабее всего, потому что обеспечивали слишком широкий спектр движений, и чрезмерная защита лишала трансформера подвижности.
Не отнимая пальца от брони, Рэтчет осторожно провел по синим пластинам, дошел как раз до открытой части и резко остановился. Отдернув руку как стегнутый электричеством, он резко отвернулся.
Тандеркрэкер беспокойно пошевелился на месте. Ситуация была дурацкой. Во-первых, повреждения, во-вторых, плен, в-третьих, автобот. Кажется, медик пытался лезть в те места, где ремонта ничего не требовало. В основном потому что не использовалось. Тандер не сдержался и врубил наконец-то откалибровавшийся генератор. В помещении зарокотало, медик отшатнулся, а блокировка вокалайзеров отвалилась. Хорошо что автобот не стал заморачиваться с кодами, а прилепил обычные фильтры с подавителем. Избавиться от них с помощью колебаний не составило труда.
- Проблемы? — угрожающе произнес истребитель.
Теперь медик шарахнулся. Тандеркрэкер издевательски расхохотался, наблюдая за маленьким спектаклем. Автобот попытался взять себя в руки. Впрочем, самому истребителю тоже не помешало бы успокоиться. Слишком нежные у медика были пальцы: все время пока он занимался ремонтом, Тандер ожидал, что вот-вот будет больно, и придется как-то успевать перекрывать плотный поток сигналов – но так и не дождался.
Не при каждом повреждении можно было заблокироваться, очень часто интенсивность потока была настолько плотной, что трансформеры не справлялись. Как раз сейчас велись активные разработки дополнительной прошивки, контролирующей исключительно данный сектор высшей нейронной деятельности. Но до окончания работ было далеко, поэтому пока медик ковырялся в его корпусе, оставалось ждать и надеяться, что все обойдется.
Удивительно, но прикосновения автобота оказались почти приятными. Где надо, он действовал уверенно, где положено — касался едва-едва. В процессе Тандеру пару раз хотелось нервно захохотать, потому что ему казалось, что он слышит, как автобот бормочет что-то успокаивающее. А уже в конце ремонта ему расхотелось смеяться. Увлекшийся автобот почти что ласкал его. Наверное, он был медиком не только по конструкторскому назначению, но еще и по призванию. Может даже от искры. Во всяком случае он точно любил сложные механизмы и готов был их холить и лелеять. Тандеркрэкер даже пару раз поймал себя на том, что почти готов поворачиваться так, чтобы подставиться под эти руки, и вовремя остановился.
А теперь оказалось, что не только он один сильно увлекся происходящим. Что вообще-то можно рассматривать как нарушение всех медицинских заповедей. Уж больно часто медикам приходилось лезть туда, куда посторонний трансформер не смел даже смотреть, поэтому каждый из них твердо придерживался определенных правил.
Само собой, это не касалось различных самородков, которые не заканчивали специальных заведений, и единственной их задачей было поставить на ноги только что свалившегося кибертронца. Этим было лить топливом на всякую этику.
- Имей в виду, — дрогнувшим голосом сказал автобот. — Сейчас я командую парадом, а ты у меня в плену.
- Как же ты будешь командовать, если у тебя даже нет оружия? — засмеялся Тандеркрэкер, автоматически стараясь перевести неприятную тему плена.
- А вот как.
Рэтчет безошибочно ткнул разрядником, скрытым в пальце, прямо в один из центральных узлов. Десептикон взвыл и вскинулся, беспомощно брыкнув ногами. При этом ни малейших угрызений совести Рэтчет не испытывал — точно так же он усмирял слишком болтливых или слишком нервных пациентов. Разумеется, причинять боль он никогда бы не стал, но вот простимулировать  нейросеть наполностью противоположные ощущения... Медик тихонько засмеялся. Многие умели блокировать неприятные сигналы, но от удовольствия защититься не удавалось никому.
- Так я ясно выражаюсь? — почти ласково спросил он.
- Нннх! — Тандеркрэкер захрипел, все еще находясь где-то между шоком и удовольствием. Многие системы только что запустили цикл после ремонта, и поэтому нападение было вдвойне чувствительным. — Т-ты... я тебя...
- Правда? — переспросил Рэтчет. — Прямо ты меня? — и повторил удачный экзерсис.
Десептикон опять захрипел, вздергиваясь на месте, и Рэтчет ощутил почти физическое наслаждение. Он так устал от бесконечных ремонтов, напряжения и страха, что возможность хоть на ком-то сорваться была сущим подарком, который нельзя упускать.
Он повторял нехитрый трюк снова и снова, заставляя истребителя метаться по полу, мотая головой и отчаянно взревывая турбинами. Судорожное мерцание ярко-красных линз только подстегивало его, и вскоре Рэтчет уже перебрался между раздвинутых ног и перенес большую часть своих упражнений в самый низ корпуса.
- Хватит! — выкрикнул истребитель, задыхаясь и отчаянно прокачивая воздух сквозь кулеры. — Ннх! П-пожалуйста!
- Ты неправильно обращаешься к главному, — с сожалением сказал Рэтчет. — Давай еще раз.
- Пожа-ааа... — вопль удовольствия прервался всхлипом охладительной системы. — Сэ-эр...
- А вот это уже правильно, — обрадовался медик. — Я думаю, больше не будет неприятностей?
- Хх... да... ты победил, — все еще задыхаясь, выговорил истребитель. — Я... ммх...
Рэтчет провел ладонью между ног десептикона, и тот буквально поджался, тут же теряя всю способность связно выражаться. В ладонь Рэтчету откровенно брызнуло, и он не сдержался. Кончики красных пальцев скользнули между мощными створками, прикрывшими плотно сбитые в одном месте разъемы, и коснулись гладкой окантовки.
- Ааах!
Десептикон взвыл, и Рэтчет испытал восхитительный трепет от того что огромный военный трансформер лежит перед ним в полной его власти, не в силах даже сдвинуть ноги, весь растекается как прокачанный синтетиком интер, и готов подчиняться.
- Ты не боиш-шься, что... мм... кто-нибудь сюда зайдет... — прохрипел истребитель, выкручивая собственные руки. — Это... э... ннн... не по правилам... ааа...
- Суровые времена требуют суровых решений, — пожал плечами Рэтчет со спокойствием, которого на самом деле не испытывал. Слова десептикона задели профессиональную гордость и почти заставили устыдиться. Почти. Потому что истребитель не замолчал.
- Ладно... — слово вышло на тяжелом выдохе. — Ты победил. Но... умм... с одним условием... охх...
- Каким? — рассеяно спросил Рэтчет, продолжая ласкать бесстыже раздавшуюся защиту.
- Я сверху, — прорычал истребитель.
И рванул собственные руки вниз.
Треск рвущихся тяжей прозвучал оглушительно громко.
Рэтчет ужасно испугался. Более того, он бросил все и кинулся ловить синие предплечья, чтобы успеть остановить повреждения в тонких нейропередающих каналах, прихватить провода, чтобы те не успели сплавиться, наконец, перекрыть энергон, которого в этом теле было и так не много. Лишь несколько мгновений спустя он осознал, что с пациентом что-то не так.
Истребитель ухмылялся углом рта, выжидательно глядя на него. Рэтчет держал широкие запястья и остановившимся взглядом наблюдал, как нестандартные крепежные системы втягиваются под броню, утаскивая за собой энерговодные линии, а затем на чистых срезах сдвигаются спиральные сегменты. Две секунды спустя Тандеркрекер легко высвободился из его хватки и одним движением сел, упираясь в пол этими самыми... Рэтчет уже не знал, как назвать такую модификацию. Не обрубками же.
- АЗМК, — охотно сообщил десептикон в ответ на его молчаливое изумление.
- Что? — автоматически переспросил медик, уже понимая, что ситуация сильно изменилась и надо хотя бы тянуть время.
- Автономно заменяемые модульные компоненты, — не менее охотно разъяснил пациент. — Что, не слышал о таких? Жаль. Последние разработки. Все самое современное в авиастроении.
Рэтчет все еще стоял на коленях между раздвинутых бедер, и состояние его больше всего походило на панику. Он не рискнул даже опустить все еще сжимающие пустоту руки, потому что каждое лишнее движение могло оказаться роковым.
- Ну что же ты не продолжаешь, — прошипел десептикон. — Что-то мешает? Может быть страх?
Рэтчет стиснул дентопластины и отвел взгляд. Потом заметил движение и вздернулся, но чуть-чуть опоздал. Впрочем, это не было страшно — истребитель всего лишь протянул руку и поднял его за подбородок своей культей.
- Сделай это снова, — еще более угрожающее рокотание заполнило пространство. — Сейчас же.
Рэтчет мигнул оптикой и изобразил попытку кивнуть. Десептикон сузил заполыхавшие линзы и освободил его. Впрочем, ложиться он не спешил, всего лишь откинулся на локти. Все еще приваренные к держателю кисти медленно сжались в кулаки, и Рэтчет едва не подавился охладителем, поспешившим компенсировать подскочившие обороты двигателя. Большой трансформер внимательно смотрел на него, имея самый угрожающий вид, поэтому вариантов не оставалось. Рэтчет медленно опустил одну руку, вновь коснулся пальцами сразу нескольких разъемов и легонько их простимулировал. Истребитель со скрежетом проехался турбинами по полу. Рэтчет совсем осмелел и добавил напора, увереннее выбирая датчики. Десептикон дернулся, однако затем расслабился, и Рэтчет уже уверенно задвигал рукой, стимулируя нечасто используемое место. Вообще-то он не был уверен, пользуется ли десептикон своим оборудованием в принципе. При всех своих вызывающих габаритах здесь он был явно нетронутый, словно только что спущенный с конвейера.
Рэтчет резко вдохнул и понял, что возбуждается уже по всем фронтам, включая собственные приемные системы. Десептикон ощутимо выгнулся, запрокидывая голову. Несколько секунд спустя белая броня раздвинулась окончательно, и на волю выщелкнулся пока что сложенный джампер. Рэтчет от неожиданности ойкнул, но затем быстро сориентировался и схватился за скрученные кабели. Из турбин десептикона плеснуло синеватым прозрачным огнем. Рэтчет ахнул и резко сдвинул собственные колени, уворачиваясь от дикого жара. Именно это мгновение десептикон выбрал, чтобы исполнить ранее озвученную угрозу.
Стиснув мощные бедра, он сделал резкий рывок, и Рэтчет полетел на пол, едва успев разжать пальцы. Следом истребитель и сам оттолкнулся, довершил поворот и навис над Рэтчетом, грохнув о бетон всеми выступающими деталями. Наколенные решетки воздухозаборников лязгнули об пол и яростно по нему проскрежетали, культи уперлись по обе стороны автоботского корпуса, крылья отбросили ощутимую тень. Истребитель опустился как можно ниже, словно охотящийся турболис припал корпусом к лежащему под ним трансформеру и дохнул нагретым воздухом в самый аудиодатчик.
- Не бойся, — почти прошептал он. — Водить электродом будешь ты. Но я сверху.
Ужас, сковавший Рэтчета, медленно растаял. Пробормотав совершенно неразличимое согласие, он схватился обеими руками за широкий корпус, провел вниз по бокам и удобно пристроил ладони на бедрах. Десептикон чуть приподнялся и сдал назад, послушно подчиняясь легкому давлению. Рэтчет заметил, как нервно скользнул истребитель взглядом по их корпусам, и понял, что все-таки не ошибся. Десептикон действительно никогда не подставлялся. А вот джампер был раскачан хорошо, отдельные детали свободно вытягивались на лишние десяток-другой сантиметров.
- Еще чуть-чуть опустись, — он постарался говорить уверенно. — Еще... я не достану.
- Маленький автобот, — ухмыльнулся десептикон. — Аах!
- Зато талантливый, — парировал Рэтчет, непроизвольно сгибая ноги от удовольствия. Он только что состыковался со здоровенным истребителем, и удержаться от хаотических движений было все сложнее. — О-ох даа...
Десептикон вновь оттолкнулся от пола и уселся верхом окончательно. Рэтчет порадовался, что из-за конструкции между тазом истребителя и полом было достаточно места, чтобы там вместился скромный автобот со всем своим возбужденным достоинством.
- Только попробуй кому-нибудь рассказать, — превентивно пригрозил Тандеркрэкер. — Тогда я... уммх... я тебя... убью... даа, как ты это делаешь?
От рук пользы не было никакой, и истребитель закинул их за голову, чтобы процессу ничего не мешало. Толчки удовольствия заставляли его раскачивать корпусом, он поймал их ритм, подстроился, и начал двигаться сам. Заниматься самопризнаниями было поздно, но это действительно было одно из самых восхитительных ощущений в его функционировании. Может и зря он отказывался ото всех групповых полетов, предпочитая засаживать вольтаж кому-нибудь. Нммх! Ах, еще, еще!
Чем больше он прилагал усилий, тем сильнее разгонялись все системы, и тем приятнее рокотал собственный генератор, набирая обороты в тех замечательных тональностях, которые заставляли его партнеров визжать и брызгать направо и налево. Еще чуть-чуть, и ему грозило оказаться на их месте! О Праймас, как же хорошо!
Рэтчет сипел вентиляцией, прилагая все усилия, чтобы контролировать ситуацию. Оказавшаяся в его руках огромная силища требовала постоянного управления. Рэтчету казалось, что если он упустит что-то важное, то крылатое и вооруженное чудовище мгновенно потеряет ту блаженную сосредоточенность, в которой сейчас пребывает... и дело кончится плохо. Поэтому Рэтчет одновременно старался работать сам и направлять движения широких бедер, по крайней мере, пытался убедить себя в том, что именно он управляет, а не десептикон использует его во всю силу гироскопов, разгоняя обоих участников интерфейса до взаимных визгов блаженства.
Ему казалось, что на производимый ими шум должен сбежаться весь персонал временного медицинского лагеря, а заодно и все ходячие пациенты, но... Уооааах!
Тандеркрэкер с силой опустился на красно-белую фигуру, вбирая каждый штекер в себя по основание, и задрожал в раскатывающейся по всему телу перезагрузке. Генератор взревел, воздух завибрировал, и на пике полета к Праймасу Тандер врубил ускорители во всю мощность.
Сзади него полыхнуло жаром и сверкнуло, автобот взвизгнул, поджался и разрядился, дополнительно стимулируя партнера. После этого финальным аккордом джампер истребителя окутался видимой короной разрядов и с шипением развернулся до предела.

Тандеркрэкер с удовольствием отрубился бы на четверть часа, однако приоритетные настройки контроля и слежения не позволяли расслабиться. Он тяжело осел на турбины, чувствуя как раскаленный композитный состав подогревает его же зад, но это было приятное тепло. Такое же растекалось по всем системам, кое-где даже улучшая циркуляцию энергона.
Помимо настроек выключиться еще не давало чувство слегка пошатнувшейся гордости. В самой глубине искры Тандеркрэкеру иррационально хотелось, чтобы его сейчас приласкали и... и, в общем, прочие глупости. Он не мог позволить такого. Если бы сотриадники могли подслушивать его мысли, то уже наверняка катались бы в истеричных припадках хохота. А потом затравили бы ядовитыми и оскорбительными высказываниями. Страшно представить. Нет, нет и нет.
Гордость повелителя небес Кибертрона требовала немедленного реванша. К ней присоединялись требования джампера — хотя большая часть и сбросилась вхолостую, но несколько основных разрядников продолжали потрескивать, удерживая в себе почти чистую плазму — настолько концентрированным было электричество, собранное в них. Здесь не помогла бы даже жесткая мануальная стимуляция, разве что промышленный контактный захват, но это совсем уже позорище — разряжать достоинство о заводской агрегат.
Тандеркрэкер переборол тягучую слабость и поднялся, выпуская из себя ставшие бесполезными штекеры. Они свободно вышли, оставив странное чувство функциональной незавершенности, и Тандер поспешил задавить его, уже вовсю перемещаясь в нужную позицию. Из-за покалеченных рук выходило неуклюже, но он быстро справился. Вот теперь все пойдет как обычно. Без странных диких желаний.
Рэтчет зашевелился, чувствуя движение над собой. Что-то втиснулось между его ног, и он сию же секунду активировал оптику. Минутное отключение сыграло злую шутку — он упустил опасный момент. В датчиках до сих пор гудело от звукового удара, и он не мог точно настроить фокус видеозахвата, однако широкая улыбка десептикона ловилась безо всякого фокуса.
- Тот кто встроил в тебя этот генератор, должен был дать тебе подходящее имя... — просипел Рэтчет на нижней границе мощности вокалайзеров.
- Угадал, — истребитель заерзал, и зад медика оказался гораздо выше пола. — Тандеркрэкер.
- Я думал — Бигбум, — нашел в себе сил съехидничать автобот.
- Бигбум будет, когда я с тобой закончу, — захихикал десептикон. — Хорошо, что ты медик, сможешь починиться, а то обычно клапаны рвутся... от бума.
Рэтчет выругался, заерзав. Если истребителя, рассевшегося на нем верхом, он еще перенес, то в обратную экспериментировать не хотел. Он был твердо уверен, что просто умрет, если на него налягут все тонны истребительского веса, подстегивемые похотью.
- Ну что ты, хороший мой, — заворковал Тандеркрэкер, поднимая его колени, — не надо сопротивляться... Гадкий десептикон сделает тебе очень-очень хорошо...
Но до этого еще следовало постараться. Если бы при нем были его руки, он бы аккуратно раздвинул броню медика, вынуждая нижнюю часть корпуса сдавать еще больше позиций, и тогда джампер подключился бы без проблем. Сейчас им предстояло столкнуться с некоторыми трудностями. Но Тандер был уверен, что справится с любым препятствием.
- Расслабься, — все так же негромко повторил он. — Учти, мои стимуляторы внизу. Не сверху, не по бокам. Лучше бы тебе раздвинуться.
- Помогите, — слабо сказал Рэтчет, мотая головой.
- Там завал, помощь не придет, — уведомил его "гадкий десептикон". — Но это ненадолго. Как раз успеем на один заезд. Итак, стимуляторы снизу. Я тебя предупредил, медик.
Рэтчет беспомощно вскрикнул, ощутив давление холодного металла. Особенно давило снизу, и выходило, что Тандеркрэкер не соврал. Конечно, Рэтчет мог бы снова ткнуть куда-то в развороченном корпусе, но... но... Неистово ругая себя в мыслях, Рэтчет раздвинул защитную часть паховой брони еще сильнее, и вскрикнул гораздо энергичнее, почувствовав, как сразу же вступила в действие тяжелая подджамперная часть.
- Отлично, — простонал Тандер, вздергивая его повыше, буквально затаскивая на себя и запуская пробный импульс. — Аах, вот так!
Ноги, перекинутые через локти истребителя, беспомощно вздрагивали. Рэтчет не мог оторвать взгляд от искаженного похотью лица десептикона, а если ему и удавалось отвлечься, то взор неизменно соскальзывал на мощные руки с отсутствующими кистями. Необычная инженерная фантазия одновременно пугала и завораживала,
Оба были достаточно разгоряченными от предыдущего интерфейса, поэтому Тандеркрэкер не стал заморачиваться на долгой сессии, а Рэтчет тем более отдал всё ведущему, и новая волна чистого удовольствия захлестнула обоих почти одновременно. Рэтчет чуть-чуть отстал, и когда Танрдеркрэкер уже замолк, все еще продолжал допевать прерывистую серию перезагрузочного сигнала, сбрасываемую на вокалайзеры напрямую.

Шлаков десептикон опять не поддался основным программным решениям, и вместо того чтобы отдыхать — а заодно дожидаться прибытия группы спасения — вывернулся из ослабевших объятий честно пытавшегося удержать его медика. Подобравшись к колонне, он наискось чиркнул лазером по металлу, и только в эту секунду Рэтчет осознал, что все время на десептиконе был навешан малый боевой арсенал, которого с лихвой хватило бы разворотить весь музей вообще. Неужели он... специально?
- Спасибо, медик, — Тандеркрэкер неуклюже отсалютовал одной рукой, второй не менее неуклюже прижимая к кокпиту собственные детали. Как их... АЗМК. — В следующий раз когда мне понадобится твоя помощь, мы же найдем другой способ?
Рэтчет издал рычание, в котором можно было разобрать что-то про цепную пилу и сварочный аппарат.
- Да я не про ремонт, — истребитель засмеялся. — Я про интерфейс, дорогой мой автобот.
Рэтчет в ярости сменил одну руку на лазерный скальпель и взмахнул им, прочертив пылающую дугу в воздухе.
- О, — Тандеркрэкер склонил голову. — Ужасно страшно. Пожалуй, мне надо бежать.
- В поливалку перепаяю! — успел крикнуть медик, прежде чем грохот реактивного двигателя заполнил музейное помещение, и истребитель рванул через ранее пробитые им же проломы. — В бесшумную, — мрачно добавил автобот.
Оставалось надеяться, что вызванная помощь не будет задавать идиотских вопросов.

Вернуться к фанфикам