Любите природу

Автор: Skjelle
Персонажи: Онслот/Хаунд
Рейтинг: NC-17
Жанр: pwp, юмор
Краткое содержание: Гринпис против наркоманов. Точнее, наркоманы покоряют Гринпис.
Комментарий: написано для Fuckin_Amal на весенний фестиваль в сообществе TF-porn (2010 год).

- Ты мне противен.
- Само собой, а как же иначе.
- В своей упертости ты напоминаешь дуб.
- Не смей меня оскорблять, ты, кусок органических отходов...
- Это называется помет.
- Да, спасибо большое. Ты помет.
- Ты невероятно любезен, десептикон.
- Лучше заткнись, автобот.
- Да пошел ты...
Злобно бурчащий следопыт, природолюб и просто душевный трансформер Хаунд вывернулся из-под руки партнера, с грохотом и лязганьем перевернулся на спину, задрав лебедку с перепутанным тросом к небесам, и утихомирился в неистово раскоряченной позе.
До сих пор ему не приходилось сталкиваться с кем-то из этой братии, и он не мог не признать, что столкновение оказалось ошеломительным.
В силу наступившего весеннего сезона любовь Хаунда к расцветающей природе перешла в клиническую стадию, и он всеми правдами и неправдами вырвал себе два дня своеобразного отпуска, который твердо намеревался потратить на изучение окружающего мира, готовящегося к цветению и размножению. С базы он унесся на всех парах, которые только позволял развивать его двигатель в этой альтформе, и вскоре оказался в диких и неосвоенных людьми местах. Дорога прихотливо вилась среди небольших скал, и он сбавил скорость, наслаждаясь окружающим его пейзажем.
Мирное созерцание продолжалось ровно до тех пор, пока из-за ближайшей скалы не раздалось чихание двигателя. Мгновение спустя, вывернувший из-за препятствия Хаунд едва не врезался в неторопливо прущий напролом ракетный тягач. Следопыт настолько растерялся от встречи, что автоматически произвел защитную голограмму, скопировав текстуру скалы. Тягач медленно остановился, попыхтел двигателем и трансформировался.
- Хм! - громко произнес Онслот, склонив голову к плечу. - Поганая планетка. Едешь себе, как вдруг стена. А ну...
Стволы на его плечах развернулись, и Хаунд понял, что сейчас из него сделают дырку от колеса. Но хотя бы передышку с момента их столкновения он получил и успел взять себя в руки. Недолго думая, он врезал из всего наличного оружия в боевикона.
Онслот завопил на старокибертронском матерно-уголовном диалекте и жахнул в ответ. К сожалению для Хаунда - в двух разных плоскостях, то есть сверху и снизу. Сжаться в комок в прыжке у Хаунда не получилось, и частично оплавленная установка на плече дала сбой. Голограмма тут же исчезла.
- Агааа! - хрипло крикнул боевикон, пялясь на него местами потемневшим визором. - Ах ты падла сухая! Против резьбы шаблон заверну, крестовка обточенная!
- Сам такой! - огрызнулся Хаунд, совершенно не поняв, что это за криминальная лексика.
Онслот неожиданно фыркнул, а потом заржал как десяток местных коней сразу. Нет, даже хуже. Кони хотя бы не издавали такой жуткий скрежет. Не переставая гоготать, он сделал шаг с продавленной им колеи, явно направляясь в лесные заросли. Любовь ко всему земному, помноженная на гнев в связи с образованием этой самой беспардонной колеи, взыграла в Хаунде окончательно и бесповоротно. Десептикон мог вести себя как угодно - стрелять, ржать, вызывать подмогу или пытаться придушить его голыми руками - но гадить в окружающей среде Хаунд ему позволять не собирался.
- Стой! - взвыл Хаунд, кидаясь ему наперерез. - Не ставь туда свои ножищи! Это же ежевичный кустик! Куда прешь, сволочь?!
Боевикон перестал веселиться, развернулся на месте и вновь выразительно опустил стволы.
- Для тебя дорогу проложили, как для всех колесных! - разорялся Хаунд, грозя десептикону личным бластером. - Ты на Кибетроне тоже поперек всех шоссе разъезжал, что ли?!
- Нет, это черноплодная малина, - после паузы заявил боевикон.
Хаунд поперхнулся очередным обличительным воплем и несколько мгновений тупо разглядывал возвышающегося перед ним десептикона. Затем перевел взгляд вниз.
- Ежевика! - возмутился он.
- Малина, - ответил десептикон и наклонился, чтобы сорвать доказательный листок.
- Не смей! - вновь заорал Хаунд, пав перед кустиком на колени и хватая десептикона за запястье. - Куда?!
- Этой малины тут огромное количество, - недовольно заметил боевикон. - Чё ты орешь как за выхлоп взятый?
- Ежевики! - гаркнул следопыт, продолжая удерживать собеседника, словно опасался, что стоит того отпустить, как он накинется на кустик и выщипает его по кусочку, злорадно хохоча при этом. - Любое растение бесценно, кстати говоря! Не смей затаптывать местную биосферу!
- Какую сферу? - без особого интереса переспросил боевикон.
- Все вокруг тебя, - злобно пояснил Хаунд, наконец-то отцепляясь и вставая на ноги. - Ну?
- Что ну? - удивился боевикон.
- Сражаться будем? - агрессивно вопросил Хаунд?
- Нее, - лениво протянул боевикон, после чего внезапно издал булькающий звук и выпустил длинные струи пара.
В воздухе отчетливо завоняло продуктами нефтепереработки.
- Какая мерзость, - чопорным голосом сказал Хаунд и отступил на два шага, при этом раздавив один из бесчисленных то ли ежевичных, то ли малиновых кустиков.
- Вот так профункционируешь всю вечность и - пффф! - боевикон наставил на него палец, изобразил выстрел и хихикнул. - Так и не познав радостей бытия. А-автобо-оты-ы.
Последнее слово он протянул так, будто это было какое-то ругательство.
- Не смей дурно отзываться о моем знаке, - предупредил его Хаунд. - закопаю в известь.
- Копалка надломится, - беспечно сообщил Онслот. - Эт чё?
- Где? - поинтересовался Хаунд, вовсе не спеша повернуться за указующим пальцем.
Онслот покачал головой, пошарил где-то у себя за спиной и достал пневмошприц. Внимательно его осмотрев, он удовлетворенно кивнул и всадил толстую иглу в шейный трубопровод. Хаунда аж передернуло от неожиданности. Вонь человеческого топлива сделалась острее.
- О дааа, - блаженно протянул боевикон. - Вот это я понимаю... Так кто там?
Хаунд все-таки скосил взгляд в сторону и обнаружил двух зверьков, занятых процессом воспроизводства.
- Это типа наших бензокроликов, - неохотно пояснил он. - Размножаются.
- Чево делают?
- Типа самокопирования. Только с участием двух сборочных линий.
- Ааа, - протянул Онслот. - Вон как. А ты копируешься? - с неожиданным интересом спросил он и сделал шаг вперед.
- Э, э, а ну стой, - Хаунд поднял обе руки и тоже сделал шаг, но уже назад. - Не надо меня в это втягивать, понял?
- А ну иди ко мне, - боевикон распахнул объятия и опять выдохнул перенасыщенный пар.
- Отвали! - не выдержал Хаунд.
Настроение было испорчено бесповоротно, а поскольку не до конца изжитый пацифизм не позволял сделать из наполовину утратившего ясность мысли врага дырявую мишень, Хаунд предпочел смыться. Перейдя в колесную форму, он развернулся на месте и стартовал с такой скоростью, что аж пробуксовал.
- Куда же ты? - завопил Онслот, перхая от пыли, забившейся в вентиляцию. - А ну стой!
Перепуганные звери, не разлепляясь, кособоко поскакали куда-то в сторонку. Онслот сделал два шага, подхватил с земли валун, размером в половину своего корпуса, и с ревом швырнул его вслед автоботу.
Камень полетел и грянул.
- Попа-ал! - заорал боевикон и вновь разразился гоготанием.
Отсмеявшись, он быстро, хотя и отнюдь не по прямой, двинулся к месту встречи автобота и валуна. Когда он подошел, Хаунд как раз заканчивал выползать из-под небесного подарочка, и вновь видеть забрало боевикона был вовсе не рад. Со словами, которые приличному автоботу знать не полагается, следопыт залепил боевикону ногой прямо в пах. Онслот издал нечто среднее между подвыванием и кряканьем, после чего рухнул на колени, а затем и вперед всем корпусом.
- Слезь с меня, ржавое ведро, - шипел помятый автобот, тщетно пробуя спихнуть тяжеленный корпус. - Болтосос шлаков! Давно плазмы не нюхал?
- Тсс, - захихикал Онслот. - Ты спугнешь этих нежных... как их называют? Животов?
- Животных, - сквозь дентопластины процедил Хаунд. - Они уже сбежали.
- Как интересно, - восхтитился Онслот, перебирая тугие витки троса на лебедке собеседника. - А зачем они так двигаются? Хоп-хоп... знаешь?
Активное лязганье металла о металл продемонстрировало искреннюю заинтересованность боевикона в этом вопросе. Хаунд был готов лопнуть от возмущения, однако определенные струнки себялюбия уже энергично зазвенели от расточаемых Онслотом намеков. Гребаные пары от человеческого горючего все сильнее действовали на его тонко настроенную сенсорику.
- А что у меня еще есть, - проворковал боевикон, демонстрируя Хаунду очередной шприц. - Отлично, не так ли?
- Не так! - Хаунд пнул его. - Отвали, бензинщик!
- Это солярка! - возмутился десептикон. - Чистое производство!
- Да лил я, что это конкретно! - Хаунд отвесил ему еще одного пинка. - Засунь его себе в топливоотвод!
- Ммм... - Онслот так выразительно мигнул визором, будто облизнулся. - Отличная идея...
- Эй, нет, - Хаунд яростно заелозил. - Ты чего? Не смей! Слышишь меня? Не смей, говорю!
В результате завязавшейся короткой драки, Хаунд оказался вдавлен грудным отсеком в мягкий дерн, а Онслот с торжествующим хихиканьем уселся у него на спине. Хаунд в бешенстве пытался лягнуть его, но оказалось, что заправленный ядовитым человеческим топливом десептикон - это нечто гораздо более страшное, чем обычный или даже переэнергоненный десептикон.
- Не будешь пить, я тебе его под бампер вставлю, - пригрозил Онслот. – Живо меня полюбишь. Хотя меня и так все любят.
- Ты напыщенное ничтожество с раздутым самомнением! - возопил Хаунд, тщетно извиваясь под бронированной тушей. - Ты еще скажи, что трехрежимников трахал!
- А что, я еще не говорил? - изумился Онслот.
Хаунд аж перестал сопротивляться.
- Ты хочешь сказать, что они тебе дают? - недоверчиво переспросил он.
- Мне дают все, - торжественно сказал Онслот и заикнулся всей вентиляцией. - Ну почти все. И вообще, у нас свобода... этих... нр-равов. А у вас?
- Нет, у нас не так, - мрачно сказал Хаунд, пытаясь отвлечь боевикона разговорами и восстановить работоспособность встроенного оружия.
- А грят, ты с этим аристократиком р-регулярно трахаешься, - сообщил Онслот, похлопывая его по квадратному бамперу. - Ну-ка, что тут у нас.
- Упаси Праймас! - содрогнулся любитель природы. - Он же из аристократов в третьей сборочной линии. Ты что, не знаешь как их воспитывали?
- Мм... в воздержании? - предположил боевикон.
- Скорее наоборот, - Хаунд слегка поежился, игнорируя настойчивые поглаживания. - Видел я, как некоторые из его отсека выходят... Врасокрячку.
- Надо же, какой молодец! - Восхитился Онслот. - Опа!
Очередной хлопок сопровождался электромагнитным импульсом, из-за которого броня лязгнула и разошлась. Хаунд заорал.
Мгновение спустя шприц оказался в его топливоотводе, и, повинуясь движению поршня, солярка устремилась в сложную систему энерговодов. На этот раз Хаунд непотребно заверещал.
Онслот развернулся прямо на нем и попробовал скопировать позицию, подсмотренную у животов... животнох... или как их там, этих гребаных четвероногих кусков мяса и меха. Затихший автобот возлежал в пригодной для употребления позе, яростно работая вентиляцией. Онслот покрутился и так и сяк, не сумел найти подходящую позицию и с грустью разлегся на автоботе, подперев подбородок кулаком. Взбудораженные системы требовали немедленного интерфейса, однако эта же взбудораженность и мешала, не давая сосредоточиться. Он еще раз попробовал сделать что-нибудь, однако Хаунд только буркнул нечто матерное, и Онслот обиженно заворчал.
Энное время спустя автобот неожиданно хрипло застонал и дернулся. Почти впавший в перезарядку Онслот тут же встрепенулся и поощряюще погладил его по бокам.
- Болт с тобой, - неожиданно сказал Хаунд. - Давай уже... уххх... оо, вот это да...
Поскольку фразу он начал, уже отщелкнув остальную защитную броню, то последнее высказывание относилось к тому, как Онслот немедленно начал тыкаться в него всем джамп-набором. Хотя попасть никуда толком не мог.
- Не туда, - возбужденно шипел Хаунд. - Нет... нет... левее... леве... ооо! Да, здесь!
Онслот неподдельно удивился, обнаружив, что автоботские джамп-приемники легко разъехались под его напором. От Хаунда можно было бы ожидать если не полной заштампованности, то определенной малоразработанности точно. Он не походил на того, кто любит полежать на спине, задрав ноги кому-нибудь на плечи. А между тем складывалось впечатление, что он трахался с целой ротой ежециклово.
Автобот неожиданно странно курлыкнул, и Онслот замер на месте, пытаясь вспомнить, что это за подозрительно знакомый звук. Затем долговременная память сработала, и он ухмыльнулся всем визором.
- Насколько сильно ты любишь природу? - поинтересовался он, выдвигая очередные джамрперные сегменты.
- Ооо! - выразительно ответил Хаунд.
- Дай угадаю, - картинно задумался Онслот, приставив палец к центру визора. - Дроны?
Исследователь-натуралист поперхнулся очередной руладой и продемонстрировал выразительный температурный скачок. Онслот захихикал, что в его исполнении выглядело на редкость ужасающе, и погрозил затылку Хаунда пальцем.
- Я случайно, - наконец-то сказал Хаунд. - Иди ты наболт, солдафон шлаков! Случайно, говорю!
- Все так говорят, - тоном, полным развлечения, сообщил Онслот.
- Да я к ним в гнездо свалился! - взвыл оскорбленный до глубины искры Хаунд. - Не подыхать же там было!
- Это точно, - Онслот устроился поудобнее, и его кабели несколько раз изогнулись, давя на горячие стенки. - Ну я однозначно лучше дронов. По крайней мере со мной ты можешь поговорить.
Хаунд что-то невнятно пробормотал.
- Чего? - переспросил Онслот.
- Глубже, я говорю, - буркнул Хаунд, пылая статикой. - Еще глубже... Ох... Здесь, да... Да не суй ты так! Ай!
Взвизг был абсолютно немужественным, однако довольным. Хаунд приподнялся на руках, наслаждаясь тем, как предназначенные для совершения столь интимного действа детали движутся в нем под очень странным углом. Нормальные автоботы занимались интерфейсом стоя. Ну может быть около стены, один держа другого. Допустим, сидя. Возможно, лежа лицом к лицу, хотя из-за тех же клятых дастуновских бамперов тридцать третьего размера это было юникроновски неудобно. Но чтобы вот так, как животные? Хаунд о таком и не слышал. Хотя допускал, что это все потому что он не общался с Миражом на такие темы. Но наверняка даже Мираж не опускался до того, чтобы использовать как интерфейс-допинг человеческое топливо.
Хаунд изо всех сил старался сдерживаться, но судорожно вздрагивал все чаще и чаще, потом начал скрести пальцами землю, выдирая полосы травы, а затем окончательно утратил стоицизм и похотливо заверещал, начав подкидывать тазом. Обычного интерфейса ему было мало. Юникроновски мало! Он хотел не просто заниматься этим правильным и полезным для сервоприводов интерфейсом, он хотел трахаться, он страстно желал проверить на практике все байки, которые рассказывали про десептиконов и их неумеренные аппетиты, он тупо хотел перезагрузиться так, чтобы предохранители вылетели.
- Ну чего ты копаешься? - взвыл он, раскачивая бедрами из стороны в сторону. - Тебя что, из ржавых гаек собирали?
Онслот, собранный из наземной транспортной техники, дико оскорбился.
- Я ржавый? - зарычал он, резко откидываясь назад и дергая за собой автобота. - Это я-то ржавый? Я тебе сейчас такого ржавого покажу, что ты даже враскорячку ходить не сможешь!
Хаунд, чьи коленные суставы хрустнули и вывернулись под нежелательным углом, еще раз взвизгнул, чувствуя, как под собственным весом все глубже насаживается на торчащие вертикально кабели. Онслоту явно было наплевать, состыкуется ли он с надлежащими разъемами или нет. Похоже, ему хотелось просто нашпиговать неожиданного партнера своими деталями. Хаунд экстатически застонал, ощутив как в него запихивают заправочный шланг, да не просто так, а все глубже и глубже, терзая чувствительные внутренние поверхности, датчики в которых отсылали панические сигналы о поступлении неизвестного вида топлива. Хаунд игнорировал их, но когда сразу группа сенсоров трагически уведомила его, что, скорее всего, в него запихивают дрова... Автобот захохотал как безумный. Онслот зарычал и стиснул руки под его лебедкой, однако не стал обращать внимание на автоботское поведение. Мало ли у кого какие закидоны. Кто-то хохочет, кто-то рыдает, был у него один любопытный знакомый, который в момент высочайшего экстаза вопил какое-нибудь головоломное слово, и чем длиннее оно было, тем сильнее оказывалась перезагрузка.
Хохот следопыта быстро перешел в жадные всхлипывания, шумные просьбы и бессвязный лепет. Накачанный местным возбудителем по самые кончики антенн, он даже перестал удерживать собственные шлюзы и уже стравил приличное количество запасного топлива - теперь оба сидели в луже жидкой грязи, приятно и возбуждающе пахнущей. Хаунд сумел развернуть ноги в нужное положение, и теперь с упоением елозил ими по этой грязи. Если бы ему дали возможность, он бы извалялся в ней с ног до головы, но за спиной у него был Онслот, и в нем самом был Онслот, поэтому оставалось только самозабвенно прыгать на пронизывающих его кабелях и шлангах. Боевикон уже вовсю лапал его, докуда дотягивался, и по слабому жжению Хаунд определил, что тот занимается любимым десептиконским делом, угваздывая партнера персональными радиационными метками. Смыть такие было огромной проблемой.
Онслот относился к тому редкому виду трансформеров, которые ловили свое удовольствие исключительно после того, как это случалось с их партнером, и поэтому внезапный фонтан со стороны Хаунда выбил его из колеи полностью.
По всему выглядело так, что автобот намерен скакать на нем долго и упорно, однако результат уже был на лицо. Онслот приготовился убрать фильтры, видя, как стреляет гидравликой его сегодняшний партнер и слыша его крики, однако Хаунд внезапно тяжко вздохнул, подался вперед, уперся руками в землю, слегка прогнулся в спине и деловито крутанул бедрами.
- Еще! – с хрипом потребовал он, глядя на боевикона через плечо. - Иначе я сгорю!
- Ты уверен? – алчно осведомился Онслот, щупая раздавшиеся и пропускающие хладагент приемники. Похоже, теперь в них можно было запихнуть еще хотя бы по тоненькому проводочку, чтобы приплавить эти проводочки к основным кабелям, и тогда… оо, какие перспективы!
- Ты еще спрашиваешь? – задохнулся Хаунд, прекрасно чувствующий все это прощупывание. – Или твой десептиконский драйв на такое не рассчитан?
- Ты даже не представляшь, какой у меня сегодня большой и длинный драйв, - пробормотал Онслот, нажимая автоботу на спину и вынуждая того опуститься на локти. Ноги у Хаунда опять вывернулись, а потом и разъехались. – Я же обещал, что потом ты встать не сможешь, верно?

Неучтенное количество времени спустя, Онслот завалился набок, признавая свою полную истощенность. Все еще постанывающий следопыт на всякий случай потеребил себя пальцами, убедился, что выжать из собственной интерфейс-системы больше ничего не может, и позволил себе ткнуться краем шлема в грязь и пыль. Перегруженные участки нейросети ныли и периодически вспыхивали резким, но уже утомительным откатным удовольствием. Он аж вздрагивал.
- Ты чего дергаешься? – пробурчал Онслот, кладя руку ему на спину.
Опять почувствовав радиоактивное жжение, Хаунд собрался с силами и мыслями, после чего изрек истинно автоботскую фразу, выражающую все чувства к десептикону.
- Ты мне противен.

Вернуться к фанфикам