Привилегии для стратегов

Автор: Megan Z. Marble
Персонажи: Мегатрон/Старскрим
Рейтинг: R
Жанр: романтика, драма
Краткое содержание: сумбурные мысли и нечто мешающее мыслительной деятельности.

Какая страшная война. Она длится уже миллионы лет. Грёбанные миллионы грёбанных лет, и конца этому не видно. Уже не раз Кибертрон менял флаг своего правления. Орёл или решка - всевидящий Праймас кинул жребий, и эмблема вновь на какое-то время сменила цвет.
Бессмысленные энергозатратные битвы. Как какие-то Ксетаксис с Ланарком - уже и позабыли, с чего всё началось, сменились цели и ориентиры, несмотря на заложенную некогда программу.
Временами становится уже всё равно, кто одержит победу, ибо принесёт ли она долгожданное облегчение? Нет. Поскольку ни одна сторона не сдастся, до тех пор, пока жив хоть один носящий алый или фиолетовый знак. И всё также будет без толку проливаться энергон - невозможно истребить или перепрограммировать всех несогласных. Кто-то всегда будет недоволен.
Старскрим тяжело вздыхает и смотрит в ночное небо. Он рождён для полётов, но не для сражений, это уж точно. До начала войны он был учёным, им и остаётся, и не важно, сколько раз Мегатрон будет упрекать его в недостатке ума. Он-то знает, что умнее, чем кажется, но показывать все возможности процессора опасно. Он один из немногих, кто может реально оценить ситуацию, остальные же слепо идут, повинуясь грубой силе лидера. Им, по сути, всё равно, под каким знаком стоять - они лишь хотят быть в выигрыше, когда всё закончится в пользу сильнейшего. Но совсем не потому Старскрим так рвётся к власти, стремится исподтишка свергнуть могучего вождя Десептиконов. Ведь он-то знает, что победителя в войне не будет.
Уровень защиты его систем от утечки информации сейчас достаточно высок, чтобы он мог позволить себе предаваться подобным размышлениям. Если бы их раскрыли, немедленно обвинили бы в предательстве. Интересно, много ли таких же предателей по обе стороны баррикад?
Когда они очнулись на этой планете белковых, ликованию их не было предела. Именно его знания о здешних огромных энергозапасах сыграли решающую роль в том, чтобы задержаться на какое-то время. Лучше уж в этом необузданном краю, вдали от дома, творить разрушения, добывая энергон, чем рушить знакомые с самого создания города родной планеты или поселения близких по строению процессора цивилизаций механоидов. И, впервые взмывая в небо в своей новой, земной альт-форме, обгоняя звук, кроя слои атмосферы, он ещё не знал, как надолго затянется остановка.
В тот самый земной день, хорошенько подзарядившись, Старскрим погрузился в поиски нового объекта, богатого вожделенной энергией. Он ещё не знал, что его "прощальный выстрел" стал причиной пробуждения заклятых врагов. Десептиконы пока ещё чувствовали себя хозяевами маленькой планеты. Но осознание собственного могущества ни сколько не продвигало дело. Ему что-то мешало, снижало скорость обработки информации. Мешало что-то, что хорошо в бою, но не при мыслительной деятельности. Мешало желание, не применённая по назначению интерфейсная энергия. Мешало. Навязчиво перегружало оперативную память. Мешало. Блок терпения готов был разорваться от сверхвысокого напряжения.
Старскрим пытался договориться сам с собой, приводя всё больше и больше доводов в пользу продолжения работы, убеждал себя, что никто ему в этой скорбной и печальной ситуации сейчас не поможет, но гул вентиляционных турбин, периодически сбиваясь, нарастал, и, побеждённый предательским желанием, он откинулся на спинку металлического кресла перед монитором. Пальцы, оставив кнопки пульта управления, поднялись вверх, лаская чувствительные проводки корпуса без брони, разминая разнеженные крылья. Сикер отключил звук выводящих динамиков и беззвучно стонал, прогибаясь под собственными руками. Увлечённый, он не заметил командира, появившегося в отсеке и с вожделением наблюдавшего за ним.
Уверенные пальцы Старскрима ласкают сплетения серебряной паутиной переплетающихся нейропроводов, оптика изредка тускло мерцает, дёргается правая нога, потираясь об левую, истребитель беззвучно стонет... Мегатрон похотливо улыбается, когда его подчинённый уходит в короткую, но сладкую перезагрузку, подходит ближе, так, чтобы быть в поле зрения Старскрима, когда тот придёт в себя, облокачивается, отводя руки назад и опираясь ими на пульт управления, ждёт. Трёхцветный истребитель, ещё не зажигая оптики, довольно улыбается себе, разминает шею, настраиваясь теперь на выполнение отложенного задания. Резкий голос над его головой моментально возвращает к реальности:
- Так как продвигаются поиски, Старскрим?
Оптика загорается ярко-красным светом, истребитель пытается что-то сказать, забыв об отключённом речевом аппарате, и прежде чем он успевает активировать устройство, командир властно берёт его за подбородок:
- Ничего не говори. Не говори ничего. Это приказ.
Лидер быстрыми движениями раскрывает собственную броню, касается подчинённого, лаская там же, где несколько астросекунд назад Старскрим ласкал себя сам, истребитель же - некогда учёный-исследователь - теперь изучает корпус своего давнего начальника и нового любовника. Переплетаются кабели, меняя свои порты, огромное напряжение течёт от одного корпуса к другому, искрят контакты, ток изматывающе приятно щекочет металлические тела, но в этом нет ни капли нежности, лишь желание, побочный эффект высшей нервной деятельности, вечно мешающий выполнению их миссии. Высокий скачок напряжения, разовое закрытие всех фоновых программ, долгожданная и столь желанная перезагрузка.
- Это было очень вовремя, Старскрим, - лидер Десептиконов прилаживал на место снятые защитные панели, - такая страсть полезна в бою, но она совершенно ни к чему при разработке стратегий - глушит важные сигналы.
- Вы совершенно правы, Повелитель, - он почтительно кивнул и уставился в монитор, на котором уже появились готовые карты необходимой местности, - я совершенно не мог сосредоточиться.
- Хорошо, что теперь всё в порядке и дело идёт с нужной скоростью, - Мегатрон самодовольно улыбнулся. - Но, учти, это только наша привилегия. Только тех, кто напрягает процессор для направления остальных. Им же, попросту стреляющим в указанном направлении и размахивающим конечностями в бою, это ни к чему. Они, наоборот, должны накапливать эту нереализованную страсть, озлобленность, только с такой армией можно победить.
- Конечно, Повелитель, вы снова исключительно правы, я всё понимаю.
- Очень хорошо. Думаю, нам обоим выгодно это наше "сотрудничество".
Не прощаясь, Мегатрон вышел. Старскрим долго смотрел ему в след тусклой, лишённой эмоций оптикой, и думал о возможном продолжении этой истории.
Но договор о "сотрудничестве" был расторгнут в тот же вечер, так и не вступив в силу. При атаке объекта десептиконы столкнулись с контратакой автоботов, и фиолетовознаковым пришлось отступать.
- Я знаю, что это целиком и полностью твоя вина, Старскрим, - позже отчитывал командир подчинённого. - Твой шальной лазерный луч реактивировал их.
- Но, Мегатрон, их корабль застрял в вулкане, который мог бы пробудиться в любой момент! Это случайность! - командир ВВС был на грани истерики.
- Он мог бы пробудиться только после того, как мы бы улетели, опустошив эту планету, похоронив проклятых автоботов! И ни астросекундой раньше! - от гнева лидера сотрясались стены секретной базы.
- Прости меня! - истребитель припал к руке Повелителя.
- Ты прощён на этот раз. - Мегатрон хладнокровно увернулся от объятий. - Но я не могу допустить связи с тем, кто подвёл меня. Я лучше деактивирую семьдесят процентов своих сенсорных систем, как Саундвейв, чем позволю себе это.
Теперь Мегатрон копит злобу, лелеет ненависть от постоянной неудовлетворённости. Он грозен в сражении, беспощаден, он - идеальный лидер боевых роботов, стремящихся к господству в Галактике и всей Вселенной.
А Старскрим? Старскриму нет дела до войны, он предоставлен сам себе и, как одержимый, мечтает лишь о мести тому, кто закрыл глаза на все его несомненные достоинства, отверг за простую неосторожность. А после ему будет уже всё равно.

Вернуться к фанфикам