Сияние чистого разума

Автор: Skjelle
Персонажи: Хук/Рэтчет
Рейтинг: NC-17
Жанр: pwp, повседневность
Краткое содержание: эпический проект, эпические ссоры, эпические проблемы, эпический хэппи-энд. Или как зависть к чужой личной жизни довела до добра.
Предупреждение: AU, мирное время
Комментарий: по заявке Скайфайер Метроплексович на фестиваль "Мартовские Бензокролики - 2013" в сообществе TF-porn.

Общежития при конструкторском бюро строились по высшему разряду. Изолированные уровни, автономные системы электроснабжения и топливообеспечения, удобные переходы, низкоуровневые паркинги, внешние посадочные рейлеры, скоростные лифты и практически полная инфраструктура, заключенная в нескольких этажах. Идеально. Можно всю жизнь прожить в одном гигантском здании, ведь даже потребность в эстетических видах отдыха предусмотрена – верхние площадки отдали не для транспортных потоков, а прикрыли куполами и развели внутри настоящие рекрии. По слухам там выращивались редкие виды кристаллических форм неразумной стационарной жизни.
Доверху Рэтчет еще не добрался, поэтому лично проверить, какие там имеются формы жизни, ему пока не удалось. Участие в новом проекте отнимало практически все время и еще кусочек впридачу. Но зато это был проект, который начал воплощаться уже с первого мгновения запуска в жизнь. Собственно, все общежитие являлось продуктом данного проекта. Уникальные системы энергопроизводства и вторичной переработки тестировались прямо в этом же здании. По мнению Рэтчета со всеми затеями следовало поступать так же: зная, что твой любимый кубик энергона подогревается с помощью изобретенного тобой же реактора, вдвойне тщательней относишься ко всем расчетам.
Полной идиллии мешали только некоторые участники проекта. Рэтчет относился к непрофильным специалистам и в дело попал лишь благодаря ряду своих научных трудов на околосмежные темы. Таких как он было еще трансформеров десять, и все они регулярно сцеплялись со специалистами непосредственного направления. Безусловно, истина рождалась в спорах, но иногда Рэтчету хотелось по старой привычке взять в руки что-нибудь поувесистее и обрушить на башку оппонента с воплем "За Кибертрон!"
Особенно это желание усиливалось, когда он сталкивался с кем-нибудь из конструктиконов. Само собой, суперсовременные технологии не могли обойтись без присутствия этой команды, но вот если бы еще они вели себя чуточку поскромнее...
- Только лазер! – высокомерно вещал Хук, размашисто очерчивая перспективы на мобильном экране. – Все предельно просто: когерентный, почти не расходящийся пучок света с большой плотностью энергии, что облегчает прием луча и его преобразование...
- Вы, коллега, наверное, представляете себе передачу эдакой тончайшей нитью? – ехидно влезал Рэтчет, собственной указкой сметая все построения с экрана. – Не заботит ли вас, что с геостационерной даже идеально сформированный луч будет уже диаметром в пару сотен метров?
- При чем здесь геостационарная? – оскорблялся конструктикон. – И потом вы, коллега наверное в помрачении всего процессора забыли о технологии квант-паковки?
- А вы, коллега, в блеске своего сияющего эго не забыли про ограничения патента на вашу любимую паковку?
Пререкания могли длиться бесконечно, стороны переходили с предмета дискуссии на различные смутно относящиеся к нему темы, заканчивали личными оскорблениями и почти что рукоприкладством. Угрозы лишения части бюджета заставляли их заткнуться, но ненадолго. Декаду спустя смелые прожекты одного наталкивались на рациональность другого, все грохотало и рушилось, и раскаты затеянной свары вновь долетали до самых верхов.
Тем не менее, проект медленно двигался в нужную сторону, вместе с ним росло количество побочных исследований, и приумножались записи, лихорадочно делаемые каждым участником. Все это в идеале должно было вестись в единой базе, поэтому то и дело кто-нибудь оставался на полный цикл, чтобы рассортировать свои записи и облечь их в более наукоемкую форму, нежели "шлаковина Фета входит в болтов резонанс с Дельтой, и как это раскурочить к шарктиконам в выхлоп? Задача!"

Рэтчет настолько увлекся систематизацией, что не вылезал из лаборатории всю декаду, и только замечание Кварка о том, что кое от кого уже попахивает кислотной ржавчиной, заставило его встрепенуться. Смущенно извинившись, медик поспешил оставить рабочее место, выписал себе полный отгул и твердо решил заняться собственной персоной. В угаре он не только запустил внешний вид, но и не проверял ни одну соцсеть, не отвечал на входящие сообщения, и... и в общем-то не развлекался вообще.
До куполов на крыше так и не добрался, например. Ну и не только до куполов. Давненько он не видел ни Атомайзера, ни Катиллу, ни Фалькона... Так и вообще без приятелей остаться можно.
В лифте он на мгновение застыл перед сенсорной панелью, с изумлением осознав, что не может вспомнить, какой этаж ему нужен. Оцепенение продлилось несколько секунд, и искин лифта немедленно активировался.
- Если у вас отсутствует функциональная возможность выбрать этаж, пожалуйста, дайте голосовую команду, – предложил он.
- Эээ... – начал Рэтчет.
- Если у вас отсутствует функциональная возможность дать голосовую команду, прислонитесь головным модулем к контактной пластине – информация будет считана напрямую с вашего идентификатора.
Рэтчет неуверенно подался вперед, и тут его прервали.
- Эй, Рэтч! – сзади загрохотало по коридору, словно там бежало стадо экскаваторов. – Постой!
Хотя так оно и было. По коридору бежало небольшое стадо конструктиконов, и Рэтчет автоматически попятился вглубь лифта.
- Пожалуйста, подождите, пока не зайдут все пассажиры, прежде чем выбрать этаж, – любезно посоветовал искин.
- Ффуух! Успели! – фыркнул Скрэппер, впихиваясь последним, из-за чего Рэтчета окончательно прижало к стене. – Двадцать пятый этаж!
- Принято, – согласился искин. – зафиксирована перегрузка, продолжить движение?
- Да! – рявкнул Скрэппер.
Рэтчет выдохнул тут же пропитавшийся чужим выхлопом воздух. Ну кто бы мог подумать, что его новыми соседями по элитному жилому комплексу будут сразу шестеро огромных десептиконов. Наверняка с такими же огромными джам... упс.
Мысленно Рэтчет с размаху отвесил себе пинка. Видимо, переработка плохо сказалась на критическом восприятии мира, а размышления о Фальконе и прочих компанейских кибертронцах окончательно все разворошили. Да и конструктиконы, разящие своей и чужой химией впремешку, тоже невольно заставляли задуматься отнюдь не только о могучих проектах. Развернувшийся на месте Лонгхол едва не наступил ему на ногу, и Рэтчет с сердитым ворчанием пихнул его в бок.
- И чего вы открытыми эскалаторами не пользуетесь? – вопросил он в пространство между чьим-то локтем и ковшом Скрэппера.
- Автобот, а в экономике не разбираешься, – укоризненно произнес один из соседей. – Зачем тратить собственную энергию, когда за подъемник уже заплачено?
- Ну да конечно, – сварливо сказал поименованный автобот, – вам в грузовом лифте ездить надо! Вы тут все пообдерете наболт своими накладками! Может по пакетику на каждый зубец вам подарить?
- Во, я не удивляюсь, что Хук от тебя стреляется, – фыркнул Лонгхол.
- Чего? – изумился Рэтчет.
- Говорит, ты ему все колеса прогрыз хуже шарков, – захихикал погрузчик. – Вы ж с ним за ведущую часть отвечаете, вот он и канифолит нам датчики каждый полуцикл.
- Хм! – наполовину горделиво, наполовину растерянно среагировал Рэтчет.
Между тем лифт достиг нужного этажа и натужно отворил двери. Конструктиконы один за другим выходили, последним вышел Скэвенджер, и его болтающийся ковш едва не чиркнул Рэтчета по броне. Недовольно фыркнув, медик тем не менее засмотрелся на широкие плечи соэтажников, и автоматически вновь задумался о том, какой могучий должно быть у кое-кого инструмент...
На этот раз сладостные фантазии продлились несколько дольше прежде чем он опомнился. Вновь захотелось отхлестать себя по бамперу за непристойные мысли.
- Передайте ему, что надо меньше выпендриваться, и все будет хорошо! – повинуясь внезапному порыву, крикнул он в сторону уходящих.
Скэвендежер, не поворачиваясь, поднял руку и помахал пальцами в знак того, что услышал его. Не факт, что Хук будет доволен таким советом, но Рэтчет все-таки всегда пытался в первую очередь достигнуть некоего дипломатического взаимопонимания.
Приведя себя в порядок, Рэтчет первым делом занялся поиском приятелей, готовых составить ему компанию.
Практически сразу нашлись те, кто охотно поддержал идею сходить на ближайшие гонки, посетить новый уникальные проектотрон, пострелять по астероидам на свободном вылете, и сделать еще десяток разных дел – но все предлагали заняться этим либо через цикл, либо через два, либо в следующей декаде. Короче говоря, медик выпал из общественной жизни прочно.
Основой существования каждого социально ориентированного кибертронца было поддержание десятков тысяч связей, благодаря которым каждый находился в непрерывном потоке событий и мог на ходу обмениваться информацией с массой знакомых, приятелей и товарищей. Однако стоило удалиться в самоконцентрацию и перестать участвовать в этом бурном кипении, как последствия не заставляли себя ждать.
Негодующе фыркая, Рэтчет подновил статус в полутора сотнях тематических сообществ, скачал новостной и развлекательный блоки, оставил порядка двух тысяч сообщений и комментариев, и понял, что в отгуле на бурную деятельность рассчитывать не приходится. Сначала надо было синхронизироваться со всеми, а там уже пойдет как по смазке.
Но ему-то надо было сейчас! Как и подавляющее большинство трансформеров он любил острые ощущения, но терпеть не мог прилагать усилия для непрерывного поиска подходящих партнеров или для удержания кого-то одного в статусе постоянного. Поэтому когда проект заслонил от него весь остальной привычный мир, Рэтчет против свое воли моментально свел на нет общение с предыдущими джей-компаньонами. И ведь даже проблем не возникло, никто не поинтересовался, что случилось – поскольку мерзавцы тут же теряли интерес к партнеру, когда тот переставал виться у них под носом, зазывно виляя бампером.
Находясь в расстроенных чувствах, Рэтчет добавил еще полтысячи комментариев на все привычные доски, зашел на форум собственного проекта и с особым мстительным наслаждением написал разных гадостей в теме, открытой десептиконским мастером-хирургом-и-так-далее.
Подписался Рэтчет "анонимным доброжелателем", но само собой, конструктикон не мог не догадаться, кто прицельно поливает его ядовитыми отходами.
Пять минут спустя в общем коридоре раздался грохот и рык "не удерживайте меня, низшие существа!" а следом в персональную дверь Рэтчета заколотили со всей дури – судя по всему, бронированной ногой.
- Ах ты скотина! – Рэтчет подскочил на месте. – Мою дверь? Ногой?!
Ломанувшись в подсобное помещение, экс-автобот выхватил трубу поувесистее – на досуге он любил заниматься конструированием жидкопроводных систем, поэтому труб у него имелось в достатке, – и вместе с нею ринулся к двери, спеша встретить дорогого гостя прежде, чем он проломит-таки казенную дверь из ценного легкого и прочного сплава.
- Я тебе покрышки выдеру! – орал конструктикон за дверью, не уменьшая количество ударов.
- За покрышки отдельно ответишь! – заорал в ответ Рэтчет и локтем треснул по датчику.
Исстрадавшаяся дверь со свистом ушла в верхние пазы. От падения на чужую территорию Хука удержали собственные товарищи, прочно висящие на плечах и руках конструктикона, и, собственно говоря, не дававшие ему выворотить дверь из пазов.
- Сейчас я тебе устрою лазерную передачу! – вдохновенно накинулся на оппонента Рэтчет, используя трубу в качестве аргумента. Не успевший сориентироваться конструктикон взревел вдвое громче, когда его оприходовали поперек локтя, в корпус и даже один раз по голове – разъяренный медик способен был подпрыгнуть и до такого уровня. – Я тебе такой информации по лазерному излучению закачаю, что все платы склеишь! Сноб шлаков!
Опомнившийся Хук наконец-то стряхнул с себя остальных членов команды и схватил Рэтчета за дверцы, просунув ручищи за спину оппоненту. Вздернув медика и попутно проехавшись им по косяку, Хук треснул автоботской головой об косяк и вознамерился было зачитать длинный список того, что он сейчас с ним сделает, но был прерван – острый косой срез трубы уперся ему в подбородок, намекая на последствия.
- Еще угрозы будут? – сквозь дентопластины поинтересовался Рэтчет, упираясь коленом в чужой корпус.
- А может охрану вызвать? – опасливо пробасил в наступившей тишине Скэвенджер.
- В крайнем случае мы найдем другую голову для нашего гештальта, – хладноискрово ответил Скрэппер. – К тому же мне всегда казалось, что оптимально для объединения пять единиц, а не шесть.
- Ого, а можно я буду головой? – обрадованно спросил Скэвенджер и махнул ковшом.
- Вас, предателей, я развинчу на шестеренки лично, – точно так же сквозь дентопластины прокомментировал Хук. – Но сначала разберусь с этим куском хлама.
- Ну наша помощь уже не требуется, – резюмировал Скрэппер, прекрасно видя, что первый запал уже прошел, и никто никого на трубу насаживать не собирается. – Вы бы что ли пообщались лично, попытались решить конфликт.
- Тоже мне мастер-психолог, – рявкнул Рэтчет. – Отвали!
- Не тронь моего командира! – Хук снова стукнул автоботом об косяк, но уже легонько. – И я все еще хочу услышать аргументы по поводу того возмутительного и необоснованного наезда, оскорбительно высказанного на моей теме!
- А вот зайдем ко мне, я тебе все обосную, – воинственно ответил Рэтчет. – За помятые дверцы отдельно ответишь, понял?
Заворчав, конструктикон осторожно поставил медика на пол. Тот развернулся и повелительно взмахнул рукой, забыв, что держит в ней трубу. Хук легко уклонился, прикрывая визор ладонью. Скрэппер закатил датчики и беззвучно засмеялся на внутренней линии. Скэвенджер поддержал его скрежетом ковша, и оба конструктикона величественно удалились.

Научная дискуссия продлилась весь цикл, отведенный на отгул, а затем, судя по всему, переросла в нечто большее, то есть в дружескую накачку высокозаряженным. Скрэппер заслал Миксмастера подслушивать, о чем идет речь, выслушал доклад, перемежаемый типичными ядовитыми комментариями, и написал руководству института прошение о дополнительных отгулах для ценных научных сотрудников, мотивировав это семинаром на темы эффективного эенргораспределения.
Еще цикл спустя ценные сотрудники опомнились и выползли на свет, отчаянно калибруя оптику, привыкшую к темноте и мерцающим объемным построениям. От обоих несло ядовитым перегаром отработки, броня нуждалась в чистке и полировке, однако торжествующая аура была настолько ощутимой, что затмевала все остальное.
- Коллега, позвольте поздравить вас с оптимальным решением, – высокопарно объявил Хук, принимая традиционную монументальную позу, в которой он делал любое мало-мальски важное заявление.
- Аналогично, коллега, – Рэтчет отряхнулся и пожал протянутую руку. – Предлагаю срочно патентовать!
- Согласен, но только после приведения себя в надлежащий вид, – вновь невозмутимый конструктикон еле заметно кивнул и направился к дверям собственного жилья.
Рэтчет поднял было руку, чтобы промахать, но понял, что конструктикон оборачиваться не собирается, фыркнул и скрылся за дверью. Да уж, сложно было ожидать, что один цикл общения, пусть и плодотворного, способен изменить привычки и поведенческие шаблоны закоренелого эгоиста, уверенного, что он тут один-единственный истинный гений.

К моменту возвращения на работу, оба выглядели на все сто процентов, каждый был вычищен и отполирован, в оптике обоих светилось чистое торжество науки, однако Рэтчет прекрасно видел одну существенную разницу. Хук вдобавок был удовлетворен еще и физически. Сам же Рэтчет так и не успел найти с кем-нибудь общего расписания.
От конструктикона шел мягкий фон, в котором только клинический идиот не сумел бы разобраться. Собственный фон Рэтчет тщательно подавлял, не желая делать свои проблемы общим достоянием. Обидно. Почему-то у некоторых есть аж целый гештальт, и проблема найти джей-партнера совершенно не стоит. Почему-то некоторым так не везет...
Рэтчет покосился на стоящего рядом в лифте конструктикона и внутренне завистливо передернулся. Он никогда не видел, чтобы конструктиконы взаимодействовали друг с другом и, честно говоря, фантазии на это у него не хватало. Но вот подставить туда себя...
Безудержное воображение тут же подкинуло ему смелую картину – как два тяжелых экс-десептикона едут вместе с ним всё в том же лифте, и где-нибудь между двадцатым и пятидесятым этажом одновременно разворачиваются, зажимают его меж своих тел, поднимают... И несмотря на испуганный вопль протеста раздвигают дернувшиеся ноги, а потом одновременно врубаются параллельным подключением. Он кричит от неожиданности, вспыхнувшего удовольствия и совсем немного от боли, а они уже начинают подкачивать напряжение, чувствуя, что несмотря на возмущение он весь готовый, совсем не возражает...
Оо, нет-нет. Он уставился в стену, дверцами ощущая присутствие одного из этих самых экс-десептиконов.
- Эй, ворчун, – внезапно окликнул его десептикон.
- Чего? – самым противным голосом отозвался Рэтчет, чтобы скрыть свое состояние, и тут же осознал, как его только что обозвали. – Я не ворчун, понятно?
- Безусловно, – Хук отчетливо хмыкнул. – Так вот, ворчун, у меня вопрос. Мы будем учитывать рассеивающий красный спектр?
- Если меня оскорблять и дальше, то мы будем учитывать даже фиолетовый спектр, – фыркнул Рэтчет.

В дальнейшем выяснилось, что неосознанно выбранная им модель поведения оказалась самой эффективной. На чужое плохое настроение Хук реагировал с великолепным равнодушием, совершенно не заморачиваясь какими-либо попытками наладить контакт. Рэтчет мог ворчать и ругаться сколько угодно, отлично скрывая под этим растущее недовольство собственным положением.
Каждый раз, когда Хук заявлялся на свое место в чуть более приподнятом состоянии духа, настроение Рэтчета ухудшалось пропорционально. Завидовать было нехорошо, но он никак не мог отделаться от различных картин, включавших в себя энное количество конструктиконов, занятых совсем не научными разработками.
Одно утешало – на работу проекта его личные проблемы не влияли. Поэтому очередная стадия была благополучно достигнута и, как оказалось, это стало прорывом. Никто из участников проекта не ожидал такого замечательного побочного эфекта, и тем восхитительнее было осознание того, что наука двинулась еще на шаг вперед. Микротранспортировка с использованием нуль-проколов до сих пор оставалась мечтой многих, и вот – она стала реальностью!
В честь этого был закачен банкет, на который приглашались не только сотрудники, но и масса обычного народу. Рэтчет под этим соусом все-таки сумел выдернуть одного из давних приятелей, и Хойст с удовольствием влился в научные круги, плавно перемещаясь от одного стола к другому.
- Представляешь, мы столько дрались за эти направленные смещения! – с жаром рассказывал ему Рэтчет. – С одним гнусным типом и вовсе чуть до перестрелки не дошло! Но вот оно! Вот наши знания как они есть на практической службе!
- Чудно, – оценил Хойст. – Особенно чудно, что за это столько пожрать дают.
Ближе к концу мероприятия Рэтчет ухватил Хойста под локоть и все-таки утащил в одно из уединенных помещений, где благополучно возместил все декады вынужденного воздержания.
- А это тоже эффект научной работы? – несколько ошалело вопросил Хойст, переводя дух после очередного заезда. – Я тоже хочу такой!
- Во всяком случае, он точно не задокументирован и вряд ли может быть произведен в промышленных масштабах, – засмеялся медик. – Просто я по тебе соскучился.
- Надо чаще встречаться, – резюмировал Хойст. – Эй, погоди секундочку! Мне б откалиброваться...
- Так и быть, – милостиво согласился Рэтчет. – Только не убегай. Я пока за энергоном схожу.
Под одобрительное мычание он покинул место разврата и бодро направился за добавкой. Поскольку утащил он Хойста довольно далеко, то идти пришлось по длинному коридору с несколькими поворотами. Проходя мимо очередной лаборатории, Рэтчет краем датчика услышал какой-то звук, и машинально сделал еще несколько шагов прежде чем остановиться. Звук был странный. Лабораторный комплекс мог таить в себе самые необычные и дикие вещи, поэтому Рэтчет немедленно решил проверить, что там происходит. Но оголтело бросаться в неизвестное помещение он не собирался, и предварительно аккуратно активировал дверь на минимальное раскрытие, буквально на ширину фильтрующего зазора.
Однако и этого ему прекрасно хватило.
- Основные системы в норме, – масляно журчал знакомый голос. – Реакции удовлетворительные...
- Нннх!
- даже более чем удовлетворительные, коллега... Проверьте интенсивность датчиков здесь.
- Аааах!
- Прекрасно, прекрасно!
Рэтчет чувствовал, что у него сейчас как минимум треснет линза от увиденного. Не он один, как оказалось, решил разнообразить праздник прочими развлечениями, помимо удовлетворения тщеславия и насыщения топливом.
Неизвестный ему кибертронец на ремонтном верстаке производил убойное впечатление. В основном потому что стоял на четвереньках, растопырившись и подняв корму. С расщеперенными защитными пластинами и полным набором проводов подключения. Конструктиконы числом две штуки вдумчиво исследовали его оборудование, пациент весь дрожал, стонал и выгибался, и по-видимому с огромным удовольствием принимал участие в игре.
- Проведем инвазионное исследование, – совсем гипнотически замурлыкал Скрэппер, доставая орудия исследования и становясь позади исследуемого. – Расслабьтесь, пациент... Ооох...
Кибертронец издал сдавленный рык и затрясся всем телом.
Рэтчет поймал себя на том, что лезет куда-то руками между ног, и лихорадочно отступил. Надо было срочно найти кубов и вернуться к Хойсту. Какое ему дело до чужих групповух?
Напоследок он не удержался и еще раз осторожно заглянул внутрь, задев при этом створку двери самым кончиком шеврона – и та плавно отъехала в сторону еще на пару миллиметров. Взгляд медика автоматически двинулся по расширившемуся полю обзора, и Рэтчет застыл, бездумно пялясь на происходящее. Точнее думал он исключительно об ощущениях, которые должны вызываться таким диким подключением. Нижний экс-десептикон, закинувший ногу на бедро товарищу, был законтачен так, что кольца защиты посветлели. Рэтчет даже не сразу опознал задействованных в деле участников, но сразу понял, что зеленая с фиолетовым броня не может быть ничьей иной кроме как конструктиконской. Шлак, что же они делают, а? Как им не стыдно?
Ханжеские вопли чистого разума были настолько неубедительными, что от двери пришлось себя оттаскивать за любопытный шеврон.
Еле слышно скрежеща дентопластинами, Рэтчетчет направился за первоначальной целью, решительно не отвлекаясь ни на что. Пару раз ему казалось, что он слышит или видит нечто такое, чего не хотел бы видеть или слышать приличный трансформер, но медик цепко держал себя в руках.
Последним испытанием для его мужества оказался Хук, с которым Рэтчет столкнулся как раз в главных дверях. В отличие от медика конструктикон уже успел где-то затариться как энергоном, так и дополнительными вспомогательными материалами, среди которых Рэтчет с внутренним негодованием опознал хитрые девайсы для переброса напряжения. А может быть, это была внутренняя зависть, медик толком не определился. Во всяком случае, выглядел Хук невыносимо самодовольно.
- Идете разрабатывать побочные эффекты, коллега? – не сдержался Рэтчет.
- Прорабатывать, – с едва заметной ухмылкой поправил его конструктикон. – Глубоко и детально, колле-ега, – последнее слово он протянул с оттенком легкого превосходства.
- Удачи, – только и смог пожелать Рэтчет.
Во всяком случае, теперь ему не приходилось страдать от нехватки интерфейс-общения, и потому выпендреж конструктикона выносить было намного легче.
Хук проводил взглядом бывшего автобота, задумчиво оценив как белую броню, так и легкую походку. В последнее время медик был особенно язвителен и остер на фразы, и всегдашняя невозмутимость конструктикона порой давала трещину от ядовитых нападок. Поэтому Рэтчета он рассматривал исключительно как концентрированное вредительство на двух ногах по красным шевроном. Но сегодня медик был на редкость позитивен, и распространявшееся от него электромагнитное излучение сообщало всему миру о хорошем настроении хозяина. Странно, раньше от Рэтчета вообще не шло никакого спектра, он явно принудительно сдерживал и фильтровал все естественные волны. Неужели его так окрылил сегодняшний успех?
Хук пожал плечами и зашагал дальше, легкомысленно подбрасывая в ладони предмет, который в некотором роде был ему близок – блочный крюк, заканчивающийся стальным круглым шаром с виброгенератором в качестве начинки. Не всякий мог узнать в нем предмет для веселых развлечений, но Рэтчет узнал, что добавило ему пару пунктов в личном рейтинге конструктикона, и подняло медика из общей массы болтливого шлака до целого одноядерного индивидуума.

При последующих встречах Хук все чаще обращал внимание на трансформера, переставшего изображать из себя склочную ржавую калошу. Новый Рэтчет совершенно очевидно заслуживал гораздо большего внимания. Постепенно Хук начал общаться с ним все больше и больше, и уже не только для того, чтобы яростно аргументировать насчет применения очередного низкоуровневого молекулярного агрегата. В конце концов Хуку сделалось банально интересно, какой процесс может настолько изменить поведение кибертронца.
- И что у нас интересного? – осведомлялся он каждый новый цикл, с подозрением приглядываясь к собеседнику, словно пытался уличить того в использовании запрещенных синтетиков.
- Прекрасная прогулка по свежеоткрытому планетарию! – восклицал Рэтчет и тут же начинал сыпать полученными на экскурсии сведениями.
Под его монологи работа спорилась быстро, и Хук только изредка подавал всякие одобрительные комментарии, чтобы поддержать правильный эмоциональный фон в помещении.
Впрочем, он никогда не был радужным оптимистом и подсознательно ожидал, что такая красота долго не продлится. В конечном итоге он оказался прав.
Рэтчет перестал излучать довольство, и хотя по-прежнему охотно рассказывал о бытовых моментах, все же стал как-то сдержаннее, и его электромагнитный протуберанец снова начал втягивать длинные щупы, пока не превратился в ровный кокон, практически не подверженный вспышкам.
Вдобавок Рэтчет начал реагировать на чужие прикосновения, словно это причиняло ему неудобство. Хук постоянно натыкался на шипение и недовольные тычки, когда по привычке сдвигал легкого напарника с дороги, чтобы не утруждать себя просьбами расчистить место.
- Что ты постоянно меня лапаешь? – накинулся на него Рэтчет к середине второй декады Плохого Настроения Автобота. – Своей свалки не хватает что ли?
- Это ты к чему? – высокомерно изумился Хук, автоматически перейдя в режим защиты гештальта. – Повтори еще раз, что проскрежетало в твоих архаичных вокалайзерах?
- Я вечер благотворительного ощупывания не назначал, – прошипел Рэтчет, сбрасывая все еще лежащую на его плече руку. – Прочисть фильтры, десептикон недоделанный!
Хук стиснул дентопластины и вновь схватил Рэтчета за плечи. Чего-чего, а громких слов про автоботов с десептиконами он не терпел.
Медик изогнулся и попробовал его лягнуть, однако безуспешно. Хук развернулся на месте и по-прежнему на вытянутых руках пронес ругающегося медика через всю лабораторию. Впрочем, ругался трансформер вполголоса, что давало надежду на разумное восприятие им реальности. Для укрепления этой разумности Хук запихнул медика в обширную мойку и включил ледяной раствор. Рэтчет взвыл и кинулся к выходу, однако выход был занят бронированной тушей конструктикона.
- Все, хватит! – наконец закричал Рэтчет, отплевываясь от резко пахнущего растворителя. – Да хватит уже! Признаю, погорячился! Хук, чтоб тебя!
Удостоверившись в достижении воспитательного эффекта, конструктикон отключил подачу раствора и молча протянул медику легкое полотно микрофибры. Рэтчет сердито закутался в него по самый шеврон и с едва слышным бормотанием протиснулся мимо хирурга. Дойдя до сушки, Рэтчет сбросил намокшую ткань и с ногами влез на комфортный ложемент, угрюмо съежившись под тут же включившимся теплым потоком излучателя.
- Быть может в моей компетенции как-то помочь с решением неизвестной мне проблемы? – немного вычурно поинтересовался Хук. Он всегда начинал так говорить, когда не был уверен в чем-то.
- Не думаю, – вздохнул Рэтчет, расслабляясь и вытягивая ноги, чтобы их быстрее просушило. – Прошу прощения. У меня небольшие проблемы личного характера, поэтому иногда я веду себя некорректно. Обещаю, что подобное не повторится.
- У нас есть диплом о среднеспециальном психологическом образовании, – сообщил Хук после некоторой заминки.
- У вас? – переспросил Рэтчет, верно интерпретировав паузу как обращение к гештальт-связи.
- У Миксмастера есть, – кивнул Хук. – Поэтому можно к нам обращаться.
- Что с того обращения, – досадливо сказал Рэтчет, поворачиваясь боком для лучшей просушки. – Я и сам знаю, что меня раскачивает из-за того что Хойст улетел!
- О? – Хук изумленно поднял надлинзовый щиток. – То есть вся проблема...
Рэтчет предупредительно выставил палец, и Хук не стал заканчивать фразу.
Ну что ж, по крайней мере, признание проблемы – это уже половина пути к ее решению. Конструктикон раздумывал еще несколько мгновений, по ходу которых Рэтчет уже перестал напоминать разозленного мокрого шарктикона и вернулся к привычному пристойному виду. Однако когда медик вознамерился спрыгнуть с верстака, Хук резко поставил руку у него между колен, блокируя все движения.
- Есть игрушки, – вкрадчиво сказал он, – некоторые даже толком не тестировались.
- Я... – начал Рэтчет.
- Тебе предоставляется уникальная возможность, – перебил его Хук. – Только потому что мы работаем в одном проекте, и ты достаточно умен, чтобы быть полезным.
- Э!.. – возмутился Рэтчет.
- Я ужасно не люблю, когда полезные трансформеры теряют все свои качества только из-за того что не могут спокойно сидеть на месте со сдвинутыми коленями, – посетовал Хук.
- Слушай, ты, – Рэтчет упер палец ему в грудь, – попридержи вокалайзер, умник. Я не комментирую когда вы все вшестером трахаетесь так, что перекрытия трещат, вот и ты не лезь ко мне.
- Именно поэтому я прекрасно сбалансирован и всегда в здравом уме, – парировал Хук. – Считай, что я предлагаю тебе небольшую медицинскую процедуру. Годится?
- Нет! – рявкнул бывший автобот.
Хук медленно убрал руку, сложил обе на груди и отвернулся. На лице у него было написано глубокое разочарование. Так и не сказав ни слова, конструктикон развернулся, когда его догнал странный скрежет, напоминающий звук трущихся друг об друга дентопластин. Мигнув всем визором, Хук обернулся и вопросительно поглядел на медика.
- Ну? – раздраженно спросил Рэтчет.
- Что ну? – удивился собседник.
- Ну и когда ты начнешь уже? – совсем сердито спросил экс-автобот.
- В смысле? – конструктикон довольно глупо расширил диафрагму. – Ты же отказался.
- Ах вот как, – Рэтчет раздосадованно фыркнул. – Когда говорят "нет" без объяснений, это значит, что необходимо проявить чуть больше терпения – пояснил он с оттенком снисходительности.
- Простите мне мою вопиющую необразованность, – Хук осклабился.
Размениваться на долгие вступительные приседания у него не было ни желания, ни времени. Два стандартных часа спустя необходимо было начать отслеживание запущенного Миксмастером процесса перекомпоновки углеродных структур, а до этого еще надо было доделать кое-какие измерения.
Хук счел возможным применить все свои наилучшие способности. Поэтому вместо терпения он проявил наглую спешку, протянул обе руки и сграбастал медика под зад. Рэтчет глуховато вскрикнул и уперся ему в плечи.
- Я люблю не только свою команду, – промурлыкал Хук ему в датчик, – я люблю всяких строптивых неуравновешенных медиков, которым так сложно попросить.
Рэтчет собрался ответить что-то достойное, но в этот момент конструктикон лизнул его, и Рэтчет недостойно взвизгнул. Острый электрический разряд прочертил по щеке полосу вместе с длинным языком, и тут же почувствовалось радиационное жжение. Рэтчет машинально провел пальцами по гладкому металлу и обнаружил, что на кончиках осталась еле заметно светящаяся влага. Уставившись на Хука в немом возмущении, он совершенно потерял речи, когда конструктикон мигнул ему визором и сделал маленький пузырик на губах. Ооо, Праймас, вот гадость!
Рэтчет шарахнулся, но Хук и не подумал его отпускать. Неожиданно для себя он обнаружил, что ранее сказанное им про любовь к медикам отдает правдой если не на половину, то хотя бы на треть. Ему действительно нравился этот независимый трансформер, просто симпатия еще ни разу не переходила в другую категорию. Но стоило лишь слегка подтолкнуть события, как все сделалось правильным и понятным. Долгие циклы совместной работы, радость от найденных решений, яростные споры и увлеченное копание в записях – все это было прекрасным коктейлем из отношений, но увенчать их надлежало именно сейчас. Последний штрих должен был стать достойным завершением долгого пути бок о бок, и Хук намеревался немедленно продегустировать сложную составляющую их общения.
Рэтчет, понятия не имевший о гурманских размышлениях бывшего десептикона, добросовестно и со знанием дела изворачивался, впрочем не пытаясь огреть Хука чем-нибудь увесистым или прижечь тому шлем раскаленными излучателями, опасно нависшими над обоими трансформерами.
Хойст, будь он неладен, разрушил тщательно восстановленное духовное равновесие своей внезапной командировкой. Если бы он предупредил заранее, Рэтчет обязательно отыскал бы ему замену, но все произошло спонтанно, и медик оказался перед весьма печальным фактом – в чужих расписаниях пока что было плотно занято.
Он едва успел втиснуться в график Стратокастера и неплохо провести с ним пару часов в парке развлечений, но этого было недостаточно. Все накопленное им позитивное отношение к жизни медленно таяло, пока не осталось одно раздражение в сухом осадке. Конструктикон, неприлично влезший со своими предложениями, сначала в буквальном смысле слова взбесил медика до треска в датчиках, но затем ярость приобрела новые оттенки, смешалась с застарелой завистью, и неожиданно для самого себя Рэтчет вцепился в конструктикона, бестрепетно полосуя отполированную броню.
Чтобы каждый одноядерный дрон видел, что Хук принадлежит еще кому-то кроме своего гештальта... Проклятый самодовольный десептикон! Рэтчет зарычал и куснул хирурга за провода.
Хук почувствовал режущие кромки на своей броне и зарычал в ответ.
Гладкозадая дрянь пометалась на верстаке и в итоге была изловлена за дверцу. Сноровисто отодрав у автобота широкую красную пластину, Хук прилежно расчесывал его лепестки, пока те не покрылись масляной пленкой. Быстрые руки медика обдирали на нем краску, пальцы впивались в провода, и Хук раздраженно зарокотал, не в силах усмирить эти неприятные порывы и моменты. Оставалось лишь поторопиться и как можно скорее удовлетворить коллегу.
Как и любой следящий за собой трансформер, Рэтчет был способен иметь дело с порогом, очень сильно превышающим его собственный. Толстые кабели еле-еле втиснулись, подключились на пределе возможностей, и Рэтчет сладко вскрикнул. Колени тут же разъехались. Все почти как он и думал, когда фантазировал в лифте и у себя в отсеке. Нннхмах!
- Ну что, будем проводить сквозь плазму сверхвысокие? – прошипел Хук, не в силах упустить момент и не высказаться по работе.
- Нет, контур раскачаем, – ответно прошипел Рэтчет.
Раздосадованный тем, что сбить с толку напарника не удается даже в таком состоянии, Хук заколотил болт на вечный спор и взялся за дело уже без оглядки.
Сжимая в руках вздернутые дверцы, Хук с резкими выдохами вентиляции поддавал высокочастотного на джампер. Ох как хорошо! Спасибо создателям, которые позволили любому меняться под самые разные нужды... Оох... У любого имелся прекрасный мощный переходник, всегда готовый принять в себя что-нибудь интересное. У Рэтчета пропускная способность была просто чудесной – видно, красно-белый медик любил на досуге поиграть с собой разными штуками. Громкое басовитое ворчание, вырывавшееся из вокалайзеров экс-автобота, показывало, что ему тоже хорошо. Хук просунул одну руку вниз и начал ворошить тонкие провода, прихватывая деликатные наконечники. Ворчание сделалось совсем страстным, периодически срывающимся на стоны. Хук добавил к их удовольствию еще один маленький момент – включил предохранитель магнитного типа. Рэтчет сладостно заорал.
Медик утробно вскрикивал, стискивая коленями бока конструктикона. Эластичная магнитная пленка, облившая все детали, доставляла столько дополнительного удовольствия, что-о... ооо...
Шлак, да он уже почти перезагружался!
Приглушенно закричав, Рэтчет поджался всем телом до стона сервоприводов.
Хук продолжал раскачивать обоих, но все же следил как продыхивается красавец-медик, прижав ладонь к низу корпуса. Апгрейд с разнополярными зарядами явно стоил выложенных за него уников. Все игрушки делались исключительно для легких трансформ, чтобы усиливать их чувственное удовольствие. Тем, кто эти игрушки покупал, было достаточно прямой непрерывной импульсной долбежки. Легковесные же от такого скучали и не получали никакой разрядки. Правда, им нравилось, когда партнер выдавал гипермощный разряд, но до этого нужно было ждать столько времени, что любой из них озверевал.
Хук не ошибся, угадав в Рэтчете именно эту легковесную модель, поэтому продолжал все в нужном темпе и размере. Хотя большую часть времени он и проводил с гештальтом, на других трансформерах ему тоже доводилось оттачивать искусство.

Кварк, так и незамеченный сцепившимися оппонентами – бывшими оппонентами – с очень сильным смущением продолжал выглядывать из-за краешка изолирующего экрана. Он настолько привык к шумным ссорам обоих, что не считал нужным давать о себе знать – покричат и успокоятся, тут же начав разрабатывать несколько параллельных направлений, то и дело обращаясь друг к другу за помощью.
Рэтчет обычно окликал конструктикона в стиле "эй ты!" и само собой ответа не получал. Злился, кидался недорогим оборудованием, а конструктикон игнорировал его до последнего. Но кто бы мог подумать, что на этот раз все зайдет так далеко!
Кварк слегка насупился, наблюдая как конструктикон пялит расставившегося медика почем зря. Исследователя беспокоило, не окажется ли это чрезмерной нагрузкой для стандартной альтформы?
Но нет – блаженные звуки сделались еще громче, ноги медика начали подергиваться и подгибаться. Кварк вздохнул – он прекрасно представлял, как закругленный конец одного из шлангов сейчас упирается в датчик топливосброса, вызывая нестерпимое напряжение, трепетание в каждом нейроне, всегда заканчивающееся одним и тем же образом...
Из-под краев широко раскрытых клапанов брызнуло веером. Счастливый вопль экс-автобота заметался между лабораторных стен. Следом за ним сначала глухо, а потом все громче и чище застонал конструктикон, и наконец взвыл на высоких нотах.
Кварк зажал датчики и вдоль стены скользнул к выходу. В конце концов, билет на представление ему не давали, и лучше скрыться прежде чем актеры поймут, что их репетиция оказалась премьерным показом.

- Уххх, – Рэтчет первым опустил ноги и расслабился. – Так намного лучше.
- Видишь, как велик мой гений? – Хук почти засмеялся. – Даже в интерфейсовой сфере я непревзойденный мастер.
- Тебе помог только апгрейд, – отозвался медик, – не думай что я не заметил.
- Я и не скрывал, – заносчиво возразил бывший десептикон. – В конце концов это мое изобретение!
- Серьезно? – уже неподдельно изумился Рэтчет.
- Да, – Хук погладил длинный шеврон кончиком пальца, – побочный эффект. Давняя штука.
Обе помолчали, невольно вспомнив, что все "давние штуки" конструктиковнов носили исключительно разрушительный характер. Рэтчет не хотел даже думать, каким могло быть то, от чего осталась такая побочка, и как Хук вообще додумался ее испытать.
- Между прочим, мне пришла в голову одна идея насчет передатчика... – медленно сказал конструктикон.
- А вот это уже мой гений, – Рэтчет фыркнул и едва не засмеялся. Эйфория от балансировки захватывала с головой. – Только я могу прочищать чужие умы до стадии полного просветления!
- Правда? – теперь всей искрой изумился Хук.
Рэтчет не выдержал и все же захохотал.
Обиженно ворчащий конструктикон отсоединился и демонстративно потопал к своей рабочей секции. Старательно подавляя смех, Рэтчет спрыгнул с многострадального верстака и пошел следом. В конце концов, ему и правда было интересно, какой такой дикий образ мог породить интерфейс в лаборатории. Может у него, Рэтчета, и вправду имеются какие-то хитрые особенности?
Стоило бы проверить еще пару раз.

Вернуться к фанфикам