Неубиваемость

Автор: SSC и -solar
Вычитка: EDM
Персонажи: Эйррейд/Вортекс, Вортекс/Эйррейд
Рейтинг: NC-17
Жанр: романтика
Краткое содержание: когда Великая Война эпично закончилась, многие пострадали достаточно сильно. Например, Вортекс, которому крепко не повезло — вообще погибшим считали. А вот аэроботы вернули себе старые транспортные альтформы и вообще чувствовали себя подозрительно хорошо, ну как тут не пресечь?
Комментарий: посвящается -solar, Herr Weilerstandt и Stef Boread.

Заключенный, наконец, мир на Кибертроне — потребовалось почти убить Прайма, выкосить половину армии, столкнуться с квинтессонами, чтобы добраться до стола переговоров — позволил многим вернуть старые формы. Кто-то — не вернулся, кто-то исчез на дальних рубежах, о ком-то только слухи ходили...
Но в любом случае — это оказался настоящий мир. И новые Искры, которые иногда проводил в свет Вектор Сигма, это подтверждали.

Эйррейд никогда не отличался робостью или стеснительностью. Пока юные истребители пробовали выучить новую фигуру в пилотаже, бывший истребитель, а ныне тяжелый транспортник, восстановивший старый корпус до последней детальки, двигался между ними. Периодически, конечно, пугал, резко пикируя к одному под крыло или стараясь накрыть своей тенью сразу тройку: малявки возмущались и разлетались. Это забавляло. На большую высоту юным джетам не позволяло забираться мощное силовое поле, его удавалось преодолеть только летунам с немалым уровнем мастерства.
Высшая лига тренировалась не здесь — старые джеты оккупировали собственный аэродром, выделывли там что-то умопомрачительное, и всяких скучных транспортников не пускали; и уж тем более — не пускали мелких.
Откуда-то сверху пролилась энергоновая капель. Авария? Кто-то влип в барьер? Заложив широкий полукруг, Эйррейд поравнялся с источником неприятных брызг.
Сам транспортник ожидал, что это окажется один из новых мехов – истребитель, или какой-нибудь мелкаш-миниджет – мало ли, кто решил порезвиться в хорошую погоду? Но нет, протек так неудачно аж вертолет. Не такой уж и большой, если честно. Или это раньше казалось, что они больше, когда альтформа у самого Эйра считалась не такой уж крупной?
К тому же, конкретно этот вертолет Эйррейд знал лично. Значит, все слухи про дезактив — всего лишь вранье?! Шлак, боевиконы врали целый ворн?

Вортекс нырнул в воздушную яму так, что едва не грянулся об землю, и затейливо выругался.
Только недавно более-менее пришедшие в норму топливоприводы не выдержали нагрузок и пошли трещинами – не страшно, не слишком-то и больно, но очень сильно отвлекает от полетов. К тому же, сам вертолет чувствовал креплением винта – скоро прибудет остальная часть его команды, чтоб выловить, и под бухтение БластОффа потащить в сторону базы – латать. Но садиться не хотелось, и он самозабвенно выруливал в воздухе, пугая юных джетов неожиданными маневрами, и забираясь все выше и выше.
На опасную высоту, где винты едва находили опору; он легко проскочил барьер так, будто не заметил преграды вовсе.

Эйррейд с интересом наблюдал за бывшим истязателем – тот явно не признал аэробота в новой альтформе. Сам он, наверное, никогда не забудет давний плен. Тогда Вортекс устроил ему полноценный воздушный трамплин, и не сразу сообразил, что орет аэробот от восторга, а не от ужаса. Теперь Эйррейд следил за уверенными, но срывающимися маневрами под энергоновый дождь: вертолет помнит, как летать, но корпус подводит.
Вопли в общем канале и предложения позвать доктора или на крайняк психокорректора Вортекс высокомерно игнорировал. Впрочем, ему наверняка едва хватало процессорных мощностей на обсчет сложного маневра — поворот с практически полной остановкой винтов. Вертикальное сальто.

Большинство летунов зависло в воздухе, задрав носы вверх, к недосягаемому из-за барьера небу. Зрелище стоило недолгого перерыва в погоне за сотриадниками или унылой тренировке. Большинство молодых сикеров и не думали, что вертолеты могут выполнять нечто подобное – просто потому, что вертушки и не старались показывать свои способности. А тут!..
Первый маневр провалился, но, потеряв высоту, Вортекс не растерялся, и вырулил еще раз, кувыркнувшись таки трижды через винт, прежде чем, потеряв все же слишком много топлива, впилиться...
...в руки согештальтника. БластОфф поймал его на полпути к плацу и заранее выругал так, как при юных джетах не полагалось.

Эйр про себя рассмеялся – мелкие джеты порскнули по сторонам, как разноцветные брызги, возмущенно шушукаясь. Сам транспортник и не такое порой выдавал. Впрочем, аэробот поймал себя на привычном грызущем недовольстве: веселья бы! Вортекса дразнить, например, или показать мелкотне класс — кое-что джетское в нынешней форме он тоже умел неплохо. Но не судьба. По крайней мере, не сегодня.
С этой философской мыслью Эйррейд вновь пролетел под каким-то ведомым, и спугнул его, едва-едва коснувшись крылом крыла. Последние пару кликов уже надоевшего веселья, и надо будет спускаться вниз. Небось, Силверболт уже ищет.
На спуске он успел досмотреть сцену с Вортексом: тот вырвался у самой земли из рук коллеги, заложив феерический пируэт, и грохнулся в паре миллиметров от сменившего форму транспортника.
БластОфф поднял его за искореженный винт, и добавил что-то по внутренний связи — вертолет аж заслушался, прекратив орать.

В кои-то веки аэроботы выбрались в забегаловку: послушать, что у других летучек творится, друг друга толком увидеть, да выпить неплохого сверхзаряженного.
Эйррейд задумчиво потягивал энергон, наблюдая, как согештальтники общались между собой, обсуждая очередное дело: пока перемирие не закончилось, аэроботы перебивались краткими подработками — иногда вылетая в одиночку, иногда тройкой, а иногда и всем составом. А то вдруг полыхнет, а они где-нибудь у Юникрона на рогах? Платили не так уж много, но на энергон и детали хватало.
Откуда-то из дальней, десептиконской стороны послышался звон, и в поле зрения попали знакомые винты. Неужели снова удастся встретиться? Вот уж везет – даже и ворна не прошло, а Вортекс и его гештальт тоже здесь. И кубов перед ними немало.
— Эй, ребят, гляньте, кто у нас тут, – кивнул в сторону десептиконов Эйррейд.
Аэроботы хмыкнули — кто пожал плечами, кто едва скосился. Боевиконы гуляют полным составом? Ну и пусть гуляют, главное, чтобы не лезли в драку.
Вертолет сидел, как будто в блокираторах — при малейшей попытке подняться на плечо немедленно ложилась чья-нибудь лапа, и уверенно усаживала обратно.

Не ощутив никакой отдачи от совпадения, Эйр хмыкнул, неторопливо вливая в системы очередной куб поплотнее. В отличие от транспортника, остальные знали этот гештальт лишь по слухам, да на поле боя. Ничего особенного. А вот сам Эйррейд, попавшись однажды Вортексу, так и не смог выкинуть из проца память о коротком плене, и все косился в сторону возмутительно спокойной вертушки. Десептошлак просто обязан был пострадать в ответ!
Впрочем, не сейчас. Вертолет содержался под надежной охраной своей команды, которая не давала ему слишком громко бушевать — странное дело, берегли его, как стеклянного, да еще эти энергоновые протечки...
Лишь изредка до стола аэроботов доносилось клацанье лопастями винта, да периодическое тихое бурчание.
— О, гляньте! Я уж думал, их не осталось! – Файрфлайт присвистнул, проводя взглядом парочку интеров, неторопливо прогуливающихся ближе к автоботской стороне, – Еще чуть — и фемботы начнут компаниями ходить. А то одну увидишь и жди целый ворн, чтоб еще раз глянуть!
— Ага, оптику чинить, как она выбьет за наглость, — Слингшот весело врезал товарищу по плечу, — Чего, забыл, как тебе выдала та красненькая?
Бурное обсуждение крутого нрава фем-ботов множилось, захватывая соседние столики, а Эйррейд периодически поддакивал, пил дальше энергон – боевиконская вертушка интересовала его куда больше неких гипотетических фемок.

Подумав, он полез в общую инфосеть: сам он ту битву переживал на другом конце Кибертрона, и своей оптикой не видел, что там творилось у десептиконов. Ага, Вортекса крепко приложило — судя по кадрам, руку у Брутикуса вмяло ударом прямо в стену, превратив в стальное крошево. Считался дезактивированным... полворна, плюс-минус мегацикл. Однако крепко за него держатся товарищи, раз вытащили из-за грани дезактива. Появился вскоре после объявленного перемирия, хм, ничего интересного, часто замечен у конструктиконов, ничего удивительного... Похоже, полная смена корпуса, да еще и не слишком удачная, раз летает с трудом. С другой стороны, летает. Значит, не настолько все ужасно.
Вспомнив, как в свое время Вортекс его «покатал», Эйр несколько приуныл – тут даже не пахло прошлой боевой подготовкой и физической силой. Пока никакого развлечения. Но в памяти так и вставали архивные картины: вертолет долго его швырял и вновь подхватывал в воздухе, развлекаясь с небольшим джетом-аэроботом. Невыносимый кайф полусвободного полета, который только тогда и удалось испытать. Кажется, о ту пору Вортекс изрядно удивился, не дождавшись признаков страха... а потом и развеселился. Даже уронил его, наигравшись, почти аккуратно. Ну, по-десептиконски аккуратно. Не с пятнадцати километров.
Сейчас же скорее сам Эйррейд мог устроить вертолету подобное — если у того магистрали проседают от маневров, значит, ни о какой нагрузке и речи не идет, тем более таскать здоровущий транспортник. И не подраться толком! Ш-шлак, а кулаки так и зудели.
— Эйр, о чем задумался? – под бок транспортника подлез Слингшот, пытаясь пригрести парочку кубиков друга.
— Руки убери от моей выпивки, черная дыра с крыльями. Я прекрасно вижу, что ты положил глаз на мой энергон! Интересно – закажи себе такой же, а не тырь у согештальтника. А то вечно «ну дай глотнуть ради интереса!», а потом уж и куба не увидишь!
— Ну вот не надо так!
— Надо-надо!
Развеселившиеся аэроботы вновь загудели своей компанией – в отличии от одиночек, которые обычно искали максимум «группу по интересам» на вечер, гештальты в основном держались своей команды.
Впрочем, не только аэроботы развеселились; скоро начали в голос ржать и боевиконы. Так, что кубы подпрыгивали от гулкого баса Броула.

Когда Эйррейд снова на них покосился, Вортекс уже комфортно разлегся на БластОффе, и что-то ему вкручивал в аудиодатчики, а шаттл с выражением потрясающего спокойствия его пытался спихнуть. Не очень удачно — висел вертушка как приклеенный... и тянул из чужого куба энергон: не свой лиловый, а шаттлов синий. Через пару кликов Бласт это обнаружил, но просто молча отнял. Никакого веселья и десептиконски-эмоциональных воплей. Шлак.

Эйр вздохнул, допил еще один кубик и посмотрел на последний из заказа. Ему захотелось выйти на свежий воздух – проветрить процессор, немного размять ноги, затекшие от непривычной неподвижности
— Скоро буду. И не вздумай трогать мой энергон, а придется его из тебя выжимать, – ткнув пальцем в лоб оживившегося Слингшота, Эйр двинулся к выходу.
Вслед ему пара особо крупных десов аж присвистнула — мелочь не могла оценить истинную монументальность форм транспортника, а вот им пристать к симпатичному автоботу показалось не худшей идеей.
Кто-то даже попытался хлопнуть пониже тяжелого хвостового выступа, прижатого к бедренной броне, но получил по пальцам сомкнувшимися пластинами.

Недалеко от выхода, чуть в стороне от основной толпы механоидов, мелькнули вдруг знакомые винты — проблеск от фар гонщика обрисовал их форму. Вортекс сидел на изящном бордюре, обрамляющем заправку, и болтал ногами с тихим звоном.
— Раньше ты лучше летал, – фыркнул Эйр, усаживаясь вроде бы и рядом, но сохраняя дистанцию.
Все-таки не друзья, и даже не хорошие знакомые. Впрочем, и не враги — перемирие. Даже — страшно сказать — совсем мир.
Вортекс недоуменно уставился на него снизу вверх, никак не сообразив, где бы он мог столкнуться с летающей тушей.
— Не узнал? – развеселил Эйррейда этот взгляд.
— Узнал, — Вортекс ухмыльнулся в ответ. — А ничего так, что компенсируешь размером? Ты-то летаешь просто отвратительно. Так что...
Он хлебнул энергона из куба и с удовольствием отставил его в сторону, глядя в небо.
— Но получше, чем ты сейчас, – негромко рассмеялся Эйр, сам пожалев, что оставил выпивку внутри, да еще рядом с неугомонным согештальтником. — Кстати, хорошо малышей удивил своими фокусами. Энергоном облил, шлаково запугал, аж до кончиков антенн.
— Не-при-лич-но, ага? Ну, а чего. Лил я на мелюзгу. Я-то починюсь, а твой толстый хвост останется с тобой. — Вортекс сощелкнул с глоссы статический разряд, и отвернулся.
Выглядел он все-таки паршиво, даже отвратительно — яркая обычно краска посерела, оптика едва светилась.
— На мой толстый хвост приходится больше фанатов, чем на твои хилые винты, – ухмыльнулся Эйррейд, наблюдая искоса за Вортексом. — Что, давно никого не катал по-свойски, без пыток грустишь? Хочешь, прокачу на себе? Узнаешь, каково твоим жертвам.
Он предложил скорее шутки ради, чтоб развеселить: унылый десептикон — отвратительное зрелище. Легче уж вывести его из себя – либо побежит к своим, либо же устроит драку, что уже неплохо. Во всяком случае, лучше, чем хандра. Но с первого раза он не попал.
Вортекс заметно оживился, но сразу утих:
— С тебя даже хорошего полета не стрясешь, колесное с крылышками. Скука. Напиться нельзя, полетать... да пошло оно все!
Вортекс с одного шага трансформировался, свечкой уходя в небо, под град ругательств от шарахнувшихся в стороны летунов.

Эйррейд проводил его удивленным взглядом. Вроде бы и не сильно старался задеть – так, поворчать немного, но нисколько не… а, ладно, неважно. То ли стоит рвануть следом за вертолетом , мало ли, вдруг не выдержат системы, то ли махнуть на все рукой? Все же не спарк – справится. Можно попросту боевиконам стукнуть...
Стоило поторопиться с решениями – все же не зря БластОфф так следил за тем, чтобы вертушка сидел смирно и не выпендривался. Распрощавшись со спокойным вечером, который шел было к завершению, Эйррейд трансформировался и рванул вверх – джетскую скорость ему не набрать, но сейчас нужна скорее выносливость.
Он успел вовремя — от всей Искры наэнергонившись, Вортекс не рассчитал силы.
Прошло пятнадцать кликов, и вертолет рухнул вниз — только и успев, что сменить форму. Эйр тоже трансформировался, оказавшись чуть ниже, и успел выхватить его из полета.
— Ну а кто меня потом катать будет? Вдруг я обратно сменю форму на красивого джета? – ворчал аэробот, пытаясь понять, какого болта он вдруг такой добрый, и спускаясь на антигравах ниже. Десептиконов спасать, ржа!
Вортекс попробовал вывернуться, но снова рухнул на руки, кашлянув энергоном и сипло прокачивая воздух через забившиеся вент-системы. Что-то странное просматривалось в этой хрупкости систем, что-то подозрительно знакомое.

В стороне от заправки Эйррейд остановился. Притащить гордого, как все десы, Вортекса в публичное место на автоботских руках – легче уже просто пришибить, чем так протоптаться по гордости.
— Вызовешь своих по комму?
— Отстань, — слабо побарахтавшись, Вортекс все-таки утвердился на ногах, хоть и привалился к стене. — Чего ты за мной таскаешься?!
У него явно что-то болело, и через половину стыков брони сочился энергон. Почему-то толпа агрессивных боевиконов еще не выскочила защищать свою левую руку. Не вызвал? Не хочет показывать слабость? Хотя куда уж больше...
— Потому что я автобот, и как доблестный воин, должен помочь бывшему врагу? – фыркнул Эйр, не удивившись десептиконской неблагодарности. – Не дури. Зря Онслот столько уников всадил в твой ремонт? Побеспокойся о своем гештальте хотя бы – уйдешь в дезактив, а кто вместо тебя будет левой рукой?
В нотации явно смысла не было — плевал боевикон и на гештальт, и на все разом. А может быть, и нет.
— Не твое дело, — Вортекс его все-таки пнул, шарахнулся в сторону, и влип в повороте фейсплейтом в ладонь БластОффа.
Шаттл подцепил его за подбородок, покрутил туда-обратно, молча разглядывая визор, и залепил пощечину. Очень легкую, но, похоже, неприятную. Что-то сдавленно прошипев, Вортекс скрылся, а шаттл, выждав пару кликов, сдержанно кивнул аэроботу.
— Он зарывается, — голос из-под маски звучал глухо.
Кивнув в ответ, скорее ради приличия и приветствия, чем в знак согласия, Эйр пошел в сторону своих ребят. Может, хоть капля в его кубе энергона еще останется, Слинг не добрался. Впрочем, тон шаттла заставил аэробота снова думать о взбаламошной вертушке. БластОфф не Мегатрон, из пушки в лоб не жахнет. Ну потягает немного, так ничего, Вортексу полезно будет...
А все же что-то покусывало, как нанитная ржа.

Вернувшись к своим, Эйр шумно грохнулся рядом с Файрфлайтом, и с грустью уставился на ряд пустых кубиков.
— Чего так долго? Небось нашел кого-то? – ухмыльнулся Слингшот. Паршивец только что глоссой не крутил, всем видом выражая довольство и наглость.
— Нет. Поговорил с Вортексом. Ничего особенного.
— Да мы заметили ваше «ничего особенного». То-то Бласт полетел, как в хвост подбитый!
— Он живой. Все живы. А вот мой кубик энергона — нет! Будешь платить в следующий раз за себя, и за меня, – недовольно пробухтел Эйр.
Слингшот только расхохотался, и даже Силверболт хмыкнул дружески. Привычная, уютная компания.
Только вот десептиконская вертушка так и не шла из проца.

Проходя мимо очередного восстановившегося магазинчика, Эйр притормозил, хотя витрину хозяин устраивать не стал. Энергона в свой личный отсек он уже взял, можно бы и возвращаться... А то в торговом районе можно, увлекшись, и без единого уника остаться. Но тут, за дверью, гнездился один крутой полулегальный торговец, с кучей окраинной экзотики за хорошую цену... Аэробот все же шагнул к приветливо распахнувшимся дверям.
Внутри открывался потрясающий арсенал оружия на любой размер, вкус и мод, от микроскопических кассетных генераторов до могучих танкорельс с откатными стойками. Даже многорежимник подобрал бы себе что-то под размер.
Встряхнувшись, Эйр с энтузиазмом принялся искать нечто, что прямо потащит к себе – «купи, возьми, я твой». Пафосно, зато действенно – оружие и впрямь умеет выбирать себе хозяина.
Холодное оружие оставило его равнодушным — такие клинки он уже видел, дома вся стойка ими утыкана. Разрядники дернули холодком интереса, звуковые пушки не зацепили... Вот оно! На полке бластеров лежало настоящее произведение инженерного гения: мощный ствол, достаточно большой, чтобы как раз встал на альтформу, и выглядит очень и очень, в его любимом стиле.
Эйррейд шагнул к бластеру, ничего вокруг не замечая — и лоб в лоб (а, точнее, кокпитом в лоб) столкнулся с кем-то. Знакомые винты мелькнули перед глазами, а потом прозвучал недовольный голос:
— Ты меня преследуешь?! — Вортекс цепко ухватил пушку и немедленно ее зажал, примериваясь к установке.
Торговец не лез, заинтересованно мигая фиалковыми линзами — страшно похож на Свиндла, будь у него летающая форма. Жадный и умный нейтрал готовился, если что, жахнуть по обоим, но скакнувший уровень оверранов намекал на интересное продолжение.

Эйррейд сузил оптограни, глядя сверху вниз на наглого десептикона. Сам он уже было зачислил пушку в список новых приобретений, благо уников ему сейчас хватило бы и на большее – только что завершилась удачная серия одиночных заданий.
— Не наглей. Она для тебя слишком большая, а для меня – как раз.
— Она мне в размер, и я первый увидел, — Вортекс, раздраженно ткнув его лопастями, снова примерился к пушке.
Строго говоря, даже в местном арсенале мало что могло бы ему подойти — изодранная нейросеть принимала немногие апгрейды, и он наверняка уже извелся от невозможности обновить парк вооружения.
— Ну ладно, – Эйр, ехидно хмыкнув, подхватил на руки и Вортекса, и пушку, предъявив все богатство торговцу, — Беру! – гордо сказал он, кивнув на кона.
Хозяин ошалело взглянул, но только озвучил цену. На оружие, конечно. Ни уником больше «за сервис знакомств».
Быстро перекинув деньги на счет, и нагло пользуясь ошеломлением Вортекса, Эйррейд потащил все богатство к себе, выпалив предложение со скоростью пулемета, пока кон не оклемался:
— Раз уж такое дело, предлагаю выпить. Я умею выбирать себе хорошие… вещи.
— Эй! — вертушка забился, пытаясь и вывернуться из рук, и при этом не отпуская пушку, — Эй, отпусти, отвали, не трогай!
Лопасти яростно звенели, но отбивался он аккуратно, стараясь не угробить собственные механизмы.
— Тише, — транспортник перехватил вертушку поудобнее, перекинув через плечо именно так, чтобы и держать удобно, и по лицу не получать, больно все-таки, — К тому же, что ты имеешь против энергона? Ты же меня довольно давно знаешь, я таких малышей не обижаю.
Хмыкнув, Эйр продолжил путь – всего лишь пара кварталов, и можно подниматься к своему отсеку. Уютному, в самый раз для его нынешних размеров, не то, что у всякой мелочи.
Вортекс молча бился и пинался, но вырваться никак не мог, только отчаянно шипел про отрастивших крылья и хвосты, и под это обнаглевших до беспредела. Он бы, наверное, вывернулся и сбежал вместе с пушкой, но неудачный рывок снова что-то повредил — по броне Эйррэйда протекло масло из разгерметизировавшейся системы охлаждения, и вертолет обвис — чтобы затянулись трещины.
Что-то такое мелькало в данных общей инфосети, какое-то поражение, связанное с ломкостью брони и внутренних систем, которое не исправишь даже сменой корпуса... Эйррейд снова решил не заморачиваться, наткнувшись на блокированную информацию.

Поднявшись на нужный уровень, Эйр открыл отсек и зашел, аккуратно закрыв дверь. Не на замок, конечно — не дес же он какй-то, и не насильник.
— Только не убегай. Я действительно хочу выпить энергона в ненавязчивой компании. Ну да, позвал в гости по-вашему, не спросил разрешения. Зато не отобрал свое же оружие.
— Эй, это мое оружие. Так заплатил — значит, подарок, — вертолет насупился, но пушку прижимал к себе. 98% совместимости — не шутка, мимо такого не проходят, даже из гордости. — Сам дурак, если что. И энергон я твой не хочу. Какого ты за мной таскаешься?
— Наглый собственник, – хмыкнул Эйр и достал из хранилища пару кубов с качественными присадками с роскошным спектром. Такое не валяется на складе, такое заказывается с дальних рубежей, где восстанавливать старые мощности легче. — Держи. Считай, что ты мне понравился. Уже прям мечтаю опять на тебе покататься, как в прошлый раз.
Аэробот протянул десептикону кубик и не сумел сдержать улыбки: насупившийся вертолет выглядел слишком уж… по-спарковски. Прижал новую игрушку и отказывается делиться. Главное — не забыть, что Вортекс все-таки солдат. Мастер пыток боевиконов, каким бы больным и разваливающимся он ни выглядел. Вот и энергон не взял, вместо этого бережно прихватив пушку за дуло и расщелкнув ей псевдобионические крепления, интегрирующиеся в нейросеть.
— Не вредничай. Я ж тебя пригласил на дружескую попойку, – Эйр переступил с ноги на ногу, а потом присел на платформу. Он из вежливости пока еще не открывал свой кубик – как-то некрасиво. Пока его гость будет сидеть без выпивки, а сам аэробот будет пить – не, это не по-автоботски. — Может, она даже тебе подходит, – наконец, добавил он, глядя на сосредоточенно колупающего системы Вортекса. – Возможно, даже в самый раз.
Винтовка встала на место, как влитая, и фейсплейт вертушки на несколько кликов исказился, а линзы почти потухли — интеграция в нейросеть всегда сопровождалась сильными ощущениями. Чем меньше сочетаемость, тем больнее.

— Будешь весь цикл меня игнорировать? – не выдержал Эйр через триста кликов, когда Вортекс наконец подключил оружие до конца и даже немного потестил. — Я ж могу и сам болтать, – он пожал плечами и вновь попытался ненавязчиво предложить энергона.
— Да болтай, мне-то что, — фыркнул Вортекс в ответ, и прижал ладонь к инсигнии — видно, вызывал своих.
Или наоборот, предупреждал, что не явится в ближайшую ротацию, чтоб не искали. Шарк его знает, винтокрылого психа.
И куб взял-таки, покрутил в руках и отложил снова.
— Скучный, – хмыкнул Эйррейд и открыл-таки кубик. Не хочет – как хочет. Во всяком случае, он взял энергон, а там, возможно, и полегче пойдет. Все-таки взял же энергон. — Я так понял, что подарок понравился? – он попытался вновь вывести вертолет на контакт.
А то как будто общаешься со стеной, на которой холо этого самого мастера пыток.
— Это не подарок, а моя пушка. Свиндл поблагодарит за экономию. — Вортекс снова покрутил куб и снова отложил. — А мне нельзя такой энергон, если не хочешь срочно лететь к конструктиконом или смотреть, как у меня ломаются магистрали. Или хочешь? Все равно не порадую.
— Ты сам говорил, что подарок, – пожал плечами автобот и мысленно обозвал себя недотепой. Это ж надо было предложить, не глянув марку... Хотя, ржа, он не знал!
— А какой энергон тебе можно? – транспортник встал, и вновь подошел к хранилищу.
Предлагать обычный можно, конечно. Можно и за спарковским выйти, правда, непонятно до сих пор, для кого они его делают, ведь сейчас мелочь бодро лупит обычный и не сползает процессором...
— Я не хочу. У меня уровень топлива больше семидесяти процентов, больше не надо, — Вортекс махнул рукой, проверяя посадку оружия. — Если что из сладкого-высокооктанового есть, то я это хочу.
Потихоньку его явный негатив смягчался.
«Ты как фем» — едва не сорвалось у Эйра.
Шлаковы фем обожали высокооктановый и потом перестрелку на цикл. Опасное развлечение. А Вортекс мог бы попросить просто – хочу конфет, а то — «сладко-высокооктанового».
Встав рядом с хранилищем и задумавшись, где же он все-таки оставил сладкое, Эйррейд приложил ладонь к груди. Так думалось легче, что ли?.. Затем вспомнил.
Конфеты он хранил в другой комнате: вдруг еще придет этот прожорливый нахлебник Слингшот? Друг, но жадная ржа! И выходить казалось слегка опасным, но Эйррейд вышел, и вернулся с конфетами, протянул ему, открывая плотную упаковку:
— Оно?
— Ну... — Вортекс задумчиво потыкал в шарики, наблюдая за переливающимся содержимым, — я не фемка, учти. Но мне это можно. Если немного, — задумчиво набрав горсть конфет, он добавил. — Ну, или если не обожраться.
— Не фем, – согласился Эйр и уселся вновь на платформу, оставляя конфеты у Вортекса – вдруг еще захочет?
Не гонять же по всему дому такого больного. Сам транспортник потягивал энергон, задумчиво наблюдая за гостем.
— И много из ваших любит конфеты?
— Не допрашивал, — вертолет вежливо показал клыки, и снова покачал рукой.
Пошла вторая волна интеграции, и он едва слышно заурчал от кайфа — шло мягче, медленнее, чем первая.
— Ну люблю я сладости, и что? Имею право.
Он цапнул еще пару штук, с удовольствием облизнув еще и пальцы.
— С тебя бы сталось допросить, – ухмыльнулся аэробот, услышав едва слышимое урчание. Подарок удался. И ведь жаль, что увел такую пушку… впрочем, неважно. — Имеешь, кто ж спорит? Я ж не отбираю у тебя сладкое, – пожал плечами он.
Вортекс поерзал, и из-под его брюшных пластин вытекла еще пара капель масла. Выругавшись неслышно про квинтов и их тупые пушки, он устроился удобнее: раскинул веером лопасти, окончательно убрал маску и визор в пазы, чтобы удобнее лопать конфеты и не обляпывать руки, шире расставил ноги и замер.

Эйр с интересом наблюдал за Вортексом – тот вольготно раскинулся на платформе, в то время, как хозяин данной платформы держался … слишком робко. Впрочем, в позе вертолета угадывалось и еще кое-что. Что-то очень выразительное, но не сразу понятое — система поз и невербальных знаков у десептиконов отличалась. Ну что ж, можно приступать. Не все ж одним десептиконам подарки. Эйррейд переставил удобнее куб и коробку конфет, чтоб не мешались, и медленно придвинулся к вертолету, стараясь не отвлекать его от конфет и пушки.
— И как синхронизация?
— Ммм... превосходно, — Вортекс еще и голову запрокинул, открывая шейные магистрали, все исчерченные черными тенями шрамов. — Почти сто процентов.
У него даже брюшные пластины приоткрылись, показывая его расслабленное довольство — будто он от конфет слегка заливался.

Тихо хмыкнув, Эйр все же не сдержался и быстро, но аккуратно уселся поверх бедер Вортекса, стараясь тому ничего не задеть и не передавить – мало ли, не хотелось терять потом того, кто может покатать на себе в воздухе. Когда сам Эйр станет опять джетом. Возможно.
— Издеваешься? – низко прогудел транспортник и слабо дотронулся губами до открытых шейных магистралей, не кусая, а скорее ощутимо прихватывая.
— Эй, — линзы снова разгорелись, но двигался Вортекс чуть замедленно, будто выпадал оффлайн, и сейчас не до конца остановил процессы архивации. — Отвали. Я за конфетки не покупаюсь, слыш?
Он слабо брыкнулся и вдруг рассмеялся, абсолютно безумно на взгляд аэробота.
— Скажем, я перенял некоторые привычки десептиконов. Или это мое дополнение к твоему подарку, – Эйр кивнул в сторону обновки Вортекса, и затих, прислушавшись к смеху, — Поаккуратнее, а то потом еще скажут, что я тебя истязал, – фыркнул он, стараясь скрыть некоторое смущение от такого отзыва.
— Да ну, кто тут палач, я или ты? — вертолет вольготно расположился, растопырив винты почти полукругом, и даже не думал закрываться.
Монтирующееся оружие действовало на него как легкий выстрел из станнера, но Вортекс доверял своему чутью.
— Мне по знаку не положено, убрали блок садизма… почти, – фыркнул автобот, и продолжил свое увлекательное занятие. А затем ему пришла в голову мысль. – Слушай, у тебя от передоза сладкого не бывает ржавчины на винтах? Я думаю, не бывает, – и потянулся к коробочке с оставшимися конфетами.
— М-м... у меня вообще не бывает ржавчины, — заносчиво фыркнул вертушка, поерзав и скатившись чуть ниже, еще удобнее.
Маска уже не скрывала весьма симпатичную физиономию — неожиданно тонкие для десептикона черты, и ухмылка как будто сконструирована вместе с фейсплейтом.
— Да неужели? Тогда это спасает дело, – чтобы десептикон не отвлекал, Эйр осторожно дотронулся мягкой конфетой до губ Вортекса, стараясь, чтобы тонкая оболочка не лопнула.
Хотя… в потеках сладкого вертолет смотрелся бы очень даже ничего.
Мгновенно, как земная рыбешка заглатывает наживку, Вортекс поймал шарик, и хитро прищурился. Пожалуй, он не возражал.
Короткое сомнение разрешилось, и он устроился совсем удобно, сам потянув ладони под широко распахнутые аэроботские крылья. И отметил мельком, что если эдакая громада обопрется на него всем весом, то его придется собирать по частям.
— Гнусные квинтовы протоформенные нежности, — не мог он не подпустить колючесть.
— Эй, любитель жестокостей, если я тебя придавлю – мне потом твои согештальтники устроят погоню и стрельбу. Хотя… я им отдам почти все детали, а твою голову оставлю себе. Буду любоваться, – Эйр скорчил недовольную мину, но затем все же ухмыльнулся, и поцеловал Вортекса довольно ощутимо, показывая, кто здесь все-таки ведомый, и кто ведущий.
Десептошлак его мгновенно укусил, аж до пары капель энергона.
— Не хуже конфет, — хмыкнул он, показав узкие клыки на дентопласте. — Ну, я мог тебя уронить... тогда. Но не уронил же.
— Ну спасибо. А то как же я, бескрылый, смог бы выкрутиться, если б ты меня на пару километров выше высадил, – рассмеялся транспортник и поудобнее устроился, обхватывая бедра вертолета, а заодно запуская пальцы в швы между едва (но это только пока!) разошедшимися бронепластинами. – А ты хорошо подогнан. Как нулевка. Проводку не трогаешь, а?
Эйррейд пустил на пробу легкую искру. Броня мгновенно поджалась, стиснув ему пальцы.
— Я, может, и интерфейсился после аварии, — пробурчал Вортекс, позвенев лопастями громче, — а может, и нет. Не твое дело, колесное.
Он совсем потушил линзы, но чутко следил остальными датчиками.
Негромко загудев от неприятного давления на пальцы, аэробот вновь пустил заряд, который разошелся и по внешней броне, и по проводке, гуляя по топливопроводам.
— Ну да, кому ж ты такой нужен, вредный и злобный, – хмыкнул Эйр, опуская другую руку к бедренным сочленениям, и на пробу запуская там искры электричества – мало ли, где проймет этого извращенца.
Вот тут Вортекс вдруг вздрогнул, и слегка заскрипел вокалайзером.
— Винт лапай, — распорядился он, поймав первый приятный отклик. — Брюхо не трогай, там болит. Будешь делать больно — башку снесу. Напрочь.
— У тебя, случаем, создатели не были квинтами? – Эйр последовал совету, касаясь и винта, и лопастей, поглаживая, кое-где пропуская искры электричества, а заодно и сжимая там, где это было нужно (по мнению самого транспортника).
Правда, не сильно – не хотелось сломать этот и так уже переломанный шлак.
— Как и у тебя, — Вортекс оскалился, но тут же расслабился, негромко урча и постанывая.
Лопасти он холил, за них больше всего переживал, и от бережных касаний ловил кайф. Со своими коннектиться не рисковал — шанс, что от коннекта он уйдет прямо на стол к Хуку, его совершенно не радовал. Автоботы с их облизываниями — самое то: как энергоновые сладости. Кстати!
Еще одному шарику он медленно прокусил оболочку — тонкий энергетический пузырь лопнул, оставляя на темно-сером металле потеки энергона.

Поймав реакцию на ласку, Эйррейд продолжил аккуратно составлять карту сенсорики – касаясь лопастей, ведя пальцами по спине у крепления ротора, по швам трансформации. Из-за щелчка лопнувшей оболочки он не удержался, и потянулся за сладким – сейчас очень уж остро захотелось чего-то такого…
И, разумеется, Вортекс его снова куснул, хищно урча раскручивающимся движком. Он не то чтобы напрашивался на грубость... скорее, его это просто заводило сильнее.
Лопасти дернулись, чувствительно прижав пальцы аэроботу. Эйррейд мстительно пустил заряд по прижатым пальцам намного сильнее, дернув этот шлак на полную, и в ответ укусил Вортекса за губу, проминая синт-пласт до энергоновых капель. Вортекс резко выгнулся — и его броня защелкала открывающимися замками сильно ниже, паховая броня приглашающе распахнулась. Кажется, вертушка сам ошалел от реакции, и попробовал шустро закрыться.
— Куда? – Эйр успел накрыть открытые порты вибрирующей ладонью, посылая и туда разряды, играя с напряжением – то сильнее, то слабее. Заодно между делом прихватил чувствительные шейные магистрали, а свободную ладонь прижал к ротору, уже и там сливая ток.
Замкнувшаяся цепь сорвала все попытки Вортекса говорить. От портов просыпались искры, и что-то посверкивало под пластинами брони — вертушка дергался и запрокидывал голову, пытаясь потереться и о ту, и о другую ладонь, и еще за что-нибудь укусить.
Эйррейд с ухмылкой продолжал, чувствуя потеки на ладони у паха – протекало масло и хладагент; от высоковольтного развлечения температура поднималась такими рывками, что сам транспортник беспокоился, как бы его партнер не перегорел.
Можно уже подключаться к горячим открытым портам, но от вида потухших линз и дикого оскала, судорожно поднятых винтов и запрокинутого шлема хотелось продолжать, подхлестывая партера, заставляя стравливать хладагент, а то и довести до первой перезагрузки руками – благо, терпения Эйру было не занимать.
Когти послойно обдирали его наплечники, и десептикон снова зарычал в голос, срывая вокалайзер, забился, восхитительно ерзая разъемами и уже свернувшейся скруткой — его схемы путались между сигналами, стимулирующими то приемные, то передающие элементы. Эйррейд рыкнул в ответ, чувствуя, как когти продирают краску до металла, оскалился не хуже кона, сжимая в отместку основание винта, и пустил еще более сильный разряд по обеим рукам — до возмущенного сорванного вопля. Шлак, нет, так ему больно.
Вортекс злобно зашипел, пытаясь вывернуться и перехватить управление — Эйррейд не контролировал его нейросеть — и ему почти удалось. Помешала хрупкость деталей, не выдержавших веса здоровенного транспортника.
— Аккуратнее, а то не доживешь до перезагрузки, – проворчал Эйррейд, подхватывая его под спину, снижая разряды, и заодно убрав собственную паховую броню. Вортекс немедленно вывернулся из захвата, и сел ровнее, звякнув винтами.
— Сам тормози! Со мной Броул — и тот осторожнее был! — он метко ткнул в шарнир пальцем и зашипел.
— Я ж забыл, какой ты у нас хрупкий. Не нулевочка случаем? – низко рассмеялся Эйррейд, и принялся подключаться ко всем портам, заодно загнав парочку шлангов в шлюзы.
Без каких-то проб и прочего аэробот принялся раскручиваться едва ли не на полную мощь – Вортексу-то хорошо, он получил свою дозу удовольствия электричеством, и еще предварительные ласки. На осознание, что этот корпус явно никто не коннектил, ушло целых несколько кликов — а потом Вортекс начал замысловато ругаться в голос, то и дело хрипя. Движок раскрутился с бешеным завыванием, и корпус вертушки мелко задрожал.
Эйррейд продолжал раскручиваться, оборот за оборотом — просто не мог притормозить, и все усиливал ощущения. Положив ладонь на забитые своими штекерами порты Вортекса, он пустил несколько искр – из жадного любопытства, можно ли кона довести до воплей. Заодно и вслушивался в ругань – так, по слухам, ругались вместо стонов все десептиконы на приемной стороне.
Вортекс заорал и дернулся — вокалайзеры перешли на механическую ноту без модуляции. От звука лопнула пара конфет, и задрожали стекла. Захваты от давления вздрагивали, то сжимаясь, то расслабляясь, и так же дергался десептикон от избыточной стимуляции. Приглушив оптику, Эйр продолжал усиленно передавливать контроль партнера, заставляя его движок развивать предельную мощность. Затем транспортник резко притормозил, перестав даже стимулировать порты дополнительными рывками тока.
Вспыхнули алые линзы. Вортекс ошарашено застонал, попытался дернуться, еще сильнее заводясь. Непонятно было, сколько энергона пролилось от возбуждения, сколько — из треснувших магистралей, но вопли выражали единственное требование — «еще!»
Вновь ухватившись ладонью за ротор винтов, Эйррейд принялся раскручивать обороты движка, и наконец-то погнал энергон, из своего огромного резерва заливая баки под завязку. Он очень удачно схватил — иначе лопасть рубанула бы его по руке. Теперь лопасти просто бесконтрольно дрожали, добавляя тонкий звон ко всем звукам. Брюшные пластины самопроизвольно открылись, корпус чуть трансформировался — срабатывали гештальтные протоколы.
Услышав новые щелчки, Эйр почти что задумчиво взглянул на пока еще нетронутые порты.
Во взгляде аэробота читалось «а что, если?..», но через клик он рискнул активировать собственные штекеры, нужные для трансформации в Супериона. Пара кликов — и он подсоединился к гештальт-портам, выводя движок на предельные обороты.
По всей платформе плеснуло масло из суставов, а бессловесный вопль изменил модуляцию. Вортекс странно хрустнул, и заткнулся — вокодер выбило. Его гидравлика сокращалась, и штекеры едва не вылетали из гнезд, когда по всей броне прокатывались волны сокращений. Через клик вся броня встала дыбом — Вортекс перегревался до опасной температуры, и нишлака не соображал.
Эйр в восторге от такого отклика надавил мощнее, в считанные клики вылетая к перезагрузке, и примерился правильно упасть, чтобы не добить вертушку своим весом.
Вортекс еще раз взвыл кулерами и осел на платформу, в полном и несомненном оффлайне. Под бедрами натекла лужа из антифриза, масла и энергона, остро тянуло подплавившейся изоляцией и озоном, и фонило от груди, как из ядерного реактора белковых — перезагрузочная вспышка Искры в закрытом пространстве опалила ложемент и броню изнутри.

Придя онлайн, Эйррейд ухмыльнулся – Вортекс еще не вышел из оффлайна. Приятно.
Отсоединив все штекеры от горячих портов, транспортник завалился на платформу рядом с вертолетом, стараясь не придавить его — шлак, сломает еще, потом ремонтировать...
И так в его системах еще что-то шипело и капало, а несколько брюшных пластин надломились, будто стеклянные.
В сети нашлось по таким симптомам только одно: наниты квинтов намертво въедались во все материалы — так, что даже полная замена корпуса не помогала, только сеансы мощного эм-излучения, постепенно выжигавшие тварей. Ну, вот вроде этого сеанса — до сих пор все в комнате фонило радиацией и остаточным магнетизмом, а приборы без защиты схлопнулись бы в клик.
Еще раз осмотрев вертолет, Эйр вздохнул, и все-таки встал – стоило привести себя в порядок. А то так недолго и ржавчиной покрыться... да и надо было поговорить со своими — мало ли, может у Силверболта появилось задание для всего гештальта, а не только одиночные или парные миссии.

К его возвращению Вортекс не только оклемался, но даже оттер самые выразительные потеки — первым, что под руку попалось. Сейчас вертушка лениво крутил в пальцах очередную сферку, то ли примериваясь стрескать, то ли играясь. Снова скрывать фейсплейт он не стал.
— Тебя покормить? – хмыкнул со своего места Эйррейд, глядя на дилемму «Вортекс и конфеты». — А то ты на нее так смотришь, будто надеешься, что она сама к тебе в рот запрыгнет.
— Да не, — хмыкнул в ответ вертолет, и с наслаждением потянулся, хрустнув всеми суставами. Закинул-таки конфету в рот, облизнувшись — потеки энергона на фейсплейте уже загустели, и теперь он напоминал скорее спарка, дорвавшегося до сладкого, а не боевого десептикона-карателя. Ну, это если игнорировать пушку на руке, окончательно интегрировавшуюся в нейросеть, ха. Палач-сладкоежка.
— Точно? Мне ж не сложно, – ухмыльнулся аэробот.
— Ты меня и так до упора заправил, — фыркнул Вортекс, и решительно отправился в мойку. Энергон из него так и капал, выглядя исключительно неприлично. И тазовая секция покачивалась так... интересно. Как будто слегка разболтались шарниры и сместился центр тяжести.
— Ну так я молодец, – кинул вслед аэробот, едва-едва удержавшись, чтоб не прихватить за бамперную секцию, но сдержался. Автобот он или где?

Пока Вортекс приводил себя в порядок, Эйррейд принялся за уборку – конфеты перетащил вместе с одним непочатым кубом на стол, отчистил платформу, и даже слегка заполировал глубокие продранные царапины на плечевых блоках, когда появился отмытый Вортрекс: выглядел он так же неприлично, только чище.
— Лады. Я полетел к своим, — он стащил еще пару конфет, и хмыкнул, качнув бедреной секцией. Все царапины требовали немедленной полировки, а один из винтов оказался погнут и надломлен. Шлакова хрупкость деталей.
— Смотри, чтоб фанаты не навалились, а то вид у тебя… не очень летучий.
Эйр не возражал: новые сообщения подгрузились наконец, и товарищи наперебой требовали его к Силверболту. Намечалось крутое задание на всех, с бюджетом как на три гештальта.
Когда Вортекс уже отвернулся, Эйррейд добавил негромко:
— Только в следующий раз уступишь мне оружие. Отнял прекрасную вещь!
— А нишлака, — Вортекс любовно погладил пушку и начал трансформировался у авиавыхода, намереваясь стартовать прямо с двухсотого этажа.
Эйр вздохнул. Кто бы и сомневался... десептикон, который чем-то поделится? Да ни в ржу! И конфет не осталось. Он отвернулся на клик, потом глянул на Вортекса — и напрягся, глядя, как тот странно трансформируется. Мало ли, что может произойти...
Движок завелся — и вдруг заглох. Вортекс недоуменно хрипнул, и снова попытался завестись: никак не удавалось выйти на полные обороты.
— Опять, — мрачно фыркнул он и трансформировался, грохнулся и раскинул длинные ноги, — У тебя лифт есть? Ненавижу квинтов.
— Может, я тебя подкину? Все равно мне надо будет в сторону Силвера.
Эйр пожал плечами и сделал вид, что нет-нет, он ничуть не помогает десептикону. Просто небольшое предложение, от чистой Искры и с дружескими намерениями. Хотя, скорее всего, Вортекс откажется – гордость не позволит.
— Да не. Сам дохромаю, — боевикон подтвердил его мысли. — И если не откроешь дверь — начну тренироваться в стрельбе по движущейся мишени. Начну с тебя.
Выглядел он настолько миролюбиво, что так и чуялся подвох.
— Твое дело. Лифт там, – Эйр указал пальцем на дверь в противоположной стороне.
Глупый, упрямый и вредный десептикон. Отправить его, и надо будет хотя бы пару кликов проследить. Пушка-то при нем, никто и не сомневается, а вот броня хрупкая.

Чуть прихрамывая и все так же интересно задирая корму, вертушка прошагал в указанном направлении. Клептоманией он не страдал, так что на симпатичный ремнабор только взглянул задумчиво, прикинув выбить себе такой же. Когда сможет летать и участвовать в операциях гештальта, конечно. Его невыносимо задолбало чиниться и чиниться.

Проследив за Вортексом вплоть до того, как сошлись двери лифта, Эйр подошел к летку и тоже трансформировался. У него оставалось не так уж много времени, и своим быстрым стартом он распугал попутно нескольких летунов, с руганью разлетевшихся подальше от громады транспортника.
Хватило пяти бриймов наблюдения — Вортекс дошел до монорельса без приключений. Тогда Эйррейд лег наконец на курс к гештальту.

Очень вовремя. Вортекс как раз примеривался предупредительно стрельнуть в сторону навязчивого наблюдателя. Пообещав себе в следующий раз непременно подбить этот толстый хвост, Вортекс похромал дальше, ухмыляясь под маской.

Очередное — восьмое с того памятного подарка — задание по брифу выглядело элементарным. После перемирия многие окрестные планеты снова пользовались услугами трансформеров — где еще найдешь машину, которая даст в рожу тому, кто попробует украсть твой товар, а потом все же довезет добро до места в полной комплектации?
Их отправляли в самые опасные районы, где иначе требовалась бы регулярная армия, а так хватало одного невозмутимого, неотравляемого, сверхпрочного солдата с миллионолетним опытом.
Воздушное пространство данной планеты не изобиловало активностью — на земле сидели боевики оппозиции с ракетными установками, меткие и злые. Ничего сложного для того, кто умеет летать и видит тепловое излучение... для трансформера. Эйррейд неторопливо барражировал, нагруженный по самые закрылки.
Долго, конечно, зависать в воздухе не стоило – особенно не скроешься, если заметят. Но и спешить никуда не было нужды: топлива с лихвой, а ракетчики и пираты, любители обокрасть транспортник – далеко, и слишком уж неторопливы. Бегали бы шустрее, возможно, и представляли бы угрозу, примерно как пара десептиконов из военного времени с хорошим прицелом.
Эйррейд пересекал квадрат местной карты А-5, исчерченный бесконечными узкими озерцами: сплошное ржавое болото; двигался по направлению к М-3, плавно набирая скорость – резкие скачки могли повредить груз, и уж за это точно не добавят уников. Правда, разгоняться тоже особо не стоило: начинала портиться погода, собрались густые тучи, прошитые молниями, и это еще больше упрощало задание. Просто дождаться полного шлака, подняться выше и махнуть над грозовым фронтом.
При входе в следующий квадрат радар отразил знак десептикона, одиноко перемещающийся в ту же сторону, что и он сам. Интересно, что этот летун, да еще кон, забыл на заштатной планетке? Тут не требовались легкие джеты, только могучие транспортники, ведь по приказу Прайма кибертронцы не вмешивались в локальные конфликты. Из туч доносился едва слышный стрекот — значит, что-то винтокрылое?..
А еще в том же районе чуть ниже отразилось скопление тепловых меток самого гнусного толка — целый взвод ракетчиков, наверняка охраняющих какую-нибудь пушку покрупнее, а то и склад.
Эйр набрал еще высоты, выходя из облаков. Лететь оказалось легче, но он не стал сильно ускоряться. Погода позволяла укрыться. Кроме того, аэробот отслеживал перемещение десептикона, не желая пересекаться. Хотя военные действия сейчас были свернуты, и болтали, будто мир насовсем, но все же квинту на щупальце лучше не попадаться. Мало ли кто еще окажется... Может, его кто еще с войны хлопнуть мечтает.
Стрекот винтов сначала исчез, потом приблизился. Вертолет так и не вышел из облаков — но аудиодатчики то и дело фиксировали характерный шум. Эйррейд обнаружил, что вертушка пристроился метрах в трехстах ниже прямо под брюхом, в облачном слое, и почему-то не поднимался в чистый воздух, терпя болезненные разряды молний и мерзкую коррозионную влагу.
Конечно, если бы это задание было из серии «выполни несрочно за мизерную плату», Эйррейд не преминул бы развлечься за счет такого неудачника – налетел бы на него, а там еще и пугал, вылетая из облаков то справа, то слева, но сейчас платили прилично. Терять груз и срывать миссию не хотелось даже ради хорошей драки. Пришлось ускориться – до пункта назначения оставались считанные километры.
Метка заметалась, и снизу грохнули ракетные залпы. О, повстанцы засекли кона — удобно, заодно и отвлекутся, а кон легко увернется от их древних терморакет. Ну, должен был увернуться. Кажется, одна из ракет попала в цель, и вертолет пошел на снижение.
Аэробот мысленно фыркнул – вот уж невезуха у кого-то. Новичок? Вроде молодняка давно не было. Может, на каких-то колониях Праймас дал кому Искру? А, не важно.
Эйр снова ускорился – главное, чтоб его не засекли. Но вряд ли – теперь диверсанты следили лишь за десептиконом, который почти падал, будто его там наболт пришибло.
Эйррейд задумался. Спуститься? А дальше что? Сорвать операцию, прошляпить уники ради кона? Нет уж. Сейчас отдаст груз и вернется. Да и что, десептикон не справиться с какими-то мелкими?
К тому же вроде он начал подниматься — наверняка пережигая втрое больше топлива, чем надо. Их траектории снова сошлись в высшей точки — и... ох, он точно знал этот кокпит. Тут же радар зафиксировал личную метку: Вортекс. Ну что ж ему на Кибертроне не сиделось?!
Вертушку прилично подбили — энергон часто капал из распаханного хвоста. Эйр, если бы мог, пнул бы тупую ржу! Почему он вечно рушит все планы?!
И теперь ведь даже не кинешь его, и помочь нельзя! Ну, можно, но не посылать же к Юникрону всю миссию. Вот и придется витать над ним призраком создателей! И он что, ослеп, не видит, что над ним автобот?
...И как они с таким раскладом собирались выиграть войну?! Самоуверенный шлак Вортекс!
Через несколько кликов дошло — и правда, ему вышибло радары напрочь. Как он по высоте-то ориентировался... Видимо, на звук его двигателей, часть датчиков работали. Может, попробовать его вывести?
— Эй, я не знаю, что ты за хрень, и есть ли в тебе пилоты, — скрипучий голос Вортекса ввинтился в аудиодатчики, — но если ты летишь — не дергайся, а то я в тебя врежусь!
— Много чести – в меня врезаться, идиот! – рявкул Эйр, и выровнялся в воздухе.
От всех возмущений он вновь накренился вправо, и мысленно обматерил эту кривую загрузку и местных заодно. Нет, надо попробовать его вывести. До аэропорта недалеко, под ними все еще бушует гроза...
— Ах ты ржа! Опять ты?! — вертолет заорал, умело встраиваясь в его воздушный поток. Движки у него сбоили, а спокойный полет без финтов выдавал, что ничего с ним не в порядке.
— Это кто еще возмущаться должен? Ты чего полез сюда? – фыркнул транспортник, продолжая свой путь.
Облака начали сгущаться, что не могло не радовать – ими прикрывало от еще одного скопления ракетометов на белковой тяге, десяток наглой ржи. Зачем так много? Впрочем, неважно.
— Готовься, скоро снижаться. Долго кататься под моим брюхом не будешь.
— Я переживу, — мрачно фыркнул вертолет.
Несколько метров все шло хорошо, потом он снова начал сбоить, проваливаясь, как будто в воздушные ямы.
Еще пара бриймов такого полета, и Эйррейд понял, что готов все бросить, если вертолет сейчас рухнет. Да, нужны финансы, но и смотреть, как гибнет знакомый кибертронец, хоть и кон, аэробот не собирался.
Ерзая то вниз, то вверх, Вортекс смог сократить рывки и выровняться.
— Выдержишь?
— Дотяну, — хмыкнул мрачно Вортекс, поднимаясь еще выше. Данные с корпуса подтверждали — да, еще пару километров протянет даже с постоянной утечкой топлива.
— Твое дело, – в тон ему ответил Эйр, наоборот, входя в посадочную глиссаду.
Конечно, дотянет. Только энергоновая капель пугает. Слишком уж сильная... С неба обычно не падает фиолетовый дождь. Или падает? Во всяком случае, не с таких облаков.
Эйр порадовался, что взял с собой ремнабор. Сдав груз, он рванет чинить этот шлак. И ведь в друзья ему не нанимался!

Вортекс пытался как-то сориентироваться и понять, где земля, когда Эйррейд над ним окончательно ушел вперед и ниже, тормозя на длинной, удобной посадочной площадке. Вортекс еще висел сверху, просчитывая собственную посадку, а потом вдруг снова заглох в воздухе и едва успел сменить форму на двуногую и менее хрупкую, когда отказали даже антигравы.

Едва только Эйррейд сбросил груз, уже не особо заботясь о сохранности, как тут же сверху послышались знакомые звуки, скрежет, захлебывающееся тарахтение, и короткий свист.
— Ну вот чтоб тебя Юникрон рогами… — Эйр трансформировался, отодвинул мелких белковых и груз, чтоб не задело.
Активировав антигравы, он полетел наверх — Вортекс падал медленно, тормозя, когда его антигравы включались, и снова беспомощно валясь в полуофф, пока не рухнул Эйру прямо в руки. Нравится ему, что ли, так путешествовать?
— Тебе везет, что я поменял альтформу. Вряд ли джеты тебя бы так таскали, – фыркнул Эйррейд, плавно опускаясь на землю со злющим коном в руках.
— А что, удобно. Ручной аэробот, — Вортекс зло рассмеялся, закашлялся и выплюнул энергоновый сгусток. — Чего здесь забыл?
Он пристроился уютно, как на своей платформе. Обнаглел!
— Уники. А ты чего полез? – опустившись на твердую поверхность, Эйр пошел в ангар, который ему выделили в качестве небольшого бонуса. Белковые благодарили его за спасение груза, и уники уже приятно пополнили счет.
Зайдя внутрь, он усадил Вортекса на пол. Для удобства могли бы хоть платформу какую-никакую выделить. А то ангар есть, а наболт он такой нужен? Впрочем, хоть это...
— Тебя залатать или сам?
— Соберусь, — Вортекс беспечно махнул рукой, — У меня мелкое задание было. Я его даже не завалил.
Откуда-то из подпространственного кармана выпал небольшой — для трансформера — пакет, и Вортекс им победно тряхнул.
— О, и часто у тебя такое, что не заваливаешь? – фыркнул аэробот, протягивая ремнабор Вортексу, — чувствую, что теперь буду постоянно таскать с собой двойной набор: слишком уж часто ты оказываешься рядом. Не иначе, как милость Праймаса тебя хранит, – рассмеялся Эйр, усаживаясь напротив вертолета.
— Я никогда не заваливаю задания, — фыркнул гордо вертушка, разваливаясь прямо на полу, и лениво начал колупать хрустнувшие пластины.
Выглядел он снова как картинка из порносправочника. Специального, для любителей побитых жизнью вертолетов.
— Даже так? – аэробот едва не хрипнул вентсистемой, глядя на Вортекса. Конечно, его не особо привлекал полудезактив, но очень уж… интересная поза. — Шлак, да ты невозможный! Тебя товарищи убить не хотят? – хмыкнул Эйр, глядя на то, как латает себя вертолет.
Разбитые щитки приходились аккурат на внутреннюю сторону бедер, и теперь картинка складывалась, как будто вертушку отконнектил кто-то крупный.
Вроде стотонного транспортника, будь он не слишком аккуратен.
— Куда они денутся? — Вортекс хмыкнул, заливая искрящую проводку антистатиком и рем-гелем. — Куда денутся?
Эйр поудобнее устроился на полу ангара, стараясь как-то себя унять. Доводы в стиле «некрасиво лезть со штекерами наперевес к побитому меха, да еще десептикону!» и «надо держать себя в руках!» не работали. Ну и почему это задание не могло закончиться как-нибудь… не столь платформенно?
— Да уж действительно. У них явно другого выхода нет.
— Иначе им придется искать новую левую руку, а я лучший из лучших, — вертушка фыркнул и раскрылся, как на ремонтной платформе, сосредоточенно запаивая порванные провода. — Хотя я, похоже, скоро совсем развалюсь, так что буду ловить приключения напоследок.
— А не легче было бы не нервировать своих согештальтников, и сидеть в кварте ровно? – Эйр задумчиво взглянул на сосредоточенного на ремонте десептикона.
«Специально или только показалось?» — философски спросил сам себя транспортник, и безнадежно заключил: «Нарывается».
— Надоело болтаться бесполезным довеском, — кратко уронил дес, соединяя другие провода. Нога провокационно дернулась. Белковые не торопились забирать свой пакет, и Вортекс не спешил, мирно продолжая чиниться.
— Не болтайся довеском. Не думаю, что нет способов держать себя в форме, – Эйр пожал плечами, стараясь избегать слова «вылечиться».
А то еще потом придется успокаивать любыми способами злобного и отчаявшегося десептикона, которого и не удержишь руками толком – еще чего переломашь ему.
— В форме? Это что, как белковому, брать веса? — хмыкнул вертолет, убедительно изобразив рукой покачивание гири, — Да ну. Ладно, щас дочинюсь и свалю, не парься, не буду я занимать твой угол до упора. Могу хоть прям щас.
Он собрал ремнабор и приподнялся, планируя и правда убраться.
— Мог бы попробовать и как белковый, – с улыбкой пожал плечами автобот. — Я не парюсь, что ты занимаешь… мм… «мой» угол, при том, что он мне и даром-то не нужен... Ржа, да чинись уже нормально! Отдашь пакет, вернешься к гештальту! А то сгинешь, меня потом совесть съест.
Эйр потянулся и мягко нажал на плечи Вортекса, заставляя опуститься на место.
Винты злобно клацнули, но вертолет сел, запуская дополнительные протоколы саморемонта. От него резко пахло свежим энергоном и пожженными схемами, как после бурного интерфейса. И клыкастая ухмылка — убранная боевая маска в любом случае воспринималась не иначе чем приглашение.
Поставив блок на себе, как на нормальном, адекватном меха, который ну нисколько не фанатеет от дезактивной романтики, Эйр потянулся к Вортексу, опираясь одной рукой о стену ангара. Другой ладонью он уже почти привычно накрыл основание винта, пуская на пробу первые искры.
— Надеюсь, у тебя нет привычки на ремонте устраивать интерфейс?
— Отвали, — Вортекс ухмыльнулся совсем уж непристойно. — Снова винт погнешь, железяка. Ты меня сейчас пережжешь.
И несмотря на миролюбивый тон, пушку — ту самую, подаренную — он недвусмысленно прижал к брюшным пластинам транспортника.
— И это говорит тот, кто без меня сейчас лежал бы грудой покореженного металла на посадочной площадке... в лучшем случае! – фыркнул Эйррейд, убирая руку от винта. Хотя порядка ради стоило бы его жахнуть хотя бы разочек так, чтоб не наставлял подарок на дарителя, но наболт. — Или был бы ободран до остова местными. Одни винты бы остались.
— Не из такого выбирался, — ласковую улыбку слегка портили клыки. — Если хочешь интерфейса, ты — принимающий. А так я не против проводами попутаться.
Пушка сложилась, уходя на предохранитель, и теперь он поддел возмутительно прочную и целую брюшную броню Эйра кончиками пальцев.
— Я к нему с высокими чувствами, а он «хочешь интерфейса»! Нет в тебе никакой романтики, Вортекс, – фыркнул Эйр, но отодвинулся, переставая нависать над десептиконом.
— Ну нет, и чего? — дес хмыкнул. — Да, да, знаю я все твои автоботские мысли, я грубая тварь и непонятно что делаю в летучках с такой приземленностью. Это ты со Старскримом не общался. Так что хочешь трахаться — подставляй порты.
— Старскрим бы на мне потерялся, – рассмеялся аэробот. – Даже я таких условий железных не ставил про порты. А как же предварительные ласки, поцелуи и прочее? А то такое ощущение, будто ты боишься, что тебя кто-нибудь сейчас застанет за непотребством.
— Да кому я нужен, — вертушка фыркнул и несколько сполз. — Будут тебе предварительные ласки, не пищи, порхалка. А как починюсь — такое устрою, что до дезактива подтекать будешь от воспоминаний.
— Начинай бухтеть про то, что мир несправедлив, ты никому не нужен. Я как раз включу грустную музыку, чтоб все было по правилам, – Эйр расставил ноги и глянул на десептикона с легким вызовом. – Надеюсь, что ты таки знаешь, что делать. А то у меня до сих пор ощущение, будто ты нулевка. Наверное, потому что ты меньше меня.
— Потому что ты идиот, — нежно проурчал Вортекс, удобно устроившись напротив и возбужденно гудя кулерами. — Тем и симпатичен. Панель сними.
Он потер металл кончиками пальцев, намекая раскрыться.
— О, я тебе нравлюсь не только идиотией, верно? Ты просто стесняешься признаться! – Эйррейд открыл порты, но слегка прикрылся, поглядывая на Вортекса с наигранной опаской — будто и впрямь не верил, что тот бывал передающим.
Проигнорировав насмешку, Вортекс без церемоний слил в открывшиеся системы мощный разряд, покрепче схватив свободной рукой бедренную секцию аэробота. Опыт, да: он так расставил локти, чтобы даже рухнув, транспортник ему не смог ничего повредить.
Эйр плавно грохнулся на спину, подыграв Вортексу — его действия вызывали пока лишь приятные покалывания, не добирая до лавины ощущений и дичайшего желания интерфейса здесь и сейчас, как он почему-то надеялся. Но вспышка была... приятной. Очень. И они только начали.
Вертушка пакостно хмыкнул, устраиваясь поудобнее, и вот теперь-то принялся за подготовку в полную силу, почти сразу добившись брызг антифриза.
Длинная глосса легко проникала между плотно поджатых прохладных деталей, на доли кликов замыкая соединения так, что корпус партнера подергивался. А еще — снова развернувшиеся поля, и выдохи горячего пара из вентиляции прямо в системы... и снова уколы, соединяющие капли конденсата и загоняющие их до замыкания нежных глубоких пластин, больно и ощутимо.
Эйррейд вновь всхлипнул вентиляцией, наконец-то расслабляясь и получая удовольствие – давно он не подставлялся кому-либо, не с его габаритами... но приходилось контролировать себя — не покалечить, не сломать партнера: в лучшем случае сломает до дезактива, в худшем — не до дезактива.
Мстительный Вортекс — куда хуже, чем Вортекс, увлекшийся его портами, дразнивший, ловивший струйки энергона, срывающиеся от пробоев у топливных шлюзов. Через клик он просто согнул ноги, зафиксировав шарниры, чтобы точно не придавить — глосса почти сорвала ему чувствительный сенсор давления, и весь корпус прошило дрожью.
Эйр, в очередной раз всхлипнув вентсистемой, потянулся к своему сабспейсу, подрагивающей рукой пытаясь нашарить кое-что очень ценное, и ухмыльнулся, когда пальцы сомкнулись на нужном объекте. Он потянулся к Вортексу, отвлекая на клик от процесса и подняв ему шлем, и вложил в рот конфету. Согнулся пополам, чтобы успеть поцеловать — и Вортекс его немедленно укусил до энергонной течи, и прорвал оболочку конфеты заодно.
И дернулся, неприлично охнув: в форсунки втянуло целый глоткок энергофлюида, от которого заискрило внутри, и обожгло топливопровод. Эйр глухо рассмеялся, отодвинувшись и поднимая пальцы, сжимающие еще одну крохотную сладкую сферу:
— Мм?
Вортекс ухмыльнулся, оскалившись, как абсолютный псих, и одним рывком вогнал джампер в раскрытые соединительные порты. Его передающая система особыми апгрейдами не оснащалась, зато он умел пользоваться полями и током так, что даже насильно сконнекченные долго не страдали.
Аэробот не удержался, застонал от давно забытого ощущения, когда все порты забиты штекерами партнера. Умелого партнера! Совсем откинувшись на спину, Эйррейд закинул в рот сферу энергофлюида, чувствуя на глоссе вкус собственного энергона и сладость.
Ладони тоже оказались под броней, Вортекс быстро приспособился к размеру партнера и вовсю пользовался, впихнув одну руку под самую камеру Искры, вторую — глубоко в топливные системы, царапая швы трансформации, продирая когтями по сенсорным узлам до боли.
Эйррейд не смог удержаться от подобия высокочастотного писка, когда когти Вортекса сжались рядом с Искрой, так это пробрало. И дальше лучше – Эйррейд мучительно вздрагивал в коннекте, то выгибаясь так, что едва не скидывал партнера, то вжимаясь в пол до скрипа широких крыльев. Впрочем, скинуть того, кто впился под самую Искру, стало бы последним идиотизмом в его активе — и Эйррейд решительно заблокировал себе шарниры, теперь только слабо трепыхаясь от кайфа.

Вортекс решил, что в следующий раз такую железную болванку будет интерфейсить на стенде в блокираторах, и впился сильнее, вкручивая пальцы совсем глубоко в тонкую машинерию, под ушедшие внутрь чувствительные и плотные элементы, в мягкое сплетение проводов у ложемента Искры, и стряхнул один за другим мощные разряды.
Эйррейд совершенно непотребно заскулил, испуганно-жалобно: еще несколько кликов такого – и он перегорит! Хотя такой дезактив... ш-шла-ак... не худший дезактив!
Губы, искрящие от электрофлюида, впились ему в рот, и жестко замкнули цепь. Неестественно для интерфейса, но так разряд вышиб предохранители уже под шлемом, загоняя в перезагрузку чуть не до сброса к заводским параметрам.
Откат вышиб Вортекса в офф, почти пережигая схемы, и он с хрипом осел сверху — системы от мощной вибрации потрескались, энергон лился теперь частой, хоть и мелкой, капелью, но Вортекс счастливо скалился даже в оффлайне.

Эйр вернулся в онлайн нескоро, даже не собираясь сверяться с внутренним хроно. Шла-аков кайф! Только вот внутри ощущалось как-то... мокро. Непривычно, но не отвратительно: его системы всегда были смазаны только там, где надо, а теперь буквально все покрывала жидкость.
Опустив взгляд на Вортекса — и клик фокусируя оптику — Эйррейд понял, в чем дело. У этой ржи опять потрескались магистрали, а фейсплейт выражал полное и наглое блаженство, хотя системы фонили так, что из перезагрузки шлак мог вылететь прямиком в стазис, не приходя онлайн. Ну... по крайней мере, он отстыковался.
Эйррейд аккуратно отодвинулся от партнера, стараясь его не повредить еще больше. Надо было бы подождать — медиков еще этой рже магистральной тащить, не дождется... Хмыкнув, Эйррейд нашел в сабспейсе «универсальную губку», которая, если верить ушлым рекламщикам, чуть ли не броню гравировала. Это с прошлого здания, где обещали грязь и мерзость. Вортексу, что ли, предложить?.. Галантно поделиться тряпкой. Эйррейд снова хмыкнул, занимаясь броней.

Не прошло и трех бриймов, как с негромким скрежетом серво Вортекс развернулся, облив соседа еще полулитром топлива, и даже включил оптику.
— Ну почему мне так шлаково после и-фейса, — мрачно простонал он, забираясь на обширную грудную пластину.
Эйр вздрогнул, а затем вздохнул устало: очередная порция чужого топлива хлюпнула прямо по едва отчищенным местам, снова пачкая до безобразия. Энергон уже начинал густеть.
— Может, потому, что стоило сидеть в отсеке и чиниться, вместо того, чтоб вылетать на задания? – Эйррейд уставился на него вплотную, раз уж Вортекс мешал ему почиститься. — У меня что, Искра теплая, что ты так трогательно к ней ластишься?
— Да поболту, мне тут удобно, — теперь Вортекс еще и ноги подобрал, полностью умостившись на Эйррейде, — И я тут планирую немного подремонтироваться. Кстати, верни энергон. Так тебе влил, что у самого почти ноль.
— Как это мило, заправка товарища на грани оффлайна... – Эйр рассмеялся, прикрыв Вортексу винты ладонью. Хлипкий, да еще свернулся комком вокруг Искры... — Держи свой энергон, — Эйррейд с трудом смог забраться в сабспейс, и поставил куб на грудную броню, рядом с фейсплейтом Вортекса.
— Увлекся. У тя баки здоровые, а я люблю до писка накачивать, — беззастенчиво признался вертолет, забирая энергон, и тут же сунулся в сторону сабспейса. — Сладкий есть?
Он снова поерзал, потихоньку уговаривая свой куб, и еще раз мысленно счел Онслота гением, а его идею лечения об врага — достойной воспевания в гимнах. Системы от такого объекта завоевания и удержания восстанавливались гораздо быстрее прежнего.
— Я же сейчас не маленький наивный джет, – Эйррейд пожал плечами и едва не рассмеялся – настолько заинтересованно смотрел на карман вертолет. Играет в спарклинга, ржа хитрая. Он достал из кармана еще и пару сладковато-острых сфер, на этот раз без возбуждающего эффекта, протянул — и через клик конфет не осталось, а Вортекс притушил линзы с довольной ухмылкой.
— Я в перезарядку, — теперь он вытянул ноги, обдав Эйррейда брызгами топлива, и уткнулся визором в шейные магистрали.
— Угу, – согласился Эйррейд с осознанием бессмысленности ответа — его все равно уже не слушали.
Может, и самому на пару джооров в перезарядку?.. Вид себя в грязи ужасно раздражал, а сбросить Вортекса... Эйррейд хмыкнул, и осторожно пригладил торчащие винты.

Системы слежения разбудили его с тревожным маркером "Несанкционированный доступ в системы": Вортекс не только очнулся, но и сосредоточенно ковырял его грудную пластину, проходясь кончиками пальцев по приоткрытому шву трансформации. Он молчал, но вентиляция частила, как от возбуждения.
— А нельзя было просто разбудить? – недовольно буркнул Эйр, пытаясь мягко стряхнуть со своей груди наглого десептикона. Дважды подставляться не особо-то хотелось.
— Не-а, — Вортекс дотянулся до мембран снаружи камеры Искры, и от каждого разряда с выдвинутого когтя все системы в грудной части дергались и сжимались. — Ты ж сгонишь. А мне нравится, когда угумп...
Он увлеченно куснул магистраль, не закончив фразу.
— А ты так прямо боишься, что сгоню? – фыркнул Эйррейд, часто вздрагивая – Искра очень остро отзывалась на эти уколы. Он немного потерпел экзотическую ласку, потом осторожно опрокинул Вортекса на спину, сдерживаясь – ему не нужен был мертвый десептикон.
В конце концов, это означало бы дипломатические проблемы, даже если быстро избавиться от корпуса в джунглях... К тому же Вортекс потрясающе улыбался и облизывался острой глоссой, даже когда неудобно лежал на собственном винте.
— Ну а чего, сгонишь ведь, — он закинул руки за шлем. — А то нет?
— Точно. Сгоню, назову извращенцем, а потом еще и слухи буду распространю по Кибертрону, что меня изнасиловал десептикон в полтора раза меня меньше. Ты себе это как представляяешь?
Эйр провел ладонью по груди вертушки, подумал об этой игре с Искрой, но отврг идею – ему, автоботу, лапать чужую Искру без разрешения?.. К тому же он не любил ласки с чисто моральной отдачей: забавно, конечно, наблюдать, как другой мех дергается, но мало ведь, ржа.
Транспортник коснулся паховых щитков, чуть-чуть приподнятых, не замкнутых на плотную посадку магнитных замков. То ли от предыдущего интерфейса, то ли Вортекс намекал на продолжение.
— Меньше не значит хуже, — авторитетно хмыкнул Вортекс, пытаясь вывернуться, пока наконец не догадался просто развести ноги. — Я все равно могу оторвать тебе башку, раз уж не покатаю по-свойски.
Его когти теперь легко раздвинули крупные шейные магистрали и слегка прижали заглубленный сенсорный узел, а сам вертолет поерзал, проливая хладагент.
— Можешь. Но тогда кто тебе сделает приятно? БластОфф? – фыркнул транспортник, пробираясь пальцами между щитками, и сбрасывая попутно искры электричества.
Реагировать на такое наглое закапывание он счел излишним. Не убьет же его Вортекс? Не сейчас.
— Он скучный, — признал вертолет, прогибаясь настолько, насколько вообще позволяла конструкция.
Вентиляция у него едва справлялась с охлаждением перегревающихся систем.
Не дождавшись реакции, он мстительно слил статику прямо в этот самый сенсорный узел на такой мощности, что на несколько кликов Эйру заклинило сервоприводы шеи и прошило почти болезненным разрядом до центрального процессора.
— Ш-шлак, – прошипел аэробот, чувствуя, что не может пошевелить головой, и с той же мстительностью приставил пальцы к портам, и дал такой разряд на контур касания, что между пластин плеснул вперемешку с хладагентом энергон.
Вортекс судорожно захрипелл, и снова дернулся вверх, свободной рукой упоенно сдирая активную краску до металла.
— Охр-ренеть, — подцепленное словечко белковых идеально характеризовало его состояние, — Коннекть уже!
— Броню втяни. Или мне ее выдрать? – Эйррейд еще раз ударил разрядом по портам, не плавяще, но ощутимо. Заодно щелкнул и своими щитками, убирая их в пазы, и зная, что Вортекс увидит его джампер, и, наверное, слегка испугается. Это заводило.
— А ты сможешь? — не на шутку заинтересовался Вортекс, слегка сбив настроение, но проверять не стал. Его порты уже искрили вовсю, и энергон из неплотно закрытого шлюза сочился тонкой струйкой.
— Могу. Я же не Оптимус Прайм, – Эйррейд хищно фыркнул, качнулся, примериваясь, и засадил Вортексу всю мощную скрутку, и шланг тоже в соблазнительно приоткрытый шлюз — заправить ржу, чтоб захлебывался и кашлял энергоном!
Он сонастроил инфопотоки очень вовремя — Вортекс заорал, срывая вокалайзеры, потом упоенно завыл на высокой ноте.
"Ты трахаешься как десептикон", — успел с диким восторгом проорать он по связи, пока системы входили в синхрон. Каждый разряд в системах моделировал его вой, создавая запредельные стоны.
— Сам научил, – хрипло выдохнул Эйррейд.
Он прижал ротор винта, и резкими толчками принялся раскручивать Вортексу движок передачей по джамперу. Кристаллическое извращение! Он торопился загнать Вортекса раньше, чем тот развалится наболт, хлипкая ржа, — и заливал его до предела.
Из переполненных магистралей энергон стравливался через горловые форсунки по открытым в вопле губам, и это заводило до боли, но Эйррейд боялся доломать партнера.
Вортекс на нем повис, обхватив ногами под коленными шарнирами, притянувшись магнитными захватами в ладонях, и впившись когтями так, что уже глубоко пропахивал металл. Эйррейд пустил ток по пальцам на заблокированный ротор, резкими рывками взвинчивая движки, не давая расслабиться, заставляя на каждом мощном разряде прогибаться и стонать. Не удержавшись, он потянулся целовать этот бешеный шлак, зная, что Вортекс опять укусит.
Однако, к его шоку, Вортекс не куснул, а ответил, глубоко и жадно. Винт звенел от волн вибрации — каждый разряд прошивал легкий корпус до Искры, пока Вортекс не превратил обычный поцелуй в нечто еще более развратное, чем коннект.
Эйррейд снизил интенсивность разрядовпо джамперу, немного остывая и заодно дразня Вортекса, мгновенно перегревшегося и стравливающего раскаленный воздух из вент-систем. Пауза длилась недолго — Эйррейд уже не мог терпеть, не разрывая поцелуй, касаясь глоссой сенсорных полос внутри, и ощущая ответные касания, возбуждающие до боли. Снова слив на ротор разряд, он усилил передачу по джамперу, ловя срывающиеся откаты.
Пальцы очень убедительно прижали ему сенсорный узел под самым краем шлема.
"Не смей больше останавливать...ся" — даже мысленная речь Вортекса сбоила. Он выдавал откаты, как танк, и едва слышно рычал.
— Наглый шлак, – Эйррейд едва сдержал себя, чтобы не дернуться, и, с целью отвлечься принялся дальше играть с винтом Вортекса, заодно скинув партнеру трансляцию с оптики – вид на шлаково прекрасную горячую вертушку на джампере.
Негромко всхлипнула система охлаждения. Эйррейд прихватил Вортекса под фюзеляж и сам сел удобнее, чтобы уж точно не раздавить после близкого оффлайна перезагрузки. В ответ его накрыло, словно кассетной бомбой, эмоциями с прошлого раза, с видом на собственную приоткрытую грудную броню и великолепным саундтреком из воплей и стонов. Вортекс и не думал отцепляться, словно приварившись к грудной броне, впиваясь до сорванной краски. От давления топлива он снова подавился энергоном, текущим из уголков рта, и вновь потянулся целоваться.
Целоваться, слизывать потеки энергона — р-ржа, это все до боли заводило.
— Шлаков сластена, – проворчал низко Эйррейд и скинул еще пару файлов с самого первого их раза, когда они не поделили новую игрушку.
Вортекс застонал, потом все-таки засмеялся, заставив вокалайзер работать как надо, и стравил еще немного энергона, так, что губы покрылись потеками.
"Да тут больше твоего топлива, чем моего", — его сообщения отчетливо звучали с улыбкой, хотя очередные искры по винту заставляли судорожно выгибаться и поджимать все системы, — "Я настолько крут, что могу жрать конфеты без сомнений".
— Или ты еще шлаков спарк, – с помехами в голосе едва ли не прорычал аэробот, стараясь вывести на финишную прямую обоих.
Терпение таяло, и сам Эйррейд не хотел вылететь в перезагрузку раньше Вортекса, снова и снова облизывая его и целуя. От укуса Вортекс едва удержался, сохранив минимум рабочих процессов, сконцентирированных на кайфе. Он насильно замкнул обратную связь, обрушивая мощные эмоции из суженного до упора диапазона. С жутким скрежетом его когти проехались по броневым пластинам Эйррейда, а сам Вортекс вслух почти всхлипнул, снова давясь энергоном и выплеснувшимся маслом.
Попытка удержаться на грани была абсолютно провальной — Эйррейд захрипел сорванным вокалайзером, обрушившись в тотальную перезагрузку систем, и застыл памятником самому себе. Ну или платформой для Вортекса.

Эйррейд там, на планете, несколько раз спрашивал Вортекса, шлака он вдруг так увлекся бывшей жертвой, но Вортекс моментально отвлекал его самыми разными способами. И хотя интерфейс был неплох, внимание льстило, и все нравилось, Эйррейда не оставляло это недоумение — шлака Вортекс липнет? На конфеты запал, или джампер нравится?..
На Кибертроне он совсем забыл про этот маячок беспокойства, а в личном отсеке подхватил вертушку на руки, таща к платформе. Вортекс расхохотался, цепляясь за него всеми конечностями.
— Ладно, хватит, хватит пока с меня интерфейса! Дай энергону, а? Все стравил, что мог, — он ухмылялся, убрав маску.
И от воспоминания о дурацком быстром коннекте в коридоре между между кварт, где Вортекс еще и вел — неловком, неуклюжем и кайфовом, с риском попасть в сеть в самых интересных видах, — Эйррейд сам засмеялся, ощущая что-то очень теплое у камеры Искры.
Дверь хлопнула у них за спинами.
— Я смотрю, твоя броня стала попрочнее? — Онслот занял сразу весь отсек, и вертушка легко перелетел на антигравах лидеру под бок, подставляясь под широкие ладони со сканерами.
Эйр медленно повернулся всем корпусом, перещелкнул броней — звук не сулил Онслоту и компании ничего хорошего.
— Неужели побеспокоились о своем вертолетике? – голос аэробота превратился в низкое рычание. Рзавели шлаков проходной двор!
— Это наша вертушка, — рыкнул в ответ Броул.
Вортекс заворчал от поглаживаний по брюшным пластинам, даже не подумав захлопнуть маску, и нагло ухмыльнулся.
— Все ок, — БластОфф провел над ним сканером, — Все, эта ржа кончилась. Можно заново переобшить, и выступаем гештальтом.
— А то что? Ваша левая нога меня продаст? – Эйр уставился на Свиндла, который особенно и не отсвечивал, что-то вкручивая по связи Онслоту. Вызывать своих, устраивать в своем же отсеке драку... провели как последнего идиота! — Симпатичный вид. Главное, все понятно, «ржа кончилась», наболт, – Эйррейд тяжело уставился на Вортекса, пристроившегося на коленях гештальт-лида, и даже не думавшего отвести взгляд.
— Все? Все проверили, наездились на автоботах? Микроэкономика восстановилась? Можете валить, десептохлам.
Эйррейд едва удерживал голос от срыва, и себя тоже — шлак, активировать бы весь арсенал!.. Сейчас не хватало той пушки, подаренной Вортексу. Подаренной. Единственное объяснение — «десептиконы».

Вортекс беспечно помахал на прощание, позвенел винтами, снова тиская командира, державшего его на весу, и уже забыл про Эйррейда, яростно общаясь на закрытом канале, аж антенны грелись. Не обернулся.
Задержался только БластОфф:
— ЭМ-импульсы интерфейса постепенно выжигали наниты. Наши импульсы его пережигали. Удачно, что тебе очень нравится наш шарк.
— Кому удачно...
Эйррейд злобно фыркнул, и проводил его взглядом. Дверь захлопнулась, а он все сидел, пытаясь собрать рассыпающиеся мысли. Итог —ну их всех к Юникрону на рога, этих десептиконов, их нравы, их ш-шлак... Они могли исчезнуть, так ничего и не объяснив. Хотя нет. Не могли. Как же не поиздеваться над доверчивым авти. Шлак.
Эйррейд вызвал своих, предложил пойти в бар – просто так, а раз у всех выходной, то вообще отлично, можно выпить!.. Хорошо, что буквы не могли дрожать так, как трясся от ярости он внутри.

Аэроботы уже полтора джоора сидели в последней заправке, самой лучшей из череды сегодняшней пьянки, уже сливавшейся в сплошное гудящее пятно. Они шлаково давно не встречались вот так командой, просто посидеть — то у Сильвера задание на другом краю Вселенной, то у Файра срочные вылеты, то Эйр на серии миссий... А тут — повезло.
Шумная заправка вокруг, товарищи, энергон — но Эйр то и дело возвращался памятью в тот недавний, слишком недавний шлак с боевиконом. Наверное, надо было радоваться. Он, р-ржа заешь, помог Вортексу своим вниманием вылечиться от нанитов, и корпус у того больше не трескался, но... но, кажется, Эйр не был нормальным автоботом, со всей этой добротой и альтруистичностью. Ему хотелось убивать.
Ладно, иногда еще хотелось трясти Вортекса, а потом коннектить за такую ржу. За то, что сам ржа космическая. Поюзал и бросил, как, ш-шлак, прибор безыскровый!
— Эйр, ты чего задумался? – перед оптикой махнула ладонь, возвращая в мир и заставляя сфокусироваться на руке, а затем и на ее обладателе.
— Да не... просто думаю, что давно мы не виделись, а тут удача, – Эйррейд криво усмехнулся, и увел куб от жадных лап Слингшота. — Да ржа, тебе меньше всех заплатили? Закажи себе такой же энергон... или хочешь с моих рук? — постепенно отпускало, и ухмылка вышла не такой жуткой.
— Как деса кормить, так первый! — обиделся Слингшот, утаскивая кубик у рассеянного Файфлайта. — Ладно, забей.
— Не понял, – Эйррейда будто огрело. Шлак. Он думал, что товарищи не в курсе.. ладно, отыграется, хотя внутри снова мучительно скрежетнуло, — Хочешь, чтоб я тебя кормил – подставляй порт.
Чтоб этих всех десептиконов!.. Смотреть вокруг не хотелось: та же заправка, что и тогда, те же наглые вопли и хохот с десептиконской половины, а шанс столкнуться с одним винтокрылым не радовал.
— Эй, да я поимею кого захочу, — пьяный скрипучий вопль за спиной определенно принадлежал кому-то из Первой триады.
Этот бар вообще был «летучим», остальные могли попасть сюда только в чьей-то компании, приставать к таким — все равно что на драку нарываться.
Эйррейд напрягся: это чего, их всех на интерфейс перекосячило, десов ущербных, или ему одному так не везет?.. Хотя вон Силверболт тоже напрягся, а ведь вроде с чего ему... Эйррейд заказал еще пару кубиков, так уж и быть, один отдаст Слингу, чтоб не расстраивался. Он постарался отогнать от себя не очень приятные мысли. Ну десептохлам, ну что с него еще взять? Хорошо хоть, не этот винтокрылый постоянно был передающим…
За спиной раздался еще и знакомый, слегка маниакальный хохот. Значит, и Вортекс тут, жизнерадостно празднует, и ничуть не стесняется.
К столику почти что на антигравах подплыл абсолютно в болтик пьяный Скайварп, решивший пристать ни много, ни мало к Силверболту, и на остальных внимания не обращавший. Гештальт опасно притих. Наглая лапа Слингшота, уже подтягивающая к себе чужой куб, тоже замерла на полдороге.
Нет, они не сомневались, что Сильвер красавец. Даже с партнерами. Правда, без постоянного. Наглый джет очень сильно нарывался, предлагая Сильверу «пойти с ним». Эйррейд с восторгом приготовился хорошенько вспомнить войну, добавив немало личного.
— Эйр, идем.
Слингшот захватил недопитые кубики и подергал друга за крыло, мешая активировать оружие. Пришлось повиноваться: Сильвер под шумок решил сбежать, рядом с ним Скайдайв что-то говорил, а сам Скайварп уже мгновенно испарился, хотя никто не сомневался, что это не финал.
Настроение пропало, гештальт двинулся к выходу, и снаружи Эйррейд задержался — знакомые винты, стоит спиной... Вортекс что-то обдумывал, может, общался по связи, но самого транспортника не замечал. Скинув своим, чтоб не ждали, Эйррейд чуть отошел, коварно ухмыляясь, заходя чуть в сторону. Вот и подходящий момент.
Еще клик — и он вцепился в ротор, выворачивая его по диагонали. Поднял некрупного кона и стремительно двинул в сторону, от бара. Вылечился, беречь броню не надо!
Почти клик Вортекс еще подвисал, еще клик пытался осознать происходящее — все же набрался он чем-то ядерным, и в итоге развернулся уже за пределами бара.
— О, здорово, — он жизнерадостно вмазал Эйррейду в плечо. — Чего надо?
— Поиграть, – ухмыльнулся Эйррейд, перехватывая ему руку. Конечно, можно было устроить старую пытку, потаскать по воздуху... но нет. Нет.
Оттаскивая его дальше, Эйррейд все думал – и почему бы просто не избить эту ржу? Нет же, тянуло... Он выбросил лишние мысли, возвращаясь к рельности.
И тут-то до него медленно стало доходить: Вортекс даже не думает сбегать. И вообще как будто рад встрече настолько, что запустил шлакову лапу по самое запястье под крыловую плоскость, и там сосредоточенно шарит в поисках сенсорных зон.
— Круто, — неадекватно согласился Вортекс. — Я тоже хочу... поиграть.
Эйррейд грохнул его спиной об стену и прижал всем весом, чтобы не сползал. Шлак, не отбивается, не против... это из-за нескольких десятков циклов вместе?.. Возможно, он просто напился, или это просто шлаков кон со своими заморочками. А уж автоботу понять мысли кона – нереально. Ш-шлак, слишком трудно, да и кому, к Юникрону, оно надо? Он же тут.
Эйррейд потянулся ладонью к уже разъезжающейся паховой броне.
— Эй, ржа, я передающий, — Вортекс лениво отбивался, больше лапая, чем действительно пытаясь вывернуться.
Аэробота успокоила простая мысль — если что, Вортекс проявит свое мнение исключительно неприятным способом, вроде выстрела под грудную пластину. Пока вертушка не орет и не стреляет, он явно не против.
— Конечно, – бездумно кивнул Эйррейд, пропихивая пальцы между неплотно пригнанными пластинами, и сразу же пуская электричество по ладони. Аэробот ждал, что пара искр отправит десептикона в перезагрузку, но не стеснялся по части мощности разрядов, так что рука скоро скользила по маслу и энергону.
Винт угрожающе прокрутился — мощные лезвия могли бы очень неприятно надрубить топливопровод, а то и срезать кусок брони. Пришлось блокировать ротор — как этот шлак обожал. На этот раз Вортекс не расщелкнул маску, и орал очень приглушенно, это почему-то смешило и заводило одновременно.
Почувствовав, что броня скользит под пальцами, Эйррейд притиснул пальцы к открытым портам, сбрасывая еще серию разрядов и отвлекая от собственного расщелкивания джампера, а потом загнал без церемоний до ограничителя.
Когти плавно срезали с его наплечных пластин металл стружкой, пока в порты срывалась первая статика. Наэнергоненный в искорку, Вортекс восхищенно мерцал оптикой.
Эйррейд перехватил его поудобнее, привычно сбрасывая разряды на винт — до привычного же стона, до восхитительного поерзывания на джампере, проминающейся топливной мембралы и стыковки. Накачать эту ржу, чтоб разбавить его взгонку, ш-шлак!
На этот раз Вортекс реагировал чуть иначе, ежился и кликал вентиляцией сильнее обычного, и даже постанывал совсем тихо. Присадки драли по шлангам странным мощным кайфом, тоже прилично сносящим проц. Эйррейд потянулся вперед и уткнулся в маску, принимаясь неторопливо, с наслаждением раскручивать кона на реальную открытость, потушил линзы — и резко зажег снова от непривычного толчка. Вортекс удобно уперся ногами в мощные крыловые плоскости аэробота, передавая на них вибрацию и искры с брони — достаточно сильно, чтобы разогреть даже слабую воздушную сенсорику транспортника. Эйррейд глухо заворчал от этой приятной щекотки, и покрепче вжал партнера в стену, выдыхая разогретый воздух на открытые шейные магистрали, лизнул их, не задумываясь, и впился дентапластом. Когти сняли широкую стружку, вопль мгновенно превратился в скрежет, и вертушку вышибло в перезарядку.

Эйррейд выругался, прижимая обвисшего кона, фыркнул и переступил на месте, пристраивая удобнее. Трясти его не хотелось – Вортекс так трогательно лежал на руках, еще и забитый кабелями и шлангами чуть не до Искры. С другой стороны — хотелось отсоединиться и бросить его тут.
Да и вообще, какого Юникрона он вырубается так шустро, раньше дольше держался? Или все дело в сверхзаряженном?
Сам Эйррейд не был слишком пьян, но просто ошалел от такого поворота событий. Да и шлаковы присадки Вортекса ударили по системам...
— Эй, ржа, – несильно потряс вертушку Эйр, зная, что зря – пока тот сам не очнется, можно его хоть на части распиливать.
Совершенно оффлайн, нагло перезагружается на холодную, полностью погасив и теперь медленно запуская системы. Прямо хоть гордись. Да еще и грудная броня слегка разъехалась, показывая легкое мерцание Искры.
Эйррейд аккуратно поддел пальцем серый металл, приоткрывая Искру чуть шире: чистый мерцающий свет, заключенный в камере. Прекрасное зрелище. Аэробот хмыкнул и отсоединился: сколько можно, ржа. Да и оставлять тут его, с приоткрытой камерой Искры… нет, нельзя. Трансформировавшись и с некоторым трудом закинув Вортекса грузовыми манипуляторами внутрь, Эйррейд стартовал к дому.

Стон, свидетельствующий о приходе пьяного механизма онлайн, прозвучал трагично.
— Как мне ржа-аво... — Вортекс дернул ногами, — Бласт, ты чего мне влил, шарк?
— Я без понятия, чем он тебя накачал. Спроси, может, он ответит, – Эйррейд оторвался от датапада, где листал очередной контракт. Ну наконец он очнулся, ржавь пьяная. Все нормально: и отключка, и то, что вернулся онлайн именно сейчас. Четкая работа. Наверное, опять тот же Онслот просчитал. — И да, заранее – ты у меня в отсеке, оставить не мог, Искра открывалась. Но очень хотелось.
— Ох, наболт такие подробности... — Вортекс со стоном перевернулся на кокпит, стукаясь в платформу шлемом, — Я чего, сам полез? Не-ет, мне нельзя пить с этими шарковыми болта-ами...
Забавный вид. Эйррейд, чуть оттаявший, улыбнулся.
— Ну не сам, я тебя вытащил. Отвечал ты круто. По привычке, – настроение вдруг испортилось, и Эйррейд погасил датапад. Подождут.
— Да уж, с тобой привыкнешь... — Вортекс хрипло расхохотался и опять застонал. — Схемы прямо отваливаются, кусками... что я там пил?!
Он тяжко поерзал и расположился в позе звезды, растопырив руки и ноги, и винты тоже.
— В шлак мне сдалось уточнять, я со своими сидел. Могу предложить тебе энергон и тишину.
Настроение сегодня здорово скакало — от вида Вортекса снова что-то подплавилось в мягкость, и Эйррейд пошел к энергобару, как минимум, для себя.
— Лучше нейтрализатор дай, — Вортекс хрипло выдохнул, — И побольше! И не затыкайся, а то у меня глюк, что мир исчезает. Сенсоры сбоят.
— О, последний выживший в мире? А не много ли чести? – Эйррейд не смотрел на него, но взял небольшой куб с нейтрализатором.
Еще постоял, потом решительно подошел и сел рядом. Ротор винта топорщился, винты обвисли, и Эйррейда отпустило еще сильнее. Он легонько погладил серый металл:
— Переворачивайся. Сам зальешь, или мне помочь?
— Да сам, сам, — дес с некоторым трудом сел.
Гироскопы сбоили после ядерных присадок. И пальцы дрожали только так от рассинхронизации сервоприводов.
— Хорошо, – Эйррейд отложил свой куб энергона, и пристроил нейтрализатор в лапу Вортекса, чуть придерживая пальцы, чтобы не выронил, — Я только самую малость помогу.
— Угу, — Вортекс сосредоточенно убрал маску, и присосался к жидкости.
О да... теперь он ощущал себя еще хуже, но хотя бы не отравленным. Знакомое ощущение — все эти подрагивания и стоны.
Эйррейд внимательно следил, чтобы он не облился, ухмылялся втихомолку. Это же надо было так намешать...
— И с чего ты вдруг решил напиться? – он забрал опустевшую емкость и метко швырнул ее в утилизатор.
— С гештальтом... шарки ржавые, — Вортекс повернулся, и оказалось, что маску он снял, ухмыляясь во весь дентапласт. — И всем налить, куда я пропал! Да н-наболт... лады, — он выхватил куб у Эйра. — Свалю ща, если хочешь.
— Сиди уж, отдыхай. А то еще мир исчезнет, а ты потеряешься, – рассмеялся Эйр, и попытался встать — шлак с ним, пусть отдыхает, злость и обида совсем стихли.
В него немедленно впились всеми конечностями. Вортекс, погасив оптику, молча повис, снова сдирая когтями краску. Странно, шлак — вот еще бы в шейные магистрали впился, и можно считать симбионтом.
— Эй, ты чего? Тебя же вылечили?..
— Угу, — Вортекс подтянулся, куснул его легонько, — и ты сейчас ляжешь и подставишь порты, будешь хорошим автоботом. Ла-асковым.
Когти неторопливо перебирались по пластинам, царапая и стискивая металл.
— Просто потому, что тебе так захотелось?
— А то, — Вортекс снова его куснул, и легко облизал магистраль, сливая статику. — Ты же хор-роший маленький автобот... ладно, большой автобот, но все равно хороший, правильно?
Теперь он впился в паховый щиток, обжигая крепежи искрами.
— Я злобный, а ты — восставший из дезактива, – рассмеялся Эйррейд, и вдруг сорвался в сигнальный писк, чувствуя все более мощные разряды по паховой броне, по стыкам и швам. — Ладно, ладно, шлак неутомимый, — он закинул Вортекса себе на колени, позволяя прижаться от брюшной брони до кокпита.
— Тебе просто корпус сменили, гаечка, — фыркнул Вортекс, удобно располагаясь у него на брюшной секции — как раз умещался примерно целиком, только винты торчали.
Эйррейд фыркнул, проводя по винту и аккуратно его поглаживая, прозванивая слегка — скорее уже по привычке, не боясь что-то повредить. Лопасть с мелодичным звоном провернулась немного и замерла. Кажется, на этот раз десу хватило запала только заползти, и с видом победителя улечься сверху.
— Это твой способ сказать, что я — идеальная платформа? – Эйррейд тихо рассмеялся, продолжая гладить и легонько щекотать электричеством серую броню.
Системы Вортекса показали оффлайн, но впился он крепко, так, что без царапин не встанешь. И снова температура скачет... Эйррейд обнял Вортекса, снижая интенсивность вентсистем, чтобы самому разогреться — сэкономить энергию, а заодно стабилизировать кона. Сгонять его не хотелось: потом полировать царапины, лень, а с другой стороны… ему что, жалко для этой наглой ржи немного оффа в тепле? Все равно никаких планов.
Вортекс без маски чуть-чуть улыбался, и это выглядело очаровательно. Шлак. Эйррейд бездумно водил по спине и винтам Вортекса, поглаживая, и порой отпуская с пальцев искры – покалывая под стыками брони, они вызывали забавные подергивания. Приятно так лежать, пока Вортекс заткнулся и не готовит новую гадость. Эйррейд позволил даже загнать когти себе между шейных магистралей, и сам гладил дальше, то слабее, то сильнее.
Скоро Эйр ощутил слабый запах масла — соединительная система Вортекса даже в оффе отозвалась на легкую ласку. Аэробот оживился и принялся чуть более активно гладить его пластины брони, стыки — аккуратно, чтобы не вывести онлайн.
Десептиконское развлечение, но приятное: похоже, ему удалось загнать партнера в интересное состояние поверхностного стазиса. Редкое, приятное, требующее доверия... Он подвинул Вортекса чуть выше, и когти в магистралях сразу сжались. Нет-нет, не приходи онлайн... Эйррейд легонько тормошил его, со спины касаясь приоткрытой паховой брони, очень осторожно — это состояние легко прерывалось любым чуть более мощным воздействием.
Интересно, сколько он продержится и сколько функций включит в этой техно-дреме. И ведь доверяет — доверяет?.. Броня легко сдвинулась под пальцами — да, шлак, это значило, что Эйррейд в его протоколах прописан безопасным, доверенным.
Накрыв пальцами внешнее, частично разошедшееся кольцо приемной системы, Эйррейд продолжил легкую ласку, размазывая текущее изнутри теплыми легкими каплями масло. Потом, чуть наклонившись, принялся облизывать ему внешнюю броню, прикрывающую сенсорику шлема — там, где были едва заметные грани мед-швов и системных выходов. Системы разогревались, медленнее обычного готовясь к стыковке, и когти только чуть сильнее сжимались порой, но от искр в приоткрытые, залитые маслом и контакт-гелем порты, Вортекс дергался и неслышно стонал.
Еще одним осторожным движением утопив паховую броню в пазах до основания, Эйррейд вызвал второй этап контакта почти без прямого воздействия, легчайшей лаской — внешние порты уже совершенно раскрылись, а теперь раздвигались и внутренние захваты.
Осторожно переместив Вортекса ниже по собственной скользкой от натекшего масла броне, Эйррейд принялся медленно пропихивать провода, так, чтобы джампер стянулся в скрутку уже внутри. От каждого замкнутого контакта Вортекс легонько дергался, вздрагивал, но после паузы снова успокаивался, оставаясь в том же поверхностно-оффлайновом состоянии. Процессы дефрагментации и восстановления не шли, скорее это напоминало лечебный стазис с ограниченным функционалом реакций, а Вортекс пролежал в медстазисе действительно долго и сейчас никакие манипуляции, похоже, не могли его вытряхнуть онлайн.
С едва слышным стоном Эйррейд втиснул последний провод и позволил скрутке замкнуться, не выпуская контактные иглы, не собираясь даже случайно шевелиться. Все разъемы заняли свои места в полуоффлайновом, неконтролирующем себя партнере, и это ощущалось... невероятно. Приемные системы — прохладные, неразогнанные — сомкнулись на штекерах вмертвую, зажимая так, что никакие иглы не требовались.
Зашумев вентсистемой, Эйррейд еще немного подождал, и принялся неспешно разгонять системы Вортекса. Ладонь сама нашла ротор его винта, и Эйр прижал его покрепче — как бы случайно прокрутив. По корпусу зазмеились слитые разряды, вздергивая всю нейросеть, прошибая даже экраны на проводах, и помехами превращая этот полустазис в порнографический оффлайн: вроде сбойного моделирования, только с реальным партнером.
Вортекс дергался, звенел лопастями и слабо урчал движком, а порой глубоко, потрясающе чувственно стонал.
Срывалась сдержанность, и Эйррейд все мощнее прокатывал разряды, скалясь, как десептикон – Вортекс прижимался к его плечу, полностью открытый и доверяющий, с едва подсвеченными линзами... Весь целиком его!
— Ржавый кон, — Эйр не узнавал собственный голос, и с рычанием втискивал партнера в себя.
Откаты шли все мощнее, системы сбоили, искрили, Вортекс автоматически впивался когтями, опасно зависнув на грани онлайна, и судорожно дрожал всеми системами.
Случайный рывок загнал когти под броню, впились в проводку, но Эйррейд так завелся, что даже эти рывки казались режущим удовольствием. Теперь он целовался, пытаясь приглушить неосознанные стоны и скрип вокалайзера Вортекса, снова и снова, кусая ему губы. Инфосеть передавала только одну эмоцию — горячий безумный экстаз, до боли мощный.
— Да что-ооо... ооо! — Вортекса вышибло в онлайн и снова в офф одним разрядом.
Эйррейд тяжело продувал системы, дрожал и тискал партнера, не в силах притормозить — даже оффлайновый Вортекс его безумно заводил, так нагло сбежав в перезагрузку. Несколько искр, еще пара кликов – и Вортекс с воплем очнулся: возмущенный, возбужденный и жаждущий реванша.
— Я тебя грузану, — он оскалился в лучших десептиконских традициях, стремительно подключаяя обратную связь и так же быстро перехватывая управление.
— Десептошлак! — это было слишком неожиданно, и Эйррейд не смог сопротивляться.
Вортекс не форсировал инфоконнект, и даже с джампера не слез, просто зазеркалив ощущения.
Вентсистема загудела мощнее – резкое переключение режима совсем вынесло Эйру проц, мешая пакеты данных от принимающего и передающего. Ощущения подменялись так виртуозно, что он сам себя чувствовал вертушкой, которую коннектит кто-то шлаково мощный и огромный... Как в тот раз, в плену — если бы Вортекс до него добрался.
Эйр все же не смог сдержать рычание, выгибаясь и едва не теряя контакт с броней. Вортекс чуть притормозил, позволяя ему хвататься за винт, и снова поддал разрядом так, что проц выпаивался.
Клик — и вертушка мгновенно, шлаково легко грузанулся, последним разрядом-откатом выбив в перезагрузку Эйра.

Включившись, Вортекс не стал подниматься. Он болтал по связи со своим гештальтом, не позволив Эйру включиться в канал, лениво шевелил когтями, оглаживая броню, и неприлично наслаждался каждым кликом: следил за включением Эйррейда, медленным и приятным. Шлаково открытым — он мог контролировать каждую систему партнера, и хмыкнул, когда аэробот наконец замигал оптикой.
— Жив? — даже голос Эйра звучал медленнее, почти тягуче.
— Не дождешься, — Вортекс отрубился от гештальта и легонько его пнул. — Я завтра улетаю. На два декацикла, заказ.
Он лениво растянулся поверх, медленно прогнав воздух по всем вент-системам.
— И ты предлагаешь мне участие? – хмыкнул Эйррейд, вспоминая миссии на планете, падающего Вортекса, шлаково странный коннект в ангаре. Мысли слегка заводили.
— Не-а. Я предупреждаю, что не буду на связи. Чтоб не паниковал, — Вортекс делал вид, что это нормально — такие вот предупреждения. Нормально, от него-то. — Типа там ржа не восстановилась, и не заела снова, — он плавно потянулся, распластываясь по обширной грудной броне.
— Шлака бы мне паниковать? – Эйррейд гладил ему шейные магистрали.
Что-то странное происходило, он понимал, но не смог бы назвать. И это мешало рычать и дергаться по поводу наглых вертушек, сволочного гештальта и недавних обид.
— Ты автобот, — на этот раз Вортекс сказал это не так, будто ругался, и блаженно растопырил винты, вплотную притеревшись фейсплейтом и вглядываясь в оптику. — Или нет?
— А ты десептикон, но не пытаешься убивать все вокруг, – Эйррейд пожал плечами, и погладил винты, изредка скидывая слабый ток, просто ради удовольствия. – Не все автоботы беспокоятся за каждый живой кусок металла.
— Больше не скажу, — Вортекс обиделся, явно настроившийся на поглаживание самолюбия чужим беспокойством.
Сам он такое не проявлял даже к оплавкам-согештальтникам, а тут его смели лишать любимого удовольствия десептикона, приручившего авти.
— Можешь об меня побиться, – Эйррейд весело фыркнул, убрав ладонь с винта и положив ее на серый шлем, оглаживая пластины. – Ты в курсе, что я вообще редко так... — он шевельнул пальцами. — Ну, вот так?
Не то чтобы это было правдой, но как не поддразнить насупившегося кона?
— Ты неправильный автобот, — Вортекс на клик скривил несчастную физиономию и заржал. — Мне подсунули десептикона, так, так? — на каждый вопрос он легко замыкал приоткрытые еще разъемы свободного профиля, намекая на допрос.
— Я неправильный автобот, – Эйр тоже засмеялся, откидываясь на платформу, глядя теперь вверх. — Но я нишлака не десептикон.
Вортекс снова свернулся у него на броне, обвесил винты до стопоров, и совсем затих. Ни с кем из своих он не чувствовал себя в безопасности, а здесь, у широкого крыла, у наглой физиономии — вдруг как у Праймаса под ладонью, и никакой гнусный характер Эйра не мешает. Правильный автобот. Безопасный автобот. Прирученный автобот.

Эйррейд витал где-то между онлайном и оффом, но так и не мог провалиться в ленивую дремоту: в голову лезли ненужные мысли, такие ненужные, что прямо как ржой покусывали. Вздохнув и накрыв ротор, он крепче прижал к себе Вортекса, таким до смешного автоботским жестом, что сам смутился.
— Знаешь… ты, как закончишь свои дела, и будет возможность… включить связь… Скажешь, когда вернешься. Отпразднуем успех. Есть хорошая заправка...
— Ближе к финишу, — Вортекс позвенел лопастями, окончательно растянувшись и отключаясь. – Если еще дел не навесят...
Вокалайзер вырубился, и клик еще передавал писк, пока вертолет проваливался в оффлайн.
Эйррейд проверил входящие — и обнаружил там краткое сообщение от БластОффа: «Он часто перезаряжается, аккумуляторы раскачиваются. Это нормально».
Шлаковы шестерни... Эйр хмыкнул, провел еще раз ладонью по спине Вортекса и тоже плавно отправился в офф, утрясать данные. Ничего срочного, ничего важного, и, может быть, он найдет задание неподалеку от шлакова вертолета... И лично расстреляет любого, кто нарушит их мирный оффлайн.

Вернуться к фанфикам