Апгрейд

Автор: Skjelle
Персонажи: Скайквейк/Дредвинг/Старскрим
Рейтинг: NC-17
Жанр: pwp
Краткое содержание: уберблизнецы охотятся за Старскримом, но не исключено, что всё more then meets the eye =)
Предупреждение: AU, в смысле дела весьма давнего времени. 
Комментарий: по заявке Урасима на фестиваль "Мартовские Бензокролики - 2013" в сообществе TF-porn.

- Скааайквеейк! Дреедвинг!
Злобные вопли на режущем датчики уровне громкости пробились сквозь пелену беспамятства, и Скайквейк автоматически махнул рукой, отгоняя мерзкий звук вместе с его источником.
- А ну встать!
Звук переместился, и теперь шел с совсем другой стороны. Скайквейк со стоном махнул и в том направлении, смутно припоминая, что эта конкретная модуляция принадлежит кому-то, от кого избавиться вообще невозможно. Но, если он как следует постарается, вдруг случится чудо? Вдруг отвратный голос замолчит и уйдет, оставив его... их в покое... Ммм, их?
А вот звук заряжающихся накопителей Скайквейк всегда различал очень хорошо. Вялость и отупение слетели мгновенно, и глава спецподразделений резко сел на месте. При этом что-то с него свалилось.
- Как невыносимо отвратительно ваше поведение, – проскрежетала тощая тень, и Скайквейк с усилием настроил фокус, – абсолютно тошнотворно зрелище тех, на кого лорд возлагает такие большие планы, и в таком неподобающем виде.
- Ааа, Старскрим, – прохрипел Скайквейк и слегка смущенно приподнял руку, демонстрируя вялое подобие салюта. – Что-то произошло?
- Вы двое произошли! – рявкнул коммандер, упирая руки в бедра и оглядывая Скайквейка с видом ученого, нашедшего особо отвратительную бактерию. – Посмотри на себя!
Скайквейк машинально посмотрел на себя и обнаружил, что в чем-то скандальный десептикон, бывший истиной болью в дуле, прав. Всего суперджета покрывал равномерный слой жижи и грязи, причем кое-где отчетливо угадывался инсектиконий химический секрет. Ооо, шлак. Хорошо, что в непотребном виде его застал всего лишь Старскрим, а не сам лорд Мегатрон. В последнем случае пришлось бы выстрелить себе в голову для очистки репутации.
- Приведи в чувство своего брата и это животное, – Старскрим почему-то избавился от злобного напряжения, сквозящего в каждом его жесте и взгляде, – я найду чем вам надлежит заняться.
Дважды шлак.
Несмотря на общность искры, близнецы довольно редко оказывались вместе надолго. По одиночке каждый из них мог возглавлять армию – хотя Скайквейку все же больше подошла парочка десятков штурмовых берсерк-батальонов особого назначения – но когда они находились рядом, ценные качества обоих неуклонно снижались.
Разлученные искры-близнецы очень быстро начинали бушевать без всякой меры, и у обоих десептиконов сносило ограничители. Неизбежно следовали попойки, причем заливались оба всем, что можно найти, по слухам даже выкачивали что-то из белковых, углеродных и кристаллических форм жизни. Дальше по списку шли соревнования в стрельбе по различным видам мишеней, причем степень тяжести вооружения прирастала в геометрической прогрессии. Наконец, оба обожали командовать, хвастаясь друг перед другом успехами в дрессировке простых солдат. Впрочем, здесь они держались в определенных рамках и не тратили военный материал попусту.
В крайней стадии разгула близнецы доходили до самых диких поступков, среди которых наиболее популярным было бритье шипастых задниц инсектиконов с помощью холодной плазмы.
Обритые традиционно жаловались Хардшеллу, тот выползал из уютного логова, и конечным итогом становилась масштабная драка, в которой во все стороны летели лишние детали. Иногда лишними признавались руки или ноги, благо, что ремонтная станция на крейсере всегда была готова принять любого пациента.
Если бы себя подобным образом посмел вести кто иной, то лишился бы всего, включая собственную голову и искру, но у близнецов был карт-бланш – слишком высокая ценность каждого из них и удвоенная ценность дуэта. Разъединенные искры яростно тянулись друг к другу, и именно электромагнитный хаос порождал не менее хаотичное поведение.
В курсе проблемы были все старшие офицеры и конечно же лорд Мегатрон, который бдительно придерживал Скайквейка подальше от Дредвинга, лишь иногда в своей мудрости разрешая им встречи и заранее выписывая амнистию на всё, что им взбредет в головы. Один только Старскрим считал сложившуюся ситуацию чистой керосинки надувательством и всякий раз грозился разоблачить обоих, доказав лорду, что никаких связанных искр не существует, а существует парочка саботажников и неуравновешенных синететикозависимых громил.
После каждой встречи близнецов он строчил подробнейшие рапорты со своим высочайшим мнением и подсовывал лорду. Тот скрупулезно изучал всю эту писанину, хохоча на особо удачных моментах, а затем отправлял кляузы в утилизатор, неизменно советуя Старскриму не палить турбины, чтобы не схлопотать перегрев процессора.
- ...и шипы с себя спили, – напоследок со смешком посоветовал коммандер, уже развернувшись на месте.
Скайквейк растерянно оглядел себя и гулко ахнул. Лежащий рядом Дредвинг пошевелился и забурчал. Оба были украшены тщательно припаянными шипами – на все мощные ноги, от бедра и до колена. Поерзав на месте, Скайквейк понял, что корма у него тоже с неожиданным апгрейдом. Блаженно валявшийся чуть поодаль Хардшелл был ожидаемо гладок и отполирован по всему периметру.

Найденное Старскримом занятие оказалось невыносимо скучным и ограничивающим развлечения. Коммандер желал, чтобы его повсюду сопровождали две громадины. Он не пояснял причин этого решения, но между собой близнецы решили, что у него просто комплекс неполноценности, и за счет внушительных сопровождающих микрозаместитель лорда силится повысить и укрепить свой статус.
Старскрим весьма энергично мотался между десептиконскими колониями, проверяя, как идут дела по добыче, разведке, переработке и прочим важным вещам. При всем снисходительном отношении к истребителю стоило признать, что его организаторские способности находятся на высоте, и все-таки Мегатрон не зря постоянно держит при себе склочного и язвительного десептикона.
Ходили слухи, что Старскрим метит на место великого лорда, но даже это не послужило причиной для усекновения слишком умной головы, хотя многие лишались искр и за гораздо меньшее, чем просто участие в слухах. Высокомерному летуну сходило с закрылок больше, чем обоим близнецам вместе взятым, и от этого его эго, видимо, разрослось до циклопических размеров.
Дредвинга и Скайквейка одновременно смешило и раздражало, как легкий истребитель умудряется смотреть на всех свысока, даже если сам при этом достает собеседнику шлемом до нижней грудной пластины максимум. Старскрим прекрасно умел разговаривать с пресловутой нагрудной пластиной так, будто именно тут должны находиться трепетно внимающие датчики, – и удивительным образом это срабатывало.
Начальники колоний, грузовозы, охранники – все, кто был выше его ростом, неизменно в процессе разговора наклонялись все ниже и ниже, пытаясь как-то угодить под этот взгляд. В конечном итоге с коммандером предпочитали общаться в контрольных комнатах или в отдельных кабинетах, чтобы хотя бы сидеть и тем самым не создавать невыносимую разницу между тем, кем они были и теми, кого в них видел истребитель.
Опять-таки ходили слухи, что даже лорд Мегатрон старается наклониться ближе к своему заместителю, когда тот начинает говорить. Близнецы же были уверены, что это происходит потому что лорд не воспринимает тонкие колебания чужого голоса, и всего лишь считает нужным лучше разобрать, о чем вещает напыщенный истребитель, не желая приказать тому орать погромче.
Если бы истребитель все время использовал диапазон голоса, в котором обращался к спутавшимся с Хардшеллом генералам, то его давно кто-нибудь пристрелил бы из-за угла, налив топливом на все отношение лорда.
Самым недальновидным поступком Старскрима по состоянию на данный момент было именно что постоянное требование присутствия близнецов. Отличаясь редкой двуосностью и умением крепко вгрызаться в проблемы, Старскрим совершенно не использовал стандартные часы, предназначенные для отдыха и необязательной (но всегда приятной) перезарядки. Если какое-то направление деятельности утомляло его, то он попросту переключался на иное. Неотрывно сопровождавшие его генералы начинали медленно оюникронивать от монотонности исполняемых обязанностей. Он даже не требовал, чтобы они перекладывали с места на место какие-нибудь предметы! Хотя бы что-нибудь!
Но нет, Старскрим работал, а Скайквейк и Дредвинг торчали неподалеку как памятники выматывающему безделью. Поэтому возвращение лорда, проводившего какие-то личные изыскания в Праймасом забытых секторах галактики, стали для них благом и спасением. По крайней мере, так им казалось. Ровно до тех пор, пока лорд не изучил все сделанное замом, не вынес ему сухую благодарность и не одобрил выбранную им политику самозащиты.
Нет, по правде это звучало как-то вроде "полагаю, теперь у тебя нет опасений быть кем-то незамеченным", на что Старскрим немедленно взъерепенился и заявил, что лишь старается внедрить культуру уважения личности среди десептиконов.
- Твой лорд не нуждается в культуре уважения, Старскрим, – ответно заявил Мегатрон. – Лишь сильнейшему подчиняются безоговорочно. Впрочем... тебе идет это сопровождение.
- Как это, мой лорд? – искренне изумился Старскрим.
- Берегите моего заместителя, – оскалился в ухмылке Мегатрон, обращаясь к близнецам и игнорируя непосредственно зама. – Охраняйте его до моего приказа. Я не хочу потерять столь преданного делу десептиконов трансформера.
- Да, мой лорд! – хором гаркнули близнецы, одновременно мысленно стеная и проклиная всё на свете.
Неожиданно снабженный персональной охраной Старскрим был слегка ошарашен, хотя и постарался это скрыть, но после этого беседа пошла быстро и скомкано, и вскоре Старскрим откланялся. Близнецы синхронно утопали за ним. Раз лорд приказал – они будут охранять коммандера до тех пор, пока не будет сказано иначе.
Но никто же не говорил, как именно охранять.

После того как Дредвинг в неистовой подозрительности восемь раз за единственный цикл перезарядки врывался в отсек Старскрима с проверками безопасности, а Скайквейк пересовал палец-анализатор во все энергоновые кубы, Старскрим не выдержал и наорал на обоих, впервые велев им свалить куда-нибудь и не мешать ему.
- Не положено, – строго ответил Дредвинг. – Наш долг – охранять коммандера!
- В любое время и в любых обстоятельствах, – поддержал Скайквейк.
После чего оба устроились под дверью, ведущей в отсек коммандера, и затеяли дикий трах, сопровождавшийся шумом, который могут производить только те, кто в одиночку валит инсектикона.
Отныне Старскрима сопровождали не безмолвные передвижные статуи, а постоянно сплетничающие, шумящие, бухтящие и занимающиеся еще шарк-знает-чем трансформеры. Последние слухи, итоги гонок на Вессе, последний выпуск журнала "Альтформа и содержание", обсуждение тренировок эрадиконов, планы на разгром инсектиконского улья и покраску Хардшелла в розовый цвет...
На время отдыха Старскрим начал ставить дополнительные коды на дверь.

- Ну что, слышно что-нибудь? – Скайквейк подтолкнул брата, из-за чего тот стукнулся головой в дверь.
- Нет! – рыкнул Дредвинг. – С чего ты взял, что он там чем-то занимается?
- Смелое предположение, – хмыкнул Скайквейк. – И потом, мы ему столько мешали, что он должен весь ржавчиной покрываться от невозможности остаться наедине. В таких случаях, сам знаешь...
Дредвинг его прекрасно понимал. Когда они были рядом, постоянно хотелось трахаться. И чем меньше была возможность, тем нестерпимее становилось желание. А при условии того, как они фонили, коммандера должно было неслабо зацепить.
В конечном итоге он подчинился уговорам брата и занялся сосредоточенным взламыванием кодов. В конце концов, настоящий телохранитель обязан быть бдителен и подозрителен! Лорд не простит им, если олухи весь цикл проторчали снаружи, а потом выяснилось, что коммандер сел на инсектиконье жало, оно впилось в его тощую задницу, и блестящий заместитель отравился наболт.
Последний код бесславно сдался многоворновому опыту, дверь пискнула и сменила огонек блокировки на подсветку открытого доступа. Выпрямившись и нацепив самые протокольные выражения лиц, близнецы сделали синхронное движение вперед. Датчики движения предупредительно освободили им вход, и оба шагнули внутрь.
- Акххх... – первым среагировал Дредвинг.
Строго очерченный вертикальными линиями коммандер в накладных узорах был сногсшибателен. А волнующий взгляд рельеф корпусной поддержки порождал обильное отделение хладагента, поскольку без него все рецепторы плавились к шаркам драным. Фигурное литье еле прикрывало блестящие пластины, немыслимым образом создавая при этом впечатление неприступной роскоши. Привычная броня выглядела как вызов всем моральным устоям. Казалось, стоит лишь коммандеру сделать неловкое или резкое движение – и вся эта роскошь окажется на свободе, и тогда вряд ли кто-то сможет удержать себя в руках.
Во всяком случае, Скайквейк не смог.
- Коммандер! – радостно взвыл суперджет, топая на месте от переполнявших его эмоций. – Да вы фетишист!
При первом же звуке Старскрим дернулся, но это было почти незаметно. В дальнейшем истребитель сохранял полное самообладание. Даже развернулся он медленно, словно тщательно соизмерял каждое движение. Дредвингу стоило лишь бросить на него взгляд, как стало ясно, что ситуация сложилась самая худшая.
Выражение лица Старскрима всегда отличалось особой подвижностью и эмоциональностью, иногда выдавая его чувства гораздо сильнее, чем коммандеру хотелось бы. Однако сейчас он смотрел на обоих совершенно бесстрастно, и в ровно светящихся линзах отчетливо читалось, что в его картине мира уже стало на двух трансформеров меньше. А вскоре точно так же станет и в реальном мире, который пока что досадным образом не соответствует видению коммандера.
Осознав это первым, Дредвинг поднял руку и тяжело бухнул кулаком по голове брата. Тот от неожиданности басовито ойкнул и присел. Всплеск изумления и гнева в его искре был перекрыт мощным подавляющим полем со стороны брата.
- Прошу прощения, коммандер, – прогудел Дредвинг, выпрямляясь во весь рост и глядя в потолок. – Мой несдержанный близнец лишь хотел сказать, что...
- Что вы удивительно выглядите! – влез сориентировавшийся Скайквейк. – Простите за глупое выражение, коммандер! Несомненно, это вызвано нарушением высшей процессорной деятельности.
- Мы пройдем полную проверку нейростабильности, – для пущей важности добавил Дредвинг.
Старскрим по-прежнему смотрел на них как на пустое место, но, тем не менее, пошевелился. Плечо коммандера дернулось, и оба генерала мысленно приготовились если не бежать, то падать на пол или уклоняться с траектории ракетного залпа. Однако Старскрим лишь поднял руку и сделал вращательное движение указательным пальцем, обозначая, куда следует пойти обоим посетителям. Дредвинг и Скайквейк одновременно развернулись кругом и четким маршевым шагом вышли вон.
Дверь за спинами закрылась со все той же идиотской предупредительностью.
- Полагаю, это был самый неразумный поступок в моем функционировании, – задумчиво сказал Дредвинг.
Не дождавшись ответа, он покосился на близнеца, и обнаружил, что Скайквейк не с ним. Зеленый суперджет мечтательно пялился в темные провалы над головой, и видел там явно не технические перекрытия. Дредвинг вздохнул и прижал ладонь к лицу. Лихорадочная пульсация соседней искры недвусмысленно указывала на то, что громадный десептикон опять в кого-то влип шестеренками. Вернее, не в кого-то, а в коммандера.
Сам Дредвинг был лишен такого эмоционального глюка, а вот Скайквейк с определенной периодичностью находил себе жертву, и заклинивался на неопределенный период, буквально душа несчастного своим вниманием. Пару раз Дредвинг перехватывал этот эмоциональный поток, и ощущение ему не очень понравилось. Исступленное желание обладать, хватать и прятать мешало трезво думать и совершать логические поступки. Самым логическим казалось повсюду преследовать жертву, домогаясь на ходу.

Ну хотя бы таскаться они могли без проблем. Свернуть Скайквейка с пути было невозможно, и оставалось только попытаться свести ущерб к минимуму, а заодно и самому остаться хотя бы частично в здравом уме.
Поскольку лорд одобрял, близнецы превратили следование за Старскримом в священное служение. Хотя коммандер больше не требовал их присутствия и вообще относился к наличию в одном с ним измерении близнецов как к некоему погодному фактору (или как к мебели), оба с неистовым упорством продолжали держать свой важный пост.
Когда Старскрим куда-то шел, когда он кого-то распекал, когда в кого-то стрелял и когда докладывал Мегатрону – оба всегда и неизменно возвышались по сторонам и чуть позади. В случае с Мегатроном оба еще и пожирали взглядами вышестоящее начальство, демонстрируя крайнюю степень преданности.
Впрочем, едва только высочайшее начальство исчезало с горизонта или хотя бы отворачивалось, оба начинали расточать пышущие накаленностью авансы в сторону коммандера. Разумно опасаясь действовать слишком нагло, они просто постоянно тянулись к нему магнитными полями, создавали тяжелое электрическое напряжение, старательно фонили, и вообще использовали весь арсенал воздействия, не включающий в себя непосредственный тактильный контакт. Они даже пробовали зажимать Старскрима в клещи, чтобы он оказывался прямо на траектории дико полыхающих искр. Обычно против такого никто не мог устоять, и даже лорд испытывал смутное беспокойство, если подобное происходило. Разумеется, специально близнецы такого не вытворяли, но пару раз Мегатрон просто случайно проходил между ними. С тех самых пор степень их свободы сделалась еще чуть больше.
Но Старскрим не реагировал вообще, словно все эти ухищрения обтекали узкую фигуру, сложенную из лезвий и острого ума. Кто бы мог подумать, что Гаситель Искр может существовать в реальности, передвигаться на двух ногах и отталкивать чужие искры бесконечным холодом. Попытка за попыткой не приносили результата, Скайквейк бесился все сильнее, а подходящей военной операции в ближайшем будущем не предвиделось. Сбросить пар было некуда. Дредвинга цепляло совсем жестко, и он первым предложил перейти от намеков к действию.

- Ладно, – прорычал Скайквейк, – давай так: последний раз пробуем. Завалимся к нему опять. А что дальше будет – я за себя не отвечаю!
- Я подстрахую, – решительно сказал Дредвинг. Даже Старскрим и Мегатрон могли катиться осваивать космос, когда речь заходила о его брате. Он был готов рискнуть.
Очередной взлом коммандерской двери происходил в мрачном молчании при полном осознании совершаемого преступления и всех возможных последствий. Наверное, именно поэтому близнецы не очень удивились, когда обнаружили, что их уже ждут.
Коммандер удобно расположился в антиперегрузочном кресле и даже с некоторым интересом осматривал вошедших. Но в первую очередь взгляд приковывали вытянутые ноги, обвитые знакомым узором, поднимающимся от самых ступней. От вида сложных переплетений буквально пропадал дар речи.
Старскрим поднялся с места и неторопливо направился им навстречу. Оба десептикона шагнули внутрь, сделали еще шаг и остановились, позволив двери закрыться. Впервые за все время они чувствовали, что их неумолимо тянет наклониться, чтобы все-таки оказаться на одном уровне со Старскримом. Ниже и ниже...
Чтобы коммандер мог одобрительно похлопать по щеке сначала одного, а потом другого.
- Мне казалось, у вас никогда не хватит смелости, – Старскрим раздвинул губы в язвительной улыбке, и опущенные в поклоне головы сердито вздернулись.
- Нашу смелость еще никто не оспаривал! – так же сердито взревел Скайквейк.
- Тишше, здоровяк, – Старскрим почти зашипел, махнув узкой ладонью. – Я не вижу должного уважения!
Скайквейк подумал и неуверенно опустился на одно колено. Старскрим высокомерно поднял подбородок и снова скупо улыбнулся. Дредвинг двинулся в сторону и медленно начал обходить коммандера по кругу. Сначала красные линзы следили за ним, но затем отпустили – и Дредвинг в три шага оказался за спиной у коммандера. Скайквейк осторожно положил лапищи на бедра коммандера. Дредвинг перехватил обе руки и поднял их, заставляя Старскрима вытянуться еще выше, отрывая узкие опоры от пола. Старскрим недовольно брыкнулся, но не возразил и быстро успокился. Второй близнец еще более осторожно, но сноровисто стянул с него кружевную радость фетишиста до самых колен и потер указательным пальцем набор чуть разомкнутых створок. Старскрим резко выдохнул, створки раскрылись, и десептикону досталось удовольствие ощупать упругие мембраны дополнительного покрытия.
Повинуясь легким направляющим движениям Скайквейка, Дредвинг попятился, увлекая за собой коммандера, и пятился, пока не достиг какого-то препятствия. Сев на него вслепую, он услышал хруст, и чуть дернул крылом, понимая, что наверняка именно это раздавленное нечто окажется самым ценным отчетом или величайшей стратегией в единственном экземпляре, и потом Старскрим выест ему процессор через сопла. Но пока что... Он дернул на себя коммандера и совершенно непочтительно зажал у себя под боком.
- Что за наглость?! – тут же заорал Старскрим.
- Простите, коммандер, но иначе никак, – Дредвинг фыркнул почти без раскаяния, наблюдая, как Скайквейк двумя пальцами задирает командирскую ногу за щиколотку, и как легко расходятся фиксационные пластины. – По правде говоря, мы с вами не стыкуемся. Поэтому только вторичный интерфейс.
- Ну хоть на что-то вы сгодитесь, – уже насмешливо отозвался Старскрим и развернулся, устраиваясь чуть удобнее.
Длинные когти вцепились в бедро Дредвинга и скользнули в расщелину между пластин. Генерал передернулся от легкой боли, перекрытой удовольствием – по ноге скакнули искры.
- Ого, коммандер, – искренне удивился Скайквейк, шевеля пальцами между узких бедер. – Это вы только с нами так плохо обращались? Остальных всех перепробовали?
- Хммм... – задумчиво протянул Старскрим, но его бедра качнулись навстречу. – Ооох...
- Не стесняйтесь, – подбодрил генерал, выразительно лаская собеседника. – Мне доставит удовольствие узнать, насколько мы отстаем в вашем личном списке.
Дредвинг наконец-то перегнулся и посмотрел, о чем говорит его как всегда несдержанный на грязные реплики близнец. Разъемов было не очень много, но конфигурация... Он присвистнул от изумления. Здесь бы нашлось что-то подходящее любому виду! Некоторые даже были ему незнакомы.
- Я не считал, – наконец сообщил Старскрим. – Не имею привычки записывать все свои желания.
- Тогда мы будем стараться! – воинственно объявил Скайквейк, и пихнул брата в плечо свободной рукой.
Сцепившиеся десептиконы быстро оказались на полу, где риск поломать друг друга – а точнее, коммандера – был наименьшим. Зажатый в немыслимо раскоряченной позе между громадными телами, Старскрим отчаянно ругался в чье-то то ли плечо, то ли еще что-то, пока огромные пальцы нежно, но настойчиво обрабатывали его приемные системы. Он бесстыдно и щедро сбрасывал компенсационные разряды, не в силах терпеть столь настойчивую стимуляцию. В проводящей сбруе держать себя в руках было тяжело, и стоны его становились все протяжнее и тягучее. Коммандер дрожал от кайфа, уже не размениваясь на внятные слова. Обычно перед интерфейсом он стряхивал с себя стимулирующую броню, едва только разогревался до нужного уровня, но оказалось, что почти-трахаться во всех этих финтифлюшках – еще слаще. Он с троекратно усиленной интенсивностью ощущал прикосновение гладкого пиролитина, тугой изоляции, жестких пальцев... ооо... ооо!
Он не успел даже что-то предпринять... Финальный вопль восторга сопровождался судорожным напряжением всех сервоприводов и вспышкой экстаза в глубине корпуса. Разряды моментально закольцевались, замыкая всех троих в общий контур. Близнецы хором заревели, впиваясь друг другу в широкие плечи и застывая как под станнером.

- Ммм, – наконец пришедший в себя Дредвинг обнаружил, что лицо коммандера совсем рядом, и уставился в блаженно помутневшие линзы. Удивленно и одобрительно поднял надлинзовый щиток. – Специальные коммандерские подложки для интерфейса?
- Не твоего процессора дело, – немедленно парировал Старскрим и уселся, высвободившись из-под тяжелых рук. – Вон отсюда.
- Э? Коммандер? – изумился Дредвинг. – Мы же только начали?
- Я уже закончил, – Старскрим демонстративно поднялся.
Магнитные липучки расстегнулись, поножи сползли, поддержка задралась – зрелище было феерическое. Теперь чувствовалось, что искра Старскрима светит чуть ярче, но все еще слабо и тускло.
Сыто заворчав, Дредвинг протянул ему скомканные накладки, стянутые в процессе. Старскрим негодующе фыркнул. Приняв измятые сокровища, он задумался на мгновение, а потом снял все остальное, что на нем еще оставалось. Внезапная нагота чистого металла дико ударила по зрению.
Но прежде чем его поведение успели прокомментировать, он запустил активную броню. Защитный слой мгновенно лег на все тело, полностью стирая весь соблазн и вновь возвращая коммандеру все то, что до сих пор позволяло легкому трансформеру оставаться неуязвимым. Жадный интерес в оптике близнецов моментально выключился, на его месте разгорелось подозрение, что сейчас им выпишут за все про все.
Впрочем, альтернатива была не менее печальной. Невзирая на рык протеста и поведение, нарушающее всякую субординацию, Старскрим все же избавился от обоих. В качестве крайней меры он пригрозил подробнейшим рапортом на имя Мегатрона, и вот эта угроза заставила генералов отступить.

Они так и не поняли логики поступков коммандера, но раз уж тот внезапно решил, что все-таки желает иметь с ними дело, то упускать возможность не собирались. Теперь их преследование превратилось в форму постоянного заигрывания на грани недозволенного. Особенное удовольствие доставляло им проявление пылких чувств в общественных местах, желательно прямо за спиной только что отвернувшегося собеседника коммандера. Не было ничего прекраснее, чем прихватить узкие бедра одной ладонью или прочертить по такой же узкой спине широким пальцем, намекающе остановив его чуть выше того места, где заканчиваются пластины корпуса и начинаются ноги.
Старсрким не возражал, но, тем не менее, у обоих складывалось впечатление, что он постоянно следит за ними и норовит подловить на каком-то случайном жесте, на оплошности, которая заставит их пересечь невидимую границу.
Единственное неудобство помимо этого состояло в разнице габаритов. Конечно, одной рукой можно было в буквальном смысле обхватить коммандера за талию, но в то же время подобные ухаживания выглядели нелепо. Настолько, что однажды их легкий спарринг в коридоре заметил какой-то рядовой эрадикон, не наделенный особым интеллектом, и поднял ужасный шум, решив, что высокое начальство решило поубивать друг друга. И ладно если бы он расшумелся в буквальном смысле слова – но ведь идиот вызвал подмогу, и весь этот дивизион кретинов явился прямо к месту развития событий, ровно в то мгновение, когда злобный ворчливый болт вроде бы наконец-то начал склоняться к развлечениям.
Ярости близнецов не было предела, и возмездие не заставило себя ждать. Причем Старскрим не проявил должной заботы о распиннываемом подразделении, ограничившись издевательскими смешками. Ясно, что продолжения домогательств не последовало, момент был упущен.
Поначалу оба сходились между собой на том, что коммандер чем-то похож на фемку. Теперь приходилось признать, что он не похож ни на кого кроме самого себя, являясь при этом крайне опасным для нормальной психики существом.
Близнецы отчаянно хотели внимания на платформе и прилагали для этого все усилия. Они рьяно старались преподнести себя в как можно более выгодном свете. И действительно их огромные блистающие и отполированные фигуры зажигали искру вожделения практически в любом трансформере.
Армия армией, но множество боевых программ, понаставленных сверху основной прошивки, частенько делали бойцов неуравновешенными, заставляя искать острых ощущений в чем угодно. Именно поэтому выбор у близнецов был огромен. Чем больше они старались для коммандера, тем больше к ним липло всех остальных в довесок. К этому Сарскрим тоже относился совершенно равнодушно, и Скайквейк как-то поделился с братом огорчением – он-то надеялся, что Старскрим проявит некую форму ревности. Хотя бы минимальную! На что Дредвинг мрачно захохотал и заявил, что с большей вероятностью ревность проявит "Немезис-2" к "Немезис-1", ну или там Юникрон персонально к лорду. Для примера.
Сам лорд, на их счастье, к происходящему безобразию относился без интереса, точнее, внешне создавалось именно такое впечатление. Но в один из циклов близнецам довелось услышать отголоски разговора, вроде бы имевшего к ним прямое отношение.
- ...и что? – спрашивал лорд, явственно развлекаясь. – Может быть хоть эти сумели расплавить кусок свинца?
- Почему бы им удалось то, что не сумел ты? – раздраженно отвечал Старскрим без малейшего проявления уважения к статусу Мегатрона.
- Не смей так со мной говорить, – предупредил лорд. – Тем более не смей ставить под сомнение мои возможности.
- Ах, конечно же, это я во всем виноват, – язвительно спохватился истребитель. – Само собой, кто же еще?
- Достойное признание, – не менее язвительно похвалил лорд. – Но, может быть, ты плохо стараешься? Я не зря фактически подарил их тебе. Они же близнецы!
- Ну и что? – теперь Старскрим явно заскучал. – Толку я все равно не вижу.
- Постарайся, – повторил Мегатрон. – Иначе я найду кого-нибудь другого.
Близнецы так и не поняли, о чем шла речь, но разъяренный коммандер, буквально вылетевший из зала совещаний, развил невероятную деятельность.
- Вы двое, – зашипел он, стараясь не сорваться на крик, – все что есть, вывалили живо!
Генералы переглянулись, решили, что в случае чего буйного заместителя смогут уложить, и решили не упускать возможность. Вывалилось едва не по колено, поскольку модификаций оба наделали себе очень порядочно. Старскрим оглядел предоставленное, злобно хмыкнул и одновременно схватил обоих за пучки кабелей.
Потрясенный Дредвинг почувствовал, что его тянут за собой и машинально сделал два шага, прежде чем остановиться. Старскрим обернулся, сверкнул на него одной линзой и опять неумолимо потащил следом за собой. От Скайквейка волнами исходило недоумение, смешанное с почти извращенным предвкушением. Безусловно, Дредвинг тоже чувствовал, что им светит что-то весьма приятное, но его, командующего частями регулярных армий десептиконов, генерала и превосходного тактика еще никто не таскал за распущенный джампер по общим коридорам!
До сих пор единственным видом особо вызывающих практик были их междусобойчики, когда обоим становилось лить топливом на окружающих, и они могли даже тренироваться в искусстве стимуляции кабелей ртом, но чтобы кто-то посторонний водил за самое ценное? Дредвинг не знал, то ли впадать в ярость, то ли смеяться.
Вывернувший из-за угла безномерной эрадикон застыл на месте, скрючившись в попытке отвернуться и сделать вид что его здесь никогда не существовало или, в крайнем случае, он имеет статус декорации на стене.
Далеко Старскрим не ушел: то ли подустал вести за собой громадных близнецов, то ли решил, что для его целей подойдет какое угодно помещение. Первая же дверь, среагировавшая на его код, была немедленно открыта, и разногабаритное трио ввалилось в помещение. - На пол! – все так же сдавленно прошипел Старскрим, кривясь, словно испытывал жутчайшее негодование по поводу предстоящего.
Скайквейк опередил на секунду притормозившего брата и немедленно занял нужное положение. Старскрим передернулся, одним движением расщелкнул всю броню и оседлал массивного десептикона, после чего застыл как изваяние и даже сложил руки на груди. Скайквейк удивленно мигнул линзами. Может быть коммандер вспомнил, что они почти несовместимы?
- Давай уже делай что-нибудь! – недовольно приказал Старскрим. – Не вынуждай меня терять терпение!
- Эммм... коммандер, а может вы хотя бы... как-то примете участие? – предложил Скайквейк.
- Не хочу! – отрезал Старскрим. – Мне от вас нужно только одно, чтобы... В общем, не ваше дело. Давай работай, генер-рал.
Поняв, что ответа о причинах добиться не удастся, Скайквейк просто протянул руку, обхватил плечи Старсркима и пригнул его к себе. Коммандер невольно уперся ладонями ему в грудь, чтобы удержать равновесие. Спина недовольно выгнулась, и Дредвинг тут же воспользовался представившимся случаем. Перемахнув через обоих, он устроился в удобной позе и тоже подключился к тем разъемам, которые хотя бы мало-мальски соответствовали.
Старскрим что-то прошипел себе под датчик, и оба его партнера замерли, позволяя системам приемного подстроиться под такое массовое вторжение.
- Все-таки, коммандер, – Дредвинг еще помедлил, блокируя подключение, хотя Скайквейк уже нетерпеливо взбрыкивал. – Почему вы вдруг так... решительны?
- Дредвинг! Любопытство не доводит до добра!
Вместо ответа генерал приложился к спине истребителя и пустил все имеющееся излучение вдоль легкого корпуса. Истребитель вздрогнул и непроизвольно застонал.
- И все же? – повторил десептикон.
- Да коды мне ваши нужны, коды, – Старскрим как-то извернулся и умудрился оказаться в такой позе, что могу периодически смотреть то на одного, то на другого. – Что, не видели, как я летаю?
- Быстро, – озадаченно сказал Скайквейк.
- По прямой, – добавил более проницательный Дредвинг.
- Вот именно, – Старскрим поднял коготь. – А должен совсем иначе. Навигационные системы и блок высшего пилотажа почти не работают. Поэтому беритесь за дело, и я рассчитываю, что вы отработаете как следует. Иначе, клянусь Праймасом, я найду способ сдать вас в металлолом.
И суперджеты радостно исполнили его приказание.

Вернуться к фанфикам