Колеса

Автор: Skjelle
Персонажи: Блитцвинг/Виларч, Страйкфорс/Спрингарм
Рейтинг: NC-17
Жанр: pwp
Краткое содержание: братья-полицейские вынуждены дежурить во время праздника на улицах города. Однако в мире всегда есть хорошие вещи, например коллеги по цеху - элитные охранники самой Матрицы, которым тоже хочется и погулять, и за колеса кого-нибудь пощупать.
Иллюстрации: трехрежимники, Спрингарм, Виларч
Предупреждение: еще до событий вселенной Megatron Origin, когда еще Оптимус был просто полицейским.
Комментарий: по заявке Mornauro* на фестиваль в сообществе ТF-porn ко дню Святого Валентина 2013.

- Отвратительно, – бурчал патрульный себе под шеврон. – Хуже просто быть не может. Вообще.
- Да ладно тебе, – примирительно отозвался компаньон. – Каждому достается что-то свое, я в этом вижу не что иное, как волю великой и мудрой Матрицы.
- Великой и мудрой? – возопил Виларч, тем самым спугнув несколько мирных граждан, немедленно свернувших в переулок, куда они явно не собирались. – Ты посмотри на меня! на кого я по-твоему похож?
- На полицейского округа Фресс полиса Родион, – пожал плечами Спрингарм.
- Нет! То есть да! В смысле, я не об этом! – продолжил бушевать Виларч, остановившись посреди тротуара. – Я отполирован, красив и в самом разгоне функционирования! Я работаю на хорошей должности! Я поменял себе шины на узорчатые в честь праздника! Я его заслужил! И что?
- И то, что на узорчатых шинах ты в случае чего не только гонять, но и просто стоять не сможешь, – деловито сообщил ему собственный брат по искре. – Ужасный выбор.
- Аарх! Спрингарм, ты убожище! – Виларч махнул рукой и резко зашагал дальше по улице.
Действительно, что могло быть хуже, чем в такой прекрасный праздник попасть на патрулирование? Да кому это вообще нужно?! Все нормальные граждане расхаживают по улицам, изливая друг другу комплименты, обнимаются у осветительных столбов, пьют в заправках, развлекаются! А он вынужден таскаться по улицам с табельным оружием на плечах. Да еще и в компании собственного брата-зануды. Ну что ты будешь делать!
- Проклятая невезуха! – издал очередной мученически вопль образцовый патрульный.
Встречный прохожий шарахнулся в сторону и аккуратно обогнул полицейского по дуге.
- Ничего просто так не случается, – изрек замшелую мудрость Спрингарм. – Может быть это знак, что тебе стоит хотя бы раз в звездный цикл придержать свою задницу на месте?
- Клевета, – пробурчал Виларч. – Я всегда все держу при себе.
- А если вспомнить прошлодекадные большие гонки... – начал Спрингарм.
- Это было давно и неправда! – поспешно перебил Виларч. – Одна большая ошибка!
- Эта твоя большая ошибка потом караулила под терассами общежития, – проявил удивительную злопамятность напарник. – Шесть жалоб от соседей по этажам, между прочим.
- Я не виноват, что кругом одни тупицы, – с достоинством произнес Виларч. – Тупицы и... да, и синтетики. Тьфу. Ты глянь на это непотребство.
- Где непотребство? – оживился Спрингарм.
- Да вон! – полицейский махнул рукой в проулок. – Ты глянь на это жалкое создание. Он же обдолбался нейросттимуляторами. Я бы их таких...
- Да ладно, – Спрингарм мягко тронул его за плечо. – Не нам судить всех, кому так не повезло.
- Надо честно работать, тогда и в синтетики не влезешь, – фыркнул Виларч, презрительно глядя на белого кибертронца, рассевшегося в дальнем конце переулка. Искрящие нейростимуляторы было видно даже издалека. Прямой кандидат на выжигание процессора.
- Вот и пошли работать, – Спрингарм потянул брата за собой. – У нас три квартала сегодня в обходе, если ты забыл.
Моментально потеряв интерес к синтетику, Виларч вновь занялся излюбленным бурчанием на тему жизненной несправедливости. Во время приближения к очередной заправке бурчание обретало все более отчетливые скандальные ноты. А на одной из улиц Виларч и вовсе остановился и раздосадовано топнул ногой. Спрингарм покосился на него и тоже притормозил.
- Что? – обреченно спросил он.
- Нет, ты просто не можешь понять! – Виларч воздел руки. – Ты не осознаешь! Сегодня праздник! У меня узорные шины! Я стою рядом с самой экстремальной заправкой! И что я тут делаю? Жду приглашения? Нет! Я в патруле! Это просто несправедливо!
- Да хватит уже! – огрызнулся Спрингарм. – Думаешь, я весь горю от счастья, шатаясь с тобой по улицам? У меня вообще были планы, и безо всякой резины бы обошелся! Иди ты знаешь куда со своими жалобами?
- Чего? – Виларч подпрыгнул. – Ты серьезно? Тебя не радует перспектива потратить половину цикла на унылое выполнение служебных обязанностей?
- Нет! – Спрингарм глянул исподлобья. – Ты, конечно, был слишком занят собственными страданиями, чтобы обратить на это внимание. Но я совершенно не рад тому, что вынужден выполнять свои обязанности в этот день. Разумеется, я не обсуждаю приказы руководства, но порой они не доставляют мне ни малейшего удовольствия.
- Хммм... – Виларч на мгновение задумался, а потом виновато посмотрел на брата. – Ты прав. Извини, зарвался. Но... – его визор ярко сверкнул, – в таком случае я предлагаю тебе маленькое нарушение правил. Нет, не так, – исправился он, увидев тень в оптике брата, – я предлагаю слегка подкорректировать правила. Только на один день. Идет?
- И как же мы это сделаем? – с сомнением протянул Спрингарм.
- Проще простого! – Виларч уже пылал энтузиазмом. – Мы будем очень тщательно патрулировать самые подозрительные места этих кварталов! Конечно же я имею в виду...
- Заправки? – не выдержал и рассмеялся Спрингарм.
- Бинго, – торжествующе показал большой палец патрульный. – Это будет самый ответственный маршрут в истории патрулирования. Необходимо быть очень бдительными, а особенно тщательно следить за качеством энергонки, которую там разливают.
Спрингарм, вновь засмеявшись, махнул рукой. Отказаться от столь заманчивого предложения он был не в силах, что бы там ни было записано в чтимом им кодексе полицейского. Бывают времена, когда устав надо слегка пододвигать с пьедестала.

Как выяснилось чуть позже, блестящая идея воплощаться в блестящую реальность не спешила. Братья переходили от одной заправки к другой и разочарованно переглядывались всякий раз, когда выяснялось, что мест уже нет, и господа полицейские конечно же могут пройти сверх лимита, но только если предъявят свои идентификационные метки, чтобы в них была сделана надлежащая запись о произведенном контроле качества в данной конкретной заправке.
Короче говоря, от них требовали расписаться перед руководством в том, что вместо патрулирования по улицам бравые служители закона просиживают казенные уники в злачных заведениях.
- Да что ж за невезуха такая, – скрежетал дентопластинами Спрингарм, успевший перетянуть на себя роль самого разозленного трансформера в их дуэте. – Я уже поступился собственными же принципами, и что на выходе?
- Что? – автоматически поддержал Виларч, с тоской глядя на очередное "полный бак", украшающее рекламный щит возле заправки.
- Ничего, – уныло отозвался Спрингарм. – Может опознаватели снять?
- Думаешь, поможет? – Виларч на ходу уткнулся взглядом в гладкий пенобетон под ногами, словно рассчитывал отыскать там лишний уник. – Места-то все заняты. Только если интерами прикинемся.
- Ну ты предложишь, – недовольно среагировал брат. – Ладно... Может в другой раз повезет.
- А может сегодня... – почти без надежды вздохнул Виларч.
От заправки к заправке ситуация не улучшалась. Квартал они обходили уже второй раз, и к этому времени исчезли даже те редкие прохожие, которые тут были ранее. То ли все разошлись по домам, то ли все-таки ухитрились найти себе местечко в очередном переполненном клубе.
- Я устал, – заявил Спрингарм, останавливаясь под осветительным столбом. – Надоело выслеживать несуществующие нарушения. Давай хотя бы в заказ щелкнем, пусть нам сюда по паре кубов доставят.
- Я уже понял, что ты страдаешь еще больше меня, но чтобы кубы распивать под заправкой как последние неудачники? – Виларч почти восхищенно покачал головой. – Нет уж. Давай доходим эту шарками драную смену, и к себе. Потом же отгул дают двойной. Хоть что-то хорошего.
Вяло переругиваясь насчет возможности распития кубов в неположенных местах, находясь при исполнении служебных обязанностей, оба автоматически пялились на заправку. Словно в насмешку над их незавидным положением, тормознули они у той самой экстремальной заправки, с которой начался весь этот бунт против порядка. Разговор становился все тише и все ядовитее, пока не смолк совсем. Некоторое время оба с ненавистью разглядывали здание, спрятавшее в себе замечательные развлечения, которые для простых полицейских в статусе обычных патрульных были совершенно недоступны. Даже не потому что там тоже все занято, а в силу своей исключительности и даже, можно сказать, элитности. Если владельцы разных заправок исхитрялись в ранжировании по вооружению, тоннажу, размерам, и чуть ли не по рисунку волнового излучения, то здесь все было просто. Категория посетителей делилась на тех, кто занимает привилегированное место в табели о званиях, и на всех остальных, которые проходили под грифом "никто". Низший класс, не сумевший вскарабкаться по чужим шлемам.
- Зависть, конечно, плохое чувство... – медленно сказал Спрингарм.
- Но некоторым не мешал бы косметический ремонт в виде пожара, – подхватил Виларч.
- Абсолютно, – с удовольствием согласился Спрингарм.
Оба одарили заправку еще парой испепеляющих взглядов.
- Ну... – начал Спрингарм.
- Ага! – рявкнули из-за спины.
Виларч подпрыгнул, разворачиваясь в прыжке, и ощутив, как чувствительно бацнулся колесом обо что-то. Вернее, об кого-то. Лазерники на плечах опустились сами собой, и краем оптики он заметил, что Спрингарм выполнил классический перекат и тоже целится в неизвестн...
- Ого! – Блитцвинг захохотал. – Вот это прыжок!
- Ну ты сволочь! – выругался полицейский, облегченно поднимая стволы. – Блитцвинг!
- Вы тут так забавно топтались! – трехрежимник вновь разразился хохотом. – Не смог удержаться!
- Как всегда несотроумен, – прокомментировал Спрингарм, поднимаясь с колена и тоже убирая оружие. – Почему не на дежурстве? Халтурим?
Виларч покосился на брата. Несмотря на ядовитый тон, выглядел Спрингарм отнюдь не как сушеный ржавый болт, читающий нотацию. При виде Блитцвинга он разительно поменялся в поведении. По крайней мере от собственного брата скрыть он это не мог. Планы на праздник, ха!
- Так это ж вы у нас самые обделенные, которые не покладая рук охраняют простых граждан, – осклабился Блитцвинг. – А базилика без нас не рухнет. Охрана охраной, но праздновать-то тоже когда-то надо! Вот нас и отпустили. А вам, гляжу, не повезло?
Блитцвинг отличался отвратительным чувством юмора. Точнее, по мнению Виларча, он был вообще его лишен конструкторским произволом. По мнению же самого Блитцвинга он был просто кладезью остроумия, каковую кладезь регулярно всем демонстрировал.
- А вас, гляжу, вежливости не учили, – в тон ему ответил Виларч. – Вон стоит рядом кто-то безымянный... Мается от непредставленности.
- А? О! Точно. Его зовут Страйкфорс, – представил Блитцвинг своего друга. – Это, Спринг, а что ты там говорил насчет узорных...
- Тссс! – зашипел Спрингарм, увлекая громадину трехрежимника в сторону.
- Очень рад, – дипломатично сказала такая же громадина, протягивая руку.
Виларч бестрепетно вложил ладонь в широкую лапищу, и почувствовал легкое пожатие. Ну вот хоть кто-то нашелся, умеющий соотносить между собой собственную силу и возможности собеседника. Блитцвинг подобным тонким подходом не отличался, поэтому Спрингарм уже гневно орал и колотил трехрежимника свободной рукой по предплечью, отчитывая за причинение повреждений казенной броне. Блитцвинг возмущался и предлагал все претензии отнести в департамент полиции Родиона по обеспечению, который не может выдать нормальную защиту собственным служащим. В общем, все было как всегда. За исключением того, что Страйкфорс пока что руку полицейского так и не отпустил.
- Кхм, – Виларч осторожно подергал запястьем, – мне тоже очень приятно.
- Прогуляемся? – предложил трехрежимник, склонив голову.
- Не знаю, куда тут можно прогуляться, – с сомнением ответил полицейский. – Везде всё занято, а куда попало не очень хочется. Все нормальные заправки мы уже... того. Осмотрели.
- Ну так сюда, в "Логово" и пойдем, – Страйкфорс потянул Виларча к себе и сделал шаг.
- Во-первых, никуда я один не пойду, – Виларч все-таки высвободился, рывком отняв руку. – Во-вторых, сюда нас со Спрингом не пустят, рангом не вышли.
- Эй, Блитцвинг! – заорал Страйкфорс, – оборачиваясь к товарищу. – Мы ж пойдем в "Логово"? Покатаем патрульных, а?
- Можно, – отозвался Блитцвинг, обхватывая Спрингарма поверх колеса.
- Так не пустят же! – досадливо сказал Виларч.
- Это вас не пустят, – поправил Страйкофрс, а затем молниеносно наклонился, подхватил автобота и с оскорбительной легкостью усадил к себе на согнутый локоть. – А нас с компанией – запросто.
Виларч в возмущении разинул рот и попробовал лягнуть трехрежимника острой коленной накладкой, однако тщетно. Панически оглянувшись, он увидел, что Спрингарм точно так же покинул прочную опору под ногами, и более того – легкомысленно машет ему рукой. Виларч растерянно хмыкнул, не зная как оценить ранее неизвестную ему склонность брата к диким поступкам. Но если уж зануда Спрингарм, вызубривший наизусть все канонические матричные письмена, предлагает расслабиться, то надо слушаться.
На ходу – или на весу – Спрингарм еще и делал ему какие-то знаки, в которых Виларч совершенно не разобрался, поскольку курсы по жестам бездарно пропустил. Страйкфорс заколотил свободной ладонью по панели вызова, игнорируя традиционную для таких панелей инструкцию – приложить ладонь, не надавливать, дождаться сканирования. Виларч хотел указать ему на этот момент, однако дверь уже поползла в сторону, очевидно, не вынеся столь чудовищного насилия. За ней обнаружился переходной шлюз, занятый чем-то огромным. Впоследствии оказалось, что это трансформер, и этот факт настолько потряс Виларча, что он даже забыл поздороваться, хотя это прописывалось в прошивке каждого полицейского.
После кратких переговоров право трехрежимников посещать "Логово" было подтверждено.
- А эти? – проверяющий демонстративно указал пальцами на чуть смущенных полицейских, крепко держащихся за спутников.
- А они с нами, – невозмутимо сказал Блитцвинг. – Компаньоны на вечер. Проблемы?
- Никаких, – проверяющий пожал плечами. – Смотрите, чтоб не лезли куда попало. Раздавят.
Виларч мстительно записал его физиономию к себе в архив, чтобы на досуге кропотливо проверить, не является ли неприятный тип разыскиваемым хотя бы по самому минимальному нарушению.
- Кстати говоря, – Страйкфорс пошевелил плечом, и Виларч сдвинулся, усаживаясь удобнее и оттопыривая нижнее колесо, – он был серьезен. Имей в виду, там могут и раздавить!
Последнюю фразу он уже рявкнул в голос. Виларч ошеломленно кивнул и тут же выставил максимальный фильтр на датчики, отсекая чудовищный шумовой фон. Экстремальность заявки сразу же сделалась понятной, поскольку мелким дешевым альтформам тут было попросту опасно. Вся она была настроена на каких-то огромных кибертронцев. Ну или не огромных, но проапгрейженых так, как могут себе позволить только высокопоставленные граждане. Именно такая категория могла спокойно выносить звук и свет, находящиеся в разрушительном диапазоне.
Виларч беспомощно ухватился за ракетницу Страйкфорса и прикрыл визор ладонью. Трехрежимник целеустремленно двигался в каком-то направлении, слегка выставив свободное плечо вперед. Виларч уже трусливо задумался, что хочет назад, на спокойные улицы, когда Страйкфорс остановился у свободного стола и удовлетворенно кивнул. Фуф! Ну хотя бы будет где заякориться...
Виларч хотел было спрыгнуть на пол, однако Страйкфорс придержал его и вынудил шагнуть прямо на стол. Виларч обернулся, вопросительно подсветив визор, и громадный трансформер наклонился к нему, протягивая накладку на визор и заглушки аудиовыходов. Где только нашел?
- Кстати, красивые колеса! – проорал Страйкфорс комплимент. – Где такие брал?
- У "Вайлес римо"! – ответно крикнул Виларч, чувствуя пилив гордости. – Модный узор!
- Точно! – отозвался трехрежимник. – Ты смотри в оба, чтобы тебя такого узорчатого не украли! Я сейчас!
В одиночестве полицейскому пребывать не пришлось – к столу как раз подошел Блитцвинг, точно так же сгрузил на него Спрингарма и тоже испарился под неблаговидным предлогом. Точнее, под отсутствием вообще какого-либо предлога.
- Ну как тебе место?! – Виларч обхватил брата за верхнее колесо. – Нравится?
- Все датчики платами наружу! – ответил тот, вытягиваясь на кончики стоп. – Глянь, там гоу-гоу!
Виларч слегка подпрыгнул, но увидел только что-то мелькающее на свету. Действительно танцор, однако как он выглядит – не было ясно совершенно.
Потоптавшись на месте, братья решили, что пропустить такое зрелище не могут, и надо двигаться в направлении шоу. Единогласно были избраны столы. Даже Спрингарм согласился, что лучше попрыгать по чужим энергофорам, чем оказаться под траком какого-нибудь карьерного экскаватора. К тому же тяжеловесы в массе своей реагировали не очень быстро, и вряд ли бы могли поймать легких патрульных.
Впрочем, ловить их никто и не стал. Виларчу даже показалось, что он слышал одобрительные крики, когда они с братом оказывались на очередном столе. Пожалуй, особо удивительного в этом не было, потому что яркая броня и изящество форм в сравнении с большинством присутствующих... оп! Выгодно смотрелись... оп еще раз!
Все столы закончились, и осталось как-то преодолеть стену из зрителей. Виларч недолго думая оттолкнулся от пола и прыгнул кому-то на далеко выступающие захваты. Еще прыжок, быстрая пробежка, и-и... Наглец оказался прямо на чьих-то широченных плечах. Спрингарм содрогнулся и с отчаянной решимостью повторил трюк. Несколько мгновений спустя он тоже возвышался над зрителями. Большегруз, чьи ковши оказались удобными подставками, поднял голову, уткнулся взглядом в отполированную промежность и потянулся было пощупать, но Спрингарм вовремя ему погрозил идентификатором. Большегруз разочарованно убрал руку, однако приласкал полицейского интенсивным магнитным полем. Спрингарм сладко поежился и уставился на сцену.
После этого у него из головы вылетело и то, как здесь шумно, и беспокойная опора под ногами, и волнения на тему куда же девались их сопровождающие и кто за все будет платить. На сцене творилось нечто несусветное. Безусловно, это были танцы. Даже танцы, направленные на развлечение зрителей. Однако Спрингарм никогда даже не подозревал, что танцоры гоу-гоу могут быть класса суперкейсер.
Огромный трансформер, чье строение вообще не должно было предусматривать каких-либо движений кроме "пер напролом, снося ангары", умудрялся как-то так двигаться, что казалось, будто он извивается. Бедра, колени, корпус, широченные плечи, проапгрейженные руки – все участвовало, и здоровенная фигура текла в задымленном воздухе. Спрингарм почувствовал, как у него самым натуральным образом открывается рот, а заодно начинает недвусмысленно щекотать под нижними пластинами. Гоу-гоу своим немыслимым шагом подошел к краю сцены, и внезапно патрульный понял, что супекрейсер смотрит прямо на его. Ну и еще... он оглянулся, и обнаружил, что Виларч стоит рядом с ним и точно так же восторженно пялится на махину танцора. Спрингарм судорожно сглотнул лишний охладитель и вновь перевел взгляд на гоу-гоу.
Тот поднял руку, стащил глухую маску, вызвав этим у зрителей припадок ликования, и ухмыльнулся, обнажая заостренные дентопластины. Полицейский беспомощно переступил на месте, не зная, куда деваться из ситуации. Далеко не он один догадался, что является объектом пристального внимания. Он мог просчитать траекторию очень многих взглядов, и с каждой секундой их становилось все больше. Гоу-гоу чуть отступил и поманил обоих патрульных к себе. Среди зрителей прокатилось хоровое рычание. Виларч совершенно не представлял, чем заканчиваются приватные танцы при такой весовой разнице, но пока не мог разобраться в себе – то ли соглашаться, то ли бежать с криками ужаса. Гоу-гоу опустился на одно колено, Спрингарм панически глянул на брата, и секунду спустя их добровольный носитель сделал движение ковшами, сталкивая обоих на сцену.

- Ай-яй-яй, а еще патрульный, – Блитцвинг как всегда веселился, не забывая потоптаться по чужим больным серво. – Казалось бы! Охранять и защищать! Блюсти честь!
- Отстань, – Спрингарм смущенно оттирался пиролитином, ежась от свежих воспоминаний. Обмен связью они наладили и можно было не орать. – Меньше надо было шляться где попало.
- Я играл на слейках! – возмутился Блитцвинг. – Зарабатывал себе на энергоновый кубик! А вы что? Возвращаюсь и вижу, что они уже практически на сцене под кем-то колеса поднимают.
- Ничего не поднимают! – заспорил Спрингарм. – Это конструкция такая у колес!
Виларч предпочитал не влезать в дискуссию, искоса поглядывая на Страйкфорса. Тот с благодушным выражением лица держал стопку пиролитиновых салфеток наготове, чтобы подать, когда закончится очередная. Ну кто же знал, что в арсенале гоу-гоу и масла есть всякие, и блестки, и все это у него в субкарманах! Стыдно. Полицейский, а сияет весь как последняя рекламная шалава. К тому же сидеть кроме как на столе было больше негде, и это тоже выглядело не самым приличным образом.
Если за время отгула все не сотрется – хоть иди и вчистую краску обдирай с последующим перекрытием. А потом звездный цикл на пайке сидеть и энергон у друзей клянчить, чтоб хоть не забыть, каков он на вкус.
- Здесь не почистил, – указал трехрежимник, бесцеремонно тыкая пальцем в нежно мерцающий корпус патрульного под нагрудным обвесом. – Опс. Броня мягкая...
- Стандартная броня, – Виларч гордо продолжил оттираться.
- Мм, возможно, – согласился Страйкфорс, убрав палец, но тут же взамен накрыл брюшную секцию ладонью. – Но для полицейского? Она даже плазму не держит.
- Мы патрульные, – терпеливо пояснил Виларч, слегка отодвигаясь, но столешница уже упиралась под колени, и "слегка" осталось весьма условным. – Вероятность столкновения с тяжеловооруженным противником крайне низка. Мы следим за порядком среди гражданских.

- Зато приятно на ощупь, – заключил Страйкфорс. – Не давлю?
- Нет! Оох! – Виларч вздрогнул и перенес весь собственный вес на нижнее колесо, автоматически пытаясь уклониться. Магнитная подушка вновь мягко толкнулась в его корпус. – Стой!
- Что-то не так?
- Не надо так больше делать, – Виларч схватил трехрежимника за запястье, с силой отводя большую ладонь. – Не так быстро, здоровяк.
- Хорошо. Я не обижусь, если красивый полицейский мне откажет, – хмыкнул Страйкфорс. – Я бы тоже испугался, если бы мне предлагал кто-то вдвое больше меня.
- Я вовсе не испугался, – с достоинством сказал Виларч. – Я просто... мы плохо знаем друг друга, вот и все.
- Того на сцене ты не знал вообще, – гоготнул трехрежимник.
- А я с ним и не собирался трахаться! – возмутился патрульный. – То есть... в смысле я...
- Меня зовут Страйкфорс, я служу в триорианской охране сената при базилике Матрицы, – с готовностью отрапортовал трехрежимник. – Живу в Гексале, люблю хайджет и ярко раскрашенных патрульных с колесами на заднице. Это все, сэр! Будем хорошо знакомы!
Виларч не выдержал и засмеялся. В конце концов, вездеходный трехрежимник с теплым местечком и при службе – это неплохой вариант. К тому же сам полицейский не зря менял покрышки на красивые узоры сегодня: он действительно рассчитывал кого-нибудь подцепить. Так вот же, прямо перед ним сидит кандидат и даже жаждет – зачем тогда упираться?
- Очень приятно! – также бодро ответил он. – Я люблю тех, кто любит меня! И... эй!
- Продолжим знакомство? – предложил Страйкфорс, беспардонно таща его к себе.
- Возможно. Но я не хочу при всех! – снова возмутился Виларч. – Смотри, тут на нас пялятся. Я как минимум троих узнаю, и это только те, кого на свету видно.
- Поверь, они завидуют мне и мечтают оказаться на нашем месте, – заверил Страйкфорс. – Такие-то колеса покрутить. Между прочим, твой приятель не так сильно стесняется.
Виларч оглянулся и увидел, что трехрежимник не соврал. Спрингамр с удовольствием подставлялся под ласки Блитцвинга, которые отдаленно, конечно, походили на чистку от все той же пыльцы с блестками, но очень, очень отдаленно. Да эти двое определенно давно уже знали друг друга во всех смыслах. А Спрингарм ржавая плесень, не мог поделиться с братом!
- Я увлекательнее, – напомнил о себе Страйкфорс.
Патрульный перевел на него взгляд и склонил голову к плечу, еще раз размышляя, действительно ли трехрежимник достоин того, чтобы почтить его своим собственным телом. Страйкфорс, кажется, был далек от понимания таких тонких материй, потому что немедленно осклабился в широкой улыбке и пихнул полицейского в грудь. Виларч слегка откинулся, однако этим дело и ограничилось. Стракйфорс удивленно подвигал щитками, приподнялся и вытянул шею в сторону, заглядывая полицейскому за спину.
- Ага, – довольно сказал он, немедленно суя туда руки. – Отличные колеса. Куда тут нажать, чтобы сложилось?
- Никуда! – Виларч вполсилы пнул его под локоть. – Они больше не складываются.
Страйкфорс на мгновение задумался, а затем перешел в энергичное наступление. Подхватив полицейского за бедра, он дернул легкий корпус вверх, словно собирался перевернуть вверх тормашками. Виларч испуганно охнул, резко заваливаясь назад. Собственное колесо как всегда спружинило, ноги оказались выше головы и удобно легли на обвесы на плечах трехрежимника. Высокие и острые наколенники тут же оказались в опытных пальцах, и Страйкфорс аккуратно развел полицейские ноги в разные стороны, управляя исключительно этими самыми наколенниками. Виларч обнаружил себя балансирующим на собственных же двух колесах. Такой поддержки ему не хватало, он автоматически раскинул руки, упираясь в стол, и судорожно дернул ногами, пытаясь устроить ступни на ракетометах. Однако задние упоры соскальзывали, и ему грозило нелепое падение набок. Виларч развернул еще и лазерники, чтобы они тоже уперлись в столешницу.
- Может снимешь свое оружие? – сердито спросил он.
- Я бы с радостью, узорчатый, – хихикнул здоровяк, осторожно просовывая руку ему под зад, – но это часть моего каркаса.
Виларч удивленно блеснул оптикой. Его собственные наплечные стволы легко снимались и уж тем более не были встроены напрямую. Он был уверен, что огромные пятизарядные ракетометы тоже являются частью униформы. Но существовать всю жизнь с таким грузом? Такого он и представить не мог. Все еще оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь знакомого, Виларч постепенно расслаблялся, не видя угрозы ни в одном направлении.
Запрокинув голову, насколько позволяло колесо, он все-таки исхитрился увидеть, чем там занят Спрингарм. Ничего удивительного он не обнаружил – ситуация была в точности как он и представлял. Те же задранные ноги и растопыренные колеса. Вообще-то сам Виларч еще никогда не пробовал заниматься подобной акробатикой, поскольку для партнером собственного роста это было неудобно, а на больших трансформерах он предпочитал ездить в седле. С категорией слишком больших патрульный столкнулся впервые, поэтому... ах...
- Мм, осторожнее! – Виларч дернул ногами, и едва не соскользнул вновь. – Там тонкие детали!
- Да я вижу, – со смешком отозвался Страйкфорс, вновь подцепляя пальцем сплетение проводов. – Вот здесь особенно тонкие.
Виларч лишь зашипел, приподнимая бедра. Ноги все же соскользнули с ракетометов и бумкнули на плечищи почетного охранника базилики. А затем, когда трехрежимник начал выпрямляться, поехали и вовсе куда-то ему на грудь.
- С вами маленькими всегда так неудобно, – посетовал Страйкфорс, – как зарядник использовать, только еще с руками и ногами. Ну и ругается иногда.
- Не нравится, не бери, – оскорбился Виларч, и в самом деле чувствуя себя игрушкой по сравнению с вырисовавшимся партнером, которого даже не мог обхватить ногами. – Найдутся и другие, кому не лень поработать чем-то еще кроме вокалайзера!
- Пристыдил, ага, – захихикал Страйкфорс. – Поверь, еще никто не жаловался!
Помогая себе рукой, трехрежимник достал то, на что еще никто не жаловался. Виларч не успел испугаться, как сзади блаженно вскрикнул Спрингарм, и по крайней мере стало ясно, что убить патрульного с молдом бицикла этим нельзя. Страйкфорс еще раз пощекотал искрами промежность полицейского, убедился, что благодаря его усилиям там достаточно широко развернуты основные захваты, и подставил концы штекеров к нужным местам.
Виларч нервически дернулся, и Страйкфорс тут же притормозил. Полицейский слабо помахал рукой, показывая, что все в порядке. Трехрежимник понимающе хмыкнул и осторожно продолжил. Тяжеленный кольцевой разряд медленно проскользнул по чужому джамперу и буквально вплавился в легкую броню патрульного. Виларч быстро и часто раскрутил вентиляцию, прислушиваясь к ощущениям, а заодно непроизвольно поджимаясь в ожидании чрезмерной нагрузки каждый раз, когда разряд повторялся.
А затем настал момент, когда патрульный осознал – они полностью состыковались. Бедра трехрежимника прижались к его собственным, корпуса соприкоснулись, и он все еще не сгорел и не треснул пополам. Задранные сегменты внешней защиты чиркали по нагретому корпусу, стреляли искрами, и это было так приятно, что Виларч невольно заелозил. Легкие электромагнитные импульсы, пришедшие на смену пробным зарядам, тоже доставляли сплошное удовольствие.
- Ааа... – запел Виларч, настраиваясь на долгое удовлетворение.
- Ннх, шлак! – выругался трехрежимник и подался назад.
Патрульный от неожиданности перефокусировал оптику на повышенную яркость и полыхнул изумлением в прямом смысле слова.
- Я не могу тебя слышать, – простонал Страйкфорс, наклоняясь совсем низко. – Терпеть не могу интерфейс без отдачи. Нужно место потише. Поедешь ко мне?
- Да! – сразу же согласился полицейский. Хоть удовольствие и откладывалось... – шлак, как дрожит все внутри, ооомх, умм... – он не возражал сменить месторасположение. Трехрежимник  скрывал его от взглядов почти полностью, однако смутное чувство стыда все же присутствовало.
- Тогда еще по паре энергофоров – и поехали, – Страйкфорс откинулся назад, высвобождаясь, и Виларч с невольным стоном опустил ноги.
За спиной яростно пробуксовали колесом, из чего патрульный сделал вывод, что его брата тоже в некотором смысле обломали, не дав получить всё и сразу, не слезая со стола.

Пара энергофоров затянулась в полноценную гулянку, в ходе которой полицейские благоразумно не отставали от своих сопровождающих. Оба находились в подзаряженном состоянии, буквально сливая хладагент, и угодить под чей-нибудь ковш в таком состоянии было проще простого. Пару раз Спрингарма успели хватануть под колесо в попытке уволочь с освещенного места, однако Блитцвинг постоянно пресекал эти попытки, благодушно грозя конкурентам увесистым кулаком.
Виларч поступил умнее, попросту вцепившись в предплечье своего трехрежимника, и поэтому мог без особой опаски подставляться под чужие прикосновения. Откровенно говоря, он этим наслаждался. Особенно, когда кто-нибудь пытался нащупать и отследить узор на его колесах.
В какой-то момент он обнаружил, что вроде бы пытается общаться со Страйкфорсом, и одновременно чей-то чрезмерно шаловливый кабель с тяжелым переходником страстно тычется в его промежность, уже почти разворошив неплотно закрытую броню.
- Страйк! – Виларч стукнул нового приятеля кулаком в грудь. – Почему ты за мной не следишь?
- В смысле? – удивился тот, опуская голову и с верхотуры разглядывая патрульного.
- Он ко мне пристает! – Виларч безошибочно указал на того, кто орудовал кабелем.
- Хмм... а ты его арестуй, – предложил трехрежимник и захохотал.
- Я сегодня в узорчатых колесах! – на этот раз Виларч его пнул. – Хочу чтоб меня носили на руках!
- А это запросто, – тут же согласился Страйкфорс. – Оп!
Взлетев в воздух, Виларч мстительно сжал колени, пропуская кабель между заостренных накладок, и с удовольствием услышал ругань кабеленосца. Впрочем, искренней злобы в потоке брани не звучало. Скорее так, обязательная программа-минимум по поддержанию имиджа.
- Раз уж к тебе так пристают, значит поедем? – предложил Страйкфорс.
- Давно пора, – Виларч с удобством устроился в надежных руках. – Учти, я пешком не еду.
- Конечно, к чему такой красотой по дороге пылить, – Страйкфорс встал с места и двинулся сквозь толпу. – Пора знакомиться с моим жильем.
- А Спринг где? – на секунду забеспокоился Виларч.
- Что, ты даже коммлинк не желаешь включать? – восхитился Страйкфорс и на несколько мгновений умолк. – Так Блитц его уже утащил. Все в порядке с твоим приятелем будет.
- Он мой брат, – поправил Виларч.
- Мм, да, две такие шикарные задницы обязаны сойти с одного конвейера...
Виларч не успел прокомментировать столь мелкую статистическую выборку, а трехрежимник уже вывалился на улицу – с другой стороны клуба – и с ходу прыгнул вверх, оттолкнувшись такими бустрами, что грохнуло во всех диапазонах.
Достигнув высшей точки прыжка, он трансформировался прямо вокруг патрульного. Виларч с размаху плюхнулся в ложемент, охнув от неожиданности. Последующие толчки ускорения заставили его порадоваться, что тут оказался ложемент. Перегрузкой накрывало по самый шеврон.
Стремительное путешествие, а так же все последовавшие перемещения Виларч запомнил плохо. В основном потому что уже в полете Страйкфорс спутался с ним при помощи нескольких кабелей, и выжал из порядочного патрульного первые бесстыжие вопли.
До самой платформы эти кабели никуда не девались, и потом Втиларч даже не был уверен, сменились ли они на что-то еще или просто к ним добавился еще десяток, и разворошил каждый разъем, не оставив без внимания ни один. О некоторых полицейский даже не подозревал!
Виларч метался под огромным партнером, стеная вслух и ловя взглядом в редких настенных рефлекторах  свое отражение. Наконец-то интерфейс!
- Не раскручивайся... так сильно... – трехрежимник говорил с длинными паузами, в которых звучал треск электричесва и напряженный шорох. – Я тебя... не удержу... Сгоришь!
- Может броня у меня и легкая, но это ничего не значит! – Спрингарм яростно полоснул скрюченными пальцами по толстой броне. – Сильнее! Мне надоело жда-а...!
Приказ переродился в задавленный визг, и Виларч качнулся на колесах, теряя ориентацию. Он даже не успел сообразить, почему ему стало так потрясающе восхитительно, и почему топливо брызжет веером совершенно без его на то распоряжений.
Трехрежимник перенес вес на одну руку, а другой рванул лазерник, выворачивая его к себе. Виларч вскрикнул от боли, но затем самый кончик дула внезапно оказался во рту у Страйкфорса, и длинный разряд скатился по всему лазернику, чтобы немедленно уйти напрямую в нейросеть. Виларч заорал и отщелкнул оба ствола сразу.
Вскоре он уже перестал пытаться соображать, что с ним происходит. Трехрежимника было слишком много, и лучшим выходом стало уцепиться за него, почти влезть под раскрытую броню и там заизвиваться, наслаждаясь каждым мгновением. Виларч то стонал, то рычал, упираясь лбом в холодное стекло широченного кокпита, и иногда пытался облизывать оранжевую поверхность. Страйкфорс не отставал от него по части издания различных звуков, а по части активного интерфейса намного превосходил.
"Я умира-аю!" – пришел по коммлинку блаженный вопль, в котором Виларч еле узнал всегда спокойный голос Спрингарма. Такого сопровождения было слишком много.
Виларч энергично взвыл и стиснул ноги, напрягаясь всем телом. Начисто перебивая ритм импульсов, заданный Страйкфорсом, он хаотическими рывками сбросился до последнего электрона, а потом взвыл еще раз – наслаждаясь тем, как трехрежимник бьет в ответ. Патрульный держался до последнего, и только когда круговорот удовольствия поднялся выше головы, Виларч ухнул в него и без всякого стеснения запел на тонкой радостной ноте.
Вечность спустя он выскользнул из-под Страйкфорса, и тот немедленно завалился на бок и перекатился на спину. Оранжевая оптика тускло и довольно светилась. Трехрежимник улыбался.
- Я отдх... хыхааю сверху, – невнятно выговорил патрульный, устраиваясь поверх бронированной туши. – Ой, колется...
- Это радарная секция, – Страйкфорс потянул его куда-то в сторону. – Я ее не уберу, но ты иди-ка сюда. Вот так лучше.
Так и вправду было лучше, поэтому Виларч отрубился почти мгновенно, радостно подцепившись проводами к предоставленным выходам подзарядки.

Самым печальным в релаксах после гулянок было то, что они неизбежно заканчивались. Неизбежно кто-то нарушал мгновения блаженной пустоты в мыслях, обязательно возился и пихался, и, судя по всему, собирался столкнуть с платформы на пол.
Спрингарм недовольно замычал, скатываясь и вновь карабкаясь на огромное горячее тело, так приятно гревшее его весь полуцикл. Он категорически не хотел отпускать партнера и изо всех сил цеплялся за сложную броню. Большой трансформер только посмеивался, аккуратно отцепляя его.
- Нуу! – почти заныл Спрингарм, не в силах больше хранить вожделенный покой. – Ну куда ты?
- Реликвия ждет моей защиты, – продекламировал Блитцвинг, наконец-то отцепляя от себя патрульного и садясь. – А ты чего не бегаешь? Как все полицаи бездельничаешь вместо службы?
- Нет, – Спрингарм зарылся в пиролитин. – Умфф... отгул... за праздничныеммм...
Блитцвинг с удовольствием посмотрел на ободранного полицейского. Они встречались уже несколько декад, и почти каждая встреча заканчивалась этим – ранняя смена, тяжелый подъем и тщательно закопавшийся в амортизатор полицейский. Блитцвинг наклонился и почти нежно провел кончиком пальца по крохотному изображению матрицы, выгравированному на щеке патрульного. Если бы ему предложили выбрать себе компаньона, то этот был бы идеален. Верный своему долгу, чтящий религиозные догмы, и совершенно неконтролируемый на платформе.
- Коды ты знаешь, – сказал он, толкая Спрингарма под край шлема. – Весь энергон не заглоти.
- Отстань, – глухо сказал неконтролируемый полицейский, переворачиваясь на живот и задирая колеса. – Чтоб тебя мудростью покарало по самый разветвитель.
Блитцвинг засмеялся, напоследок крутанул гладкое колесо и потопал к выходу.

Вернуться к фанфикам